Симбионт 2 - Валерий Михайлович Гуминский

согласится. У него проблем хватает. Огромная торгово-промышленная империя — это всего лишь на первый взгляд незыблемая громада, поддерживаемая мощным фундаментом из финансов, связей, личной армией. Захочет старая аристократия снести к чёрту систему, созданную промышленниками, то сделает это. Но будет война, страшная и беспощадная. Выдержат ли новые аристо или падут под ударами древней магии и частных военных компаний? Я вспомнил слова Луизы о некоем проекте «Ангел». Если отец так бережёт рыжеволосую девушку, и не жалея средств, вкладывается в дорогостоящие импланты и кибердеки, то возникает законный вопрос. К чему он готовится? Ведь и Субботин высказывал такую же версию. Промышленники что-то знают или подозревают. В одиночку такой проект не потянуть, вот и объединились.

Я решил откровенно поговорить с отцом. Мне нужно знать, с кем из университетских ребят сходиться и дружить, а кого опасаться. Ведь среди них очень много высокородных аристо и богатеньких детишек, вроде Марины Турчаниновой, Андрона Яковлева, Кости Мясникова. Там и Ростоцкие, и Голицыны. Кто из них будет на нашей стороне?

Пока я в задумчивости рассуждал о своих перспективах, Арсен заехал на заправку, а Фил убежал в магазин, чтобы купить воды. Заправившись, мы продолжили свой путь, но через несколько минут остановились на развилке, которая вела на северо-запад и север, в Оренбург. Пришлось прижать машину к обочине: здесь не было «карманов» для удобной стоянки, но хотя бы полиция не появлялась. Я посмотрел на часы. Прошло не так много времени с момента последнего разговора с Луизой. Вряд ли она сможет настолько быстро справиться с браслетом. Думаю, часа полтора-два придётся подождать.

— Фил, не дремать! — весело проговорил Арсен, когда я высказал своё мнение.

— Так точно, шеф, — вполне серьёзно ответил парень, до сих пор, наверное, переживающий за прокол в больнице. Хотя винить себя — последнее дело. Он же действовал по инструкции. Сдал пост Егорке и пошёл отдыхать. Нападение могло произойти и в его дежурство. Судьба…

Звонок телефона раздался через полчаса. Я посмотрел на незнакомый номер и нажал на вызов.

— Слушаю.

— Я через десять минут подойду, — откликнулась Луиза. — Вы где?

— Возле развилки стоим. Наш микроавтобус помнишь?

— Склерозом не страдаю, — усмехнулась девушка и сбросила вызов.

— Сейчас будет, — объявил я телохранителям, а сам задумался. Она, что, пешком идёт?

Невысокая фигурка в серой куртке и с капюшоном на голове появилась внезапно, как будто из-под земли вынырнула. Она постучала пальцами по стеклу, предупреждая о себе. И это правильно. Фил мог и выстрелить. Вон как напрягся.

— Свои, — предупредил я его и поприветствовал Луизу, когда она нырнула в салон. — Ты пешком притопала, что ли? — спросил с удивлением, когда она плюхнулась в соседнее кресло и дружески пихнула меня кулачком в плечо.

— Нет, конечно! — усмехнулась девушка, скидывая капюшон, и небрежным движением растрепала рыжие кудри. — Я вышла пораньше, чтобы вашу машину не светить. А то здесь таксисты очень любопытные. Пробежалась немного.

— Ну надо же, девица! — Фил расплылся в улыбке. — Всё веселее в дороге будет.

— Ты за обстановкой следи, воин, — усмехнулась Ирмер. — А то второй косяк господин Дружинин тебе не простит.

Парень сразу опечалился и уставился в окно.

— Привет, Арсен! — помахала водителю девушка. — Как твоя рана? Зажила?

— В порядке, Крис, спасибо, — Арсен обернулся с улыбкой. — А я и не знал, что ты в Уральске «спала». Думал, к родителям уехала.

— Эй, а вы знакомы, что ли? — неслабо удивился я.

— Пересекались однажды, — пожала плечами Луиза-Кристина.

— Значит, это ты нас прикрыла в тот раз? — догадался Арсен, заводя мотор. — Спасибо, очень помогла. А то бы не разговаривал с тобой сейчас.

— Повезло рядом оказаться, — отмахнулась девушка.

— Ага, рассказывай сказки, — хохотнул телохранитель и нажал на педаль газа. Микроавтобус бодро покатил по дороге, особо никуда не торопясь. Едем да едем, ничьего внимания не привлекаем.

— Расскажешь, как удалось улизнуть из общежития? — поинтересовался я.

— Очень просто. Взломала систему контроля, создала ложный сигнал маячка с локализацией в зоне университета.

— И каким образом?

— Через телефон. Зря, что ли, оставила его в комнате?

— А браслет?

— Сняла, конечно, как только перевела сигнал. Нафига он мне здесь нужен? Вернусь, нацеплю обратно. Тем более, я пока отстранена от занятий. Как бы нахожусь всё время в общежитии.

Я почесал макушку.

— Но ведь ты не одна живёшь в комнате? А что, если твоя соседка проговорится?

— Веселина-то? Не, будет молчать, как немая. Мы хорошо ладим друг с другом. Я попросила её иногда брать мой телефон на «прогулку» в парке, чтобы служба контроля не заподозрила, чего это я такая неподвижная? Не померла ли с тоски?

Луиза впервые на моей памяти рассмеялась, правда, коротко, и сразу же замолчала, как будто устыдившись своих эмоций.

— Лучше расскажи, что у тебя в больнице произошло? Фишлер-то не особо разговорчивым оказался, — Луиза прикрыла рот ладошкой и зевнула. — Надо же какое-то противоядие выработать против бесконечных покушений. А то помрёшь молодым.

Гнездо паука

— Ты мне… обещал, отец, — с трудом шевеля губами, бросил укор Григорий, когда Шуйский зашёл в комнату проведать сына. Слуга, ставивший на поднос грязную посуду после обеда, поклонился князю.

— Выйди, — бросил канцлер, и слуга мгновенно испарился из личных покоев младшего Шуйского. А сам, тяжело ступая по ковру, подошёл к креслу, положил руку на тщательно причёсанные волосы сына. Постоял так с полминуты, направляя толику своей энергии по невидимым глазу каналам, насыщая ауру Григория, удерживая, таким образом, едва теплившуюся жизненную силу в «бракованном» клоне.

Закончив короткий сеанс, Александр Александрович отыскал взглядом стул с высокой резной спинкой, присел на него и закинул ногу на ногу. Обхватив колено пальцами рук, пристально и с горечью посмотрел на нервные тики сына, которые стали очень частыми в последнее время.

— Да, я тебе обещал новую жизнь, новое тело и излечение от болезни, — проглотив комок в горле, ответил Шуйский. — Но слишком понадеялся на тех, кого так щедро кормил и защищал. Они подвели нас: тебя и меня.

— Ты… их убил, — негромко бросил Григорий, вдруг однажды переставший произносить длинные фразы. Это тоже было следствием неудачного переноса измождённой неведомой болезнью души в новое тело, куда лучше прежнего, крепкое и ладное. Ему