Александр Потапов - Схватка за параллель

Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 103

Забеспокоившись, приступаю к планомерным поискам. Нахожу несколько смазанных на камне фундамента следов. Парень топчется на месте, ходит два шага вперёд, два назад и ни вправо, ни влево. Недолгие размышления толкают на идею поднять голову. В принципе по стене можно забраться довольно высоко. Экспериментируя, поднимаюсь метров на десять и нахожу серую нитку от хамелеона. Ну куда понесло человека? Ну какого там делать! Продолжаю подъём, вбивая на случай спуска пару крюков. Вскоре обнаруживаю некое подобие окошка. В такой башне – да оконце! Распахнутое настежь, оно словно предупреждает об опасности. Помянув в горячке всю Стёпкину родню, лезу внутрь. Глубоко внизу, зажавшись в уголке, сидит Степашка, и колбасит его давно и явно не по-детски.

Сыплю по стенам весь матерный запас. Надо видеть посветлевшее лицо и испуганные глазёнки мальчишки, ещё не осознавшего до конца, что самое страшное уже позади.

– Лови конец, чучело, – шепчу уже спокойно.

Вытянуть паренька даже с оружием дело довольно простое. А вот спускаться вниз приходится по всем правилам альпинистского искусства. На земле отвешиваю малому мощную оплеуху. Тот кубарем катится в сторону.

– Понял, за что?

– Нет.

– Степан, пацан ты взрослый, а пост, доверенный тебе, бросил. Живой я остался не благодаря, а вопреки твоим действиям, – за шиворот тащу к искорёженной груде металла. – То, что я его завалил, не умение, а исключительно удача и везение. В противном случае твой конец в каменном мешке был бы жалок.

Я ещё долго с праведным гневом на лице изображал обиженного судьбой. И это возымело действие. Мальчонка аж ревёт. Не успокаиваю, последствия и в самом деле могли быть печальными.

– Андрей Егорович, больше не буду!

– Степашка, последний раз прощаю. В следующий – расстанемся навсегда. Не знаю, как ты, а я жить хочу. И, по возможности, подольше. Если доверяю пост, умри, но не отходи. В этой странной войнушке без плеча друга не обойтись. И будет обидно оттолкнуть это плечо. Одному трудно, один в поле не воин, даже самый раскрученный супермен. Это логика жизни. Кстати, ты какого туда полез?

– Интересно стало.

– Ох! – машу руками, тщетно пытаясь подобрать слова, но их нет.

Окончив воспитательную беседу, готовимся раствориться в бескрайних полях, перелесках. Ещё бы, стража завалили, нарушили покой местной тюрьмы. Тут не до маскировки. Если выйдет пара боевых роботов, не отвертеться. Посему рысью! Вопрос только один: а где, собственно говоря, Шарик? Поиски долго не дают никаких результатов. Пока наконец чуть не в километре от привала, на сырой земле неглубокой ложбинки, нахожу знакомые следы.

– Ну а этот-то гад куда попёрся?

Степан просто пожал плечами. В душе неожиданно закипает злость. Чудом не срываюсь на спутнике, но это мне стоило кучи погибших нейронов. Следы меж тем ведут в нужном направлении, и мы, отбросив осторожность, идём по ним. За пару часов марш-броска удаляемся от высотки на несколько километров. Следы, некоторое время шедшие прямо, начинают петлять. Вначале не обращаем особого внимания, но, изрядно подустав, решаю присмотреться к ним повнимательнее. И не зря. Цепочка огромных отпечатков лап Шарика идёт параллельно следам двух свиней. Похоже, наш друг решил поохотиться в одиночку. В принципе ничего страшного, он же зверь. Вот только длительное отсутствие начинает нервировать. Неподалёку виднеется бетонный прямоугольник сооружения. Такие встречаются здесь довольно часто и больше всего напоминают громадные доты. Правда, в них нет ни амбразур, ни дверей, ни вообще каких-либо отверстий. Так вот, следы пса уверенно проложены в том направлении. С некоторой обречённостью следуем по ним. К бункеру проложена полевая дорога, и на её чуть влажной поверхности отчётливо видны следы кабанов и Шарика. Они доводят до стены и исчезают. Надо полагать, звери вошли внутрь. Вопрос к нам: а что, собственно, делать дальше?

Ловушка... Это уже было... Такое никогда не сотрётся из памяти...

Возвращение Джека в реальность происходит буднично и просто. Женщина в белой одежде отцепляет от тела пса пучок проводов и уходит. В ярко освещённой комнате пусто. Мягкая подстилка и большая чашка воды.

Вода! Это то, что сейчас остро необходимо. В глотке сухо, как в пустыне. Он припадает к чашке и с жадностью глотает холодную влагу. Жажда уходит, оставляя чувство лёгкого голода. Пёс встает и осторожно потягивается. Ничего не болит; мало того, в отдохнувшее тело с каждым вдохом вливается сила. От переизбытка энергии Джек готов взорваться изнутри.

Внезапно возникает картинка в голове – истерзанное тело Егория. Кровь, много крови. Второй Егорий. Это тогда чуть не свело с ума Джека, а сейчас калейдоскоп картинок в голове заставляет сопоставлять несопоставимое. Похоже, он спас не только друга, но и врага. Перед глазами два тяжёлых тела, которые с трудом удалось поднять на борт.

Попытка выйти на контакт с Егорием пресекается хозяином, но перед этим на мгновение видятся пустая комната, мрачные лица Великих и Егорий, прикованный к стулу. Пёс снова и снова пытается выйти на телепатический контакт, но безуспешно.

Несколько дней Джека никто не навещал, и он оставался один на один со своими воспоминаниями. Одиночество тяготило его, и поэтому, когда в лазарет вошёл хозяин, пёс радостно бросился ему навстречу. Но радости в этой встрече было не так много: Егорий не хотел делиться с другом своими мыслями, именно не хотел, да и чувство благодарности за своё спасение было не таким, как в прошлые разы. Пёс чувствовал, кроме благодарности, в голове Великого ещё и опасения, тревогу, и даже некую брезгливость.

Джек, внешне такой, как прежде, преданный и готовый ради друга на всё, внутри стал напряжённым, всегда готовым к любым неожиданностям.

Картинка каюты корабля, полёт и посадка на незнакомой планете. Ещё на борту Джек чувствует, что его стая рядом, но радость от близости сородичей омрачена псиобменом. Все псы находились в одинаковой ситуации: живые, здоровые, полные сил, – они лишены новостей и службы. Странно было и то, что после посадки хозяева покинули корабли, а длинноухие друзья остались запертыми в тесных каютах. Такого раньше и представить было невозможно. Оставалось ждать, когда их позовут.

Всех позвали одновременно. Экипажи кораблей с почтительным ужасом наблюдали, как огромные псы сломя голову несутся наружу. Зов шёл из большого здания, сделанного из прозрачного материала с открытой входной дверью. Псы бросились внутрь. Как только забежал последний, тяжёлая металлическая дверь бесшумно закрылась. Опасность чувствовалась сразу, но взявшие разгон псы не смогли остановиться.

Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 103