Стенли Вейнбаум - Черное пламя
Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 142
Герман Бах предложил сейчас же поехать к нему. Кира не возражала, но попросила отвезти ее сначала в супермаркет, сославшись на то, что весь ее гардероб — это заношенное черное платье. В результате в доме доктора Баха они появились, нагруженные многочисленными пакетами и свертками.
Из всех комнат дома Кира облюбовала библиотеку, и теперь, нарядившись в роскошное шелковое платье, расположилась там, словно всю жизнь прожила среди этой роскоши.
Скотт еще в машине высказал ей свое неудовольствие по поводу безудержной траты чужих денег, и теперь этот разговор возник снова.
— Я трачу собственные деньги: по суду они принадлежат мне, — спокойно возразила Кира.
Кстати, именно ее чудовищное спокойствие потрясло Дэниела Скотта ничуть не меньше, чем удивительная красота бывшего заморыша. Эта невозмутимость бесила молодого врача, и он резко сказал:
— Это деньги убитого вами старика!
— Конечно. Мне нужны были деньги, и я взяла их у него.
— Да, после убийства. И наш долг отдать вас в руки правосудия, — гневно заявил Скотт.
Между тем доктор Бах с интересом следил за этой перепалкой, пока воздерживаясь от комментариев. Девушка перевела взгляд с Дэниела на старого врача и насмешливо сказала:
— Это уже было, уважаемые господа. И суд меня оправдал. А в соответствии с Конституцией Соединенных Штатов дважды за одно и то же преступление не судят. — Увидев, как вытянулись их лица, она пояснила: — Я очень много читала с тех пор, как начала выздоравливать. И в камере тоже: адвокат был так любезен, что перетаскал мне всю свою юридическую библиотеку. Почитаю и здесь. — Она обвела рукой набитые фолиантами стеллажи. — Надеюсь, среди этих книг не только справочники по медицине. И для сведения: я читаю очень быстро и мгновенно запоминаю все прочитанное. А сейчас я хочу отдохнуть — уж очень утомительным выдался день.
Когда мисс Зелас величественно покинула библиотеку, мужчины ошарашенно уставились друг на друга.
— Давайте сначала вы, — предложил Дэниелу доктор Бах.
Тот кивнул и медленно заговорил:
— Как известно, именно от адаптации зависит выживаемость организма. Я имею в виду, конечно, живую материю. Свойство приспособиться к внешним условиям делает организм тем более совершенным, чем выше в нем это качество. Я уже говорил как-то о насекомых. Теперь поговорим о людях. На солнце кожа покрывается темным загаром — так человек защищается от ультрафиолетовой части спектра. То же свойство — но уже врожденное — мы видим у жителей экваториальных областей планеты. По сравнению с ними, северные народы почти альбиносы: для собственного оздоровления они приспособлены поглощать солнечные лучи. Человек, теряющий правую руку, приучается успешно пользоваться левой. А способность регенерации тканей при заживлении ран? Это все разновидности адаптации живого организма.
Несмотря на то что Скотт говорил известные вещи, доктор Бах с интересом слушал его, не перебивая.
— Случай с Кирой Зелас выходит за рамки обычной адаптации, — продолжал между тем Дэниел. — Мы наблюдаем совершенно невероятное явление. Она изменяет цвет кожи, волос и глаз мгновенно. Так же мгновенно исчезают даже следы уколов. Но это неосознанные действия. А вот в суде она использовала это свое качество сознательно, очаровав всех неземной красотой — которая, кстати, после прекращения дела несколько поубавилась, — а также подчеркнутым призывом слабого существа к рыцарским чувствам мужчин. Я в полной мере испытал это на себе. А ее чудовищная обучаемость? Вспомните, что рассказывали сестры в клинике. Сейчас эту девушку никто бы не назвал невоспитанной и серой. Чертова сыворотка вызвала в организме Киры Зелас какую-то непредвиденную биохимическую реакцию, вследствие чего ее способность к адаптации невероятно возросла. И я пока не нахожу ответа на вопрос — что же произошло?
