Инженер. Система против монстров 9 - Сергей Шиленко

— Олеся! А ну стоять! — рявкнул он, хватая дочь за плечо. — Ты куда собралась, бестолочь⁈ На смерть⁈ Быстро в оранжерею! Ты ещё тётю Ариадну не домучила!

Малявка вырвала плечо, сверкнув глазами.

— Пап! Я — боевая единица! Я зверей контролирую! Я могу помочь!

— Ты — ребёнок! — Варягин почти кричал. — Сиди в отеле и не высовывайся!

Я шагнул вперёд и положил руку на плечо Варягина.

— Успокойтесь, Сергей Иванович, — сказал я твёрдо. — Олеся остаётся здесь. И вы тоже.

Варягин сдвинул брови, уставившись на меня. Олеся надулась, готовя возражения.

— Олеся, — я повернулся к ней и заговорил спокойно, но с нажимом, — ты нужна здесь. Ты и твои звери. Защита отеля сейчас на вас с отцом. Мы уходим почти всей боевой группой. Если какая-нибудь тварь решит воспользоваться моментом и сунуться за периметр, кто её остановит? Турели? Они хороши, но их можно обойти. Так что оборона зависит от вас.

Девочка смотрела на меня несколько секунд, потом её плечи опустились. Восторг в глазах сменился пониманием и серьёзностью. Она неторопливо кивнула.

— Поняла, командир. Мы с Мики будем на страже. Ни одна тварь не пройдёт.

Мики, словно подтверждая, глухо заворчал и потёрся башкой о ногу хозяйки.

— Вот и отлично, — я кивнул Варягину. — Вы за старшего. Держите оборону. Если что, сразу докладывайте.

Варягин, всё ещё хмурый, но уже успокоенный, коротко кивнул.

— Сделаем. Вы там… это… поаккуратнее.

— Обязательно, — усмехнулся я.

Группа «Альфа» построилась у ворот. Я окинул взглядом свой отряд. Прометей, Искра, Борис и Медведь. Рейн и Горыныч… нервный, дёрганый, с безумной улыбкой.

— Выдвигаемся, — скомандовал я. — Идём быстро, не растягиваемся. До лесопарка минут десять пешком через дворы.

Мы покинули территорию отеля и углубились в лабиринт многоэтажек. Осенний день был обманчиво тих. Под ногами шуршали сухие листья — жёлтые, бурые, багряные. Они устилали асфальт плотным ковром, никто теперь не чистил улицы. Где-то вдалеке каркала ворона, вроде, не мутировавшая. Её крик звучал зловеще в этой противоестественной тишине.

Мы миновали детскую площадку с поскрипывающими качелями и покосившимся грибком-песочницей. Прошли мимо сгоревшего остова легковушки, мимо продуктового магазина, уже начисто разграбленного. Запах гари, старой резины и сырости смешивался в коктейль, к которому я, впрочем, уже почти привык.

Всё это время я следил за монстром через камеру дрона. Через семь минут быстрого марша мы вышли к последнему ряду многоэтажек, за которыми начинался лесопарк. Здесь дома стояли реже, а деревья подступали вплотную к тропинкам. Я поднял руку, приказывая остановиться.

— Дальше тихо, — произнёс я вполголоса. — За мной, к той возвышенности.

Указал на небольшой пригорок метрах в пятидесяти, поросший густым кустарником. Оттуда должен был открываться хороший обзор на низину, куда рухнул монстр. Дрон уже висел над местом, передавая картинку на мой интерфейс, но я хотел увидеть всё своими глазами. Оценить масштаб вживую, а не через пиксели.

Мы поднялись на пригорок, стараясь не шуметь. У берсерков получалось плохо, их горе-доспехи выдавали позицию за километр, но скрафтить для них нормальные я опять не успел. Кусты здесь были высокими и ещё не все облетели. Я раздвинул ветки и выглянул. Сразу замер.

Внизу, метрах в ста от нас, распластался суперскат…

Дрон передавал картинку, но реальность… Реальность всегда бьёт по нервам сильнее. Размах крыльев — сорок два метра — на экране был просто цифрой. Здесь, вживую, это как… как если бы на землю рухнул боинг. Только этот «боинг» состоял из плоти, слизи и костей.

Он лежал в неглубокой ложбине, по дну которой вилась узкая речушка. Скорее даже, ручей, сейчас наполовину пересохший. Крылья были раскинуты в стороны, одно из них, правое, подломилось у самого основания, и из разрыва торчали обломки костяных рёбер жёсткости. Второе крыло лежало плашмя, придавив собой несколько молодых берёзок, сломавшихся, как спички.

Вокруг туши земля была чёрной и дымилась. Кислота. Огромная лужа растеклась на десятки метров вокруг, и всё, чего она касалась, превращалось в оплывающую, пузырящуюся кашу. Запах… Запах ударил в нос даже здесь, на возвышенности. Резкий, удушливый, похожий на смесь аммиака, тухлых яиц и жжёной пластмассы. Органическая химия во всей её отвратительной красе. Потом ещё и с заражением грунтовых вод бороться придётся.

Воздушные мешки под брюхом сейчас были сдуты. Один из них, пробитый очередями турелей, всё ещё сочился чёрной кровью, которая смешивалась с грязью и кислотой. Но хуже всего, что увидев тварь вживую, мы узнали о ней слишком много.

Небесный Левиафан — Уровень 40

Искра присвистнула. Тихо, но выразительно.

— Сороковой уровень… Охренеть. Как Кладбищенский Голем.

— Я его сейчас поджарю! — Горыныч рванулся вперёд, сжимая кулаки, из которых тут же повалил густой чёрный дым. — Я его зажарю до хрустящей корочки! Вы видели эти глаза⁈ Я хочу видеть, как они лопнут от жара!

Рейн молниеносным движением схватила его за плечо и дёрнула назад. Без единого слова. Просто удержала на месте, сжав пальцы так, что Горыныч скривился от боли.

— Пусти, кровососка! — прошипел он.

— Заткнись и сядь, — процедила Рейн, не поворачивая головы. Её взгляд оставался прикован к монстру.

Медведь, прищурившись, тоже разглядывал неподвижную тушу.

— Может, он сдох? — спросил он с сомнением. — Не шевелится. Может, турели его добили?

— Обязательно сдохнет, — ответил я. — Но нужно ему помочь. Опыта за него нет, значит, жив. Регенерирует потихоньку. Если дадим ему время, восстановится, поднимется и свалит. Или атакует. Ни то, ни другое нас не устраивает.

Прометей, сидевший чуть позади, издал тихий электронный сигнал. Аналог прочистки горла.

— Анализ завершён, — произнёс он. — Объект демонстрирует высокую живучесть. Рекомендую избегать прямого контакта до нейтрализации кислотного оружия. Наблюдаю пульсацию спинного гребня. Вероятно, источник магической энергии. Однако подозреваю, что единственный шанс убить существо, это критический урон по мозгу. Это гарантирует победу. Атака по корпусу будет неэффективна.

— Хорошо, — кивнул я.

Мысленно открыл интерфейс Хранилища. Коснулся иконки «Доспех», отдал приказ о материализации.

Вспышка света. На секунду моё тело окутал полупрозрачный кокон энергии. Первым слоем легла вторая кожа. Чёрное, лоснящееся полотно миомерного поддоспешника, плотно обхватившее меня. Тут же, поверх него, из света соткался несущий каркас, защёлкнулись на суставах сервоприводы. На каркас легли титановые бронепластины.

И наконец, шлем. Он возник вокруг головы из мерцающей дымки, и в тот же миг перед глазами вспыхнул интерфейс дополненной