Команда Себека - Злата Заборис
Прямо как тогда.
– Не стоит, – покачала головой она. – Я уже ухожу… Иди.
Голова ее качнулась в сторону Серафима. А в следующий миг тонкий силуэт богини уже проскользнул мимо меня, стремительно скрываясь за порогом. Если бы не флер ее цветочных духов, пропитавший воздух палаты, да звонкий цокот удаляющихся по коридору каблуков, я бы и вовсе подумала, что эта встреча мне привиделась.
Но нет. Та, с кем я желала видеться сейчас меньше всего, действительно была здесь.
Была.
Выдох. В прошедшем, к счастью, времени.
Помрачнев, я устало приставила к кровати стул. Взгромоздилась на него, плюхнувшись с размаху, устроила поверх колен снятый с плеча рюкзак и сочувственно окинула взглядом Пульсара, ничком лежащего на больничной койке.
– Как ты сегодня? – Зачем задавала этот вопрос, не знала и сама.
О том, что у лежащего в коме человека ничего не изменилось, можно было догадаться и так.
– Ты хоть понял, кто к тебе приходил?..
Я покосилась на дверь, будто хотела убедиться, что предыдущий визитер ушел.
– Твоя богиня тебя не бросила. – Руки, собранные в замок, в безрадостном жесте упали между колен. – Ты ее подвел. Подверг опасности. А она все еще с тобой… Вот странно, – продолжала я бормотать себе под нос. – Я ее не подводила. И опасности не подвергала. И как она отплатила мне за это?
Я угрюмо хмыкнула.
– Парадокс, правда?
С этими словами я запрокинула голову к потолку, потерянно изучая плинтусы, углы и подрагивающие холодным светом люминесцентные лампы.
– Даже тебя она ценит больше, чем меня, – сорвался с губ горестный вывод.
Самостоятельно напросившийся. Самостоятельно озвученный. И никому, кроме меня, по сути, не нужный.
Следовало бы замолчать. Перевести разговор в другое, менее нагнетающее обстановку русло.
Но меня уже понесло. Давно я так не могла выговориться. Да и некому было.
Лежащий ничком Данилин, не способный сказать и слова поперек, был прекрасным слушателем. Идеальным.
– Хотя ты вон вообще весь «Восход» променял, – продолжила гневно бормотать я, – и ничего. Ушел черт-те куда. Договор заключил не пойми с кем… Вот с кем ты его заключил, а? Кто был тем богом?
– И-си-да… – донеслось до меня едва слышимое.
От неожиданности я вздрогнула, резко подскакивая со стула.
– Что?
– И-си-да… – донеслось от постели, и теперь я отчетливо слышала голос Пульсара.
Слабый. Дрожащий. Но до боли знакомый.
– Исида… – повторил он. – Исида.
Как заведенный.
А я уже бежала в коридор с криком:
– Сестра!!! Он очнулся!..
Глава 2. Правильность решений
И завертелось.
Врачи. Крики. Сумбур.
Я стояла в коридоре и едва улавливала суть происходящего, пока мимо меня бегали люди, а из палаты доносились звуки приборов и чужие голоса.
Он очнулся. Пульсар очнулся.
Новость эта – странная, пугающая, но в то же время радостная и полная светлой надежды – захватила мой ум.
Ученик Тота жив. Друг Виталия жив. Человек, способный пролить свет на историю с пекторалью Сета и расставить все точки над «i», жив.
– Вы издеваетесь? – вывел меня из радостного небытия мужской голос.
Напротив, хмурясь, стоял невысокий врач в маске. Брови его возмущенно сошлись на переносице.
– О чем вы? – не поняла я.
Мужчина насупился еще больше.
– Зачем вы развели панику? Ваш друг и не думал приходить в себя.
Мое лицо изумленно вытянулось в ответ, врач же продолжал:
– Это такая шутка? – Его возмущение стремительно возрастало. – Нам здесь, по-вашему, заняться больше нечем?
– Но я отчетливо слышала…
– Вам показалось! – решительно отрезал врач. – Пациент стабилен. Улучшений нет.
* * *
– «Улучшений нет», – словно заведенная, повторяла я часом позже во владениях Себека.
Улучшений не было. Никаких сдвигов не было. Равно как и у меня не было понимания ситуации.
– Но как такое возможно? – В уме все крутилась навязчивая мысль, что врач нарочно мог умолчать о чем-то. – Я точно знаю, что слышала его голос.
Повелитель рек и озер потер ладонью свою лысую голову. Задумчиво скрежетнул зубами, точно подбирал нужные слова. И наконец вздохнул.
– Не голос, – протянул он. – Думаю, не голос. Это был.
Я недоуменно воззрились на преподавателя.
– Ты слышала его. Правда, – добавил речной бог. – Но он не говорил.
Понятнее не становилось.
– Что вы имеете в виду?
– Ведовство, – коротко пояснил Бек.
Руки его скользнули к животу, запахивая на необъятных телесах черную олимпийку.
– Магия Тота все еще осталась в тебе. И ты ей воспользовалась.
– Но ведь я больше не служу Тоту? На мне даже скарабея его не было…
Ответом Себека стало размеренное качание головы.
– Скарабей и не нужен. Тот оставил в тебе свою проекцию. Этого достаточно. Мало, но достаточно.
Услышанное заставило призадуматься.
Бек Заевич же продолжал:
– Скарабей усиливает. Скарабей связует тебя с богом. Но дар магии идет изнутри. Он – твой. Пока ты не покинешь «Восход».
Открывшиеся факты звучали заманчиво.
– Значит, я могу использовать его в любое время?
– Нет. – Голова бога отрицательно качнулась. – Только тогда, когда это нужно. Только тогда он придет к тебе.
– Вы хотите сказать… – Вопрос формулировался в мозгу долго, с противным скрипом извилин. – Сегодня случилось что-то… чрезвычайное? Особенное?
Кивок.
– Да, – подтвердил мой преподаватель. – Ты пыталась связаться с Пульсаром. И он связался с тобой.
По спине рысью пробежал табун мурашек.
– Думаете, это было по его инициативе?
– Он дал тебе эту информацию. Ты ее просила, и он ее дал. Не Тоту. Не Бастет. Не Виталию. Тебе.
– Но почему?.. – Понимание все еще не приходило.
Зиятбек Зулкарнаевич растерянно развел пухлыми руками:
– Кто знает. Думаю, он посчитал, что так будет правильно.
«Правильно», – откликнулось эхом в моей голове.
Правильно.
Мозг печально смаковал это слово, будто бы пробуя его на вкус. После всего содеянного Пульсаром в правильность его решений верилось с большим сомнением.
– Так что он сказал? – поинтересовался преподаватель.
И я с запозданием поняла, что так и не упомянула подробностей нашего «разговора».
– Ответил на мой вопрос. Сказал, с кем из нейтралов заключил контракт.
Возможно, мне показалось, а может, угольные глаза речного бога и вправду дрогнули в этот момент.
– Исида. – Я растерянно пожала плечами. – Он несколько раз повторил «Исида».
И увидела, как круглое лицо Себека вытягивается в узкий овал.
С секунду Бек Заевич стоял молча. А затем его проекция спешно растворилась в воздухе.
Глава 3. Невозможность отрицания
Бек Заевич исчез. Не оставил ни следа, ни обещания вернуться. Но я ни секунды не сомневалась в том, что знаю, где смогу его найти.
Под ногами замельтешили ступени. Перед глазами