Старый врач задумчиво покачал головой, нахмурил брови и задумчиво проговорил:
— Объяснение, друг мой, может быть только одно. Развитием человека управляет мозг и разветвленая сеть нервной ткани. Именно они создают человека темнокожим или белым, умным или глупым, высокими или низким — да всего и не перечислишь. В свою очередь, степень развития мозга и всей нервной системы существенно зависит от так называемой шишковидной железы, а иначе — гипофиза, расположенного над мозжечком. Ученые древности считали, что именно там находит себе убежище душа человека. Значит, уже тогда роль гипофиза считалась наиважнейшей. Вероятно, сыворотка вызвала гипертрофированное развитие гипофиза, а это целиком зависит от количества гормона, именуемого пинеалином. Вспомните, биохимики мира безуспешно пытаются получить этот гормон: он обеспечил бы власть над человечеством — ни больше ни меньше. По-видимому, колдуя над сывороткой, вы случайно выделили эту голубую мечту всех параноиков, стремящихся к мировому господству. И если это так, то созданное вашим снадобьем чудовище — а иначе говоря, бывшая Кира Зелас — являет собой совершенный организм с неограниченной адаптацией и абсолютной неуязвимостью.
— Боже мой! — только и смог прошептать Дэниел Скотт.
— И этого мало, — сочувственно глядя на своего молодого коллегу, продолжил доктор Бах. — Существуют два вида адаптации: биологическая и нравственная. С биологической все просто — вспомните уже упоминаемого хамелеона или сезонное изменение цвета шкурки соболей, зайцев и других зверьков. С человеком все обстоит гораздо сложнее: если он не может приспособиться к среде обитания, он изменяет саму среду. Вся сущность прогресса опирается именно на это — перестроить по воле человека окружающий мир. И мы даже не можем предположить, куда повернет в своем развитии эта носительница избыточного пинеалина: мы можем только наблюдать за Кирой Зелас и надеяться на благополучный исход. Как знать, может быть, эта девушка демонстрирует нам модель человека, находящегося на следующей ступени эволюционной лестницы.
— Но любая эволюция предполагает постепенный переход количества в качество, — возразил доктор Скотт.
— Да, так считал Дарвин, — заметил Герман Бах. — Но я думаю, что появление нового качества подобно взрыву. Посудите сами, какой прок длительно отращивать крылья, если уже изначально не видна определенная выгода полета. Точно так же и зрение. Глаз должен был появиться сравнительно быстро, чтобы обладатель нового качества понял свое преимущество перед слепыми сородичами и сумел выжить при изменившихся обстоятельствах существования. Этого взгляда придерживаются сторонники мутационной теории. А мутации — возьмите все тех же белоглазых дрозофил — происходят в весьма короткие сроки, если для этого созданы определенные условия. Вот и с Кирой Зелас произошел подобный мутационный скачок. Вот только — куда? Уж не к сверхчеловеку ли?
Дэниел Скотт покинул дом доктора Баха в полном смятении чувств. Он не спал всю ночь и ранним утром вновь оказался в кабинете своего старшего коллеги. Они обсудили план дальнейших действий, и — как следствие — Бах, на правах начальства, подписал заявление Скотта об отпуске, а сам, сославшись на легкое недомогание, поручил заботу о своей клинике заместителю. В то же утро Дэниел перебрался в дом старого доктора, надеясь защитить того в случае непредвиденных эксцессов. Естественно, его интересовала и сама Кира Зелас.
Однако находиться с ней под одной крышей стало серьезным испытанием для Дэниела Скотта. Инстинктивно или сознательно Кира воплотила в себе черты очаровательного женского образа, руководствуясь, по-видимому, скрытым в подсознании молодого человека идеалом. Скорее всего, девушке захотелось развлечься, а ограниченность окружения делала Дэниела вполне подходящей мишенью.
Его неудержимо влекло к ней, хотя разум противился этому, напоминая, что перед ним почти нечеловеческое существо, склонное в своей безнравственности даже к убийству.
Тем временем внешне все обстояло весьма благополучно. Кира быстро приспособилась к укладу дома, охотно помогала миссис Гейц, много читала и умно поддерживала вечерние беседы у камина.
Постепенно справился со своими эмоциями и Дэниел. Он вернулся к наблюдениям за подопытными животными и решил исследовать мозг одной из морских свинок, которая — как и Кира — обладала способностью мгновенно избавляться от следов уколов и порезов.
Дэниел Скотт усыпил животное и вскрыл черепную коробку. Призванный для консультации доктор Бах установил ярко выявленную гипертрофию шишковидной железы.
— Похоже, я оказался прав, — заметил он. — Однако статистические данные подобных случаев, к сожалению, отсутствуют. Я уверен, что операция на гипофизе морской свинки даст определенные результаты, но это еще не означает, что человек прореагирует адекватно. Но попробовать следует.
Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 142
