Вернуть своё - Андрей Горин
Ещё два тела охранников, с помощью всё того же Майло, мы нашли недалеко от поворота на галерею между корпусами.
— Что ты об этом думаешь? — поинтересовался Константин.
— А что тут мудрить. Козе понятно, что у Инвойсеров были сообщники во дворце. Метаморфы были только оружием, а организаторы покушения явно из одного из Великих Домов.
— Согласен, — кивнул Кропоткин. — Но тогда получается, что в заговоре может быть замешан любой из Великих Домов, кроме нашего и императорского.
— Я бы не был столь категоричен, — возразил я.
— Что ты имеешь в виду? — не понял Константин.
— Заговорщики могут принадлежать к нескольким Великим Домам. Не исключено, что в вашем доме тоже завелась паршивая овца, которая не прочь заменить Великого Князя Петра Алексеевича, на посту Главы Дома Кропоткиных. Что касается императорского Великого Дома, то хотя, как мы предполагаем, основной целью заговора является Император, это не исключает участия в заговоре предателей из Великого Дома Бухариных. История полна случаев, когда после свержения действующего Императора, в выигрыше оказывается один из его ближайших родственников, который и занимает престол.
— Цинично, но не исключено, — согласился Кропоткин. — Хотя меня поражает порочность и коварство твоего ума, способного просчитывать такие варианты. Учитывая твою молодость, непонятно откуда ты научился подобному образу мышления.
— У меня были хорошие учителя, — развёл я руками.
— И кто же тебя учил? — сразу уцепился Константин за случайную фразу.
— Жизнь научила. Порой она лучший учитель, — отпарировал я.
— Ладно. Тогда необходимо заняться поиском сообщников Инвойсеров здесь во дворце. Хотя шансы кого-то найти невелики. Ведь это может быть не только кто-то из слуг или охраны, но и из числа гостей.
— Скорее всего, и тех и других, — уточнил я. — Ищите. Но тут я тебе не помощник.
— Ты, может и нет, — многозначительно усмехнулся Константин. — А вот твой приятель, пожалуй, может помочь. Собачка у тебя весьма необычная. Я ни на что не намекаю, но думаю, он может идентифицировать запахи тех, кто убил охранников.
Майло вопросительно поглядел на меня, и я дал ему добро, посчитав, что такой поворот событий вполне возможен.
Майло обнюхал сначала тела двоих гвардейцев, охранявших вход в покои Катерины, а затем тела охранников в коридоре у поворота на галерею. После чего деловито засеменил в сторону лестницы на первый этаж. На самом деле Майло анализировал не столько обычный запах убийц, а эманации их аур.
Мы с Константином в сопровождении десятка гвардейцев и нескольких боевых магов охраны устремились за ним.
Граф оказался прав. Охота увенчалась успехом. С помощью Майло мы отловили троих охранников, двоих слуг и одну служанку. Их увели, чтобы допросить, но мы с графом понимали, что вряд ли они способны сообщить что-нибудь ценное, в плане того, на кого они работали.
Дальше занялись поиском Светланы и Александра, чьи тела были использованы Инвойсерами для перевоплощения. Искать долго не пришлось, тела близнецов были найдены в стенных шкафах в отведённых для них покоях.
Глава 2
Повторное предложение
Очередное покушение на Катерину было предотвращено, хотя и в последний момент. Заговорщики воспользовались самым мощным оружием в своём арсенале, но цели не достигли.
Было очевидно, что они продолжат свои попытки давления на Великий Дом Кропоткиных, но в ближайшее время вряд ли им удастся организовать что-то столь же масштабное, всё же ресурсы у них не безграничны.
Это означало, что мы получили некоторую передышку, но в то же время покушение наглядно показало, что нужно самим переходить в нападение и нанести противникам максимальный урон.
А вот уже потом. Ну вы поняли, к чему я веду. Силы, противостоящие друг другу, были слишком масштабны, и, как правило, победивших в таких противостояниях не бывает, приходится договариваться, искать компромиссы.
Но договариваться всегда лучше с позиции силы, это правило тоже никто не отменял.
Но для всего этого ещё будет время, а пока предстояло срочно разобраться с последствиями покушения.
Пока мы с Константином и охраной занимались поиском пропавших близнецов, Катерина успела прийти в себя и теперь рвалась выказать мне свою благодарность.
Как только мы вернулись к её покоям, она сразу же взяла меня в оборот.
Сам я трезво оцениваю сложившуюся ситуацию и понимаю, что, с одной стороны, мне нужно извлечь из ситуации максимальную выгоду, но, с другой стороны, необходимо воздержаться от опрометчивых шагов, чтобы, принимая эти самые благодарности, не брать на себя сомнительные встречные обязательства, которые могут поставить меня в двусмысленное положение.
Потому что с благодарностями и дарами иногда бывает, как с чемоданом без ручки, и нести тяжело, и бросить жалко.
— Получается, ты меня опять спас, уже в которой раз. Похоже, это становится традицией, — говорит Катерина, задумчиво глядя на меня.
Взгляд у неё при этом нехороший. Цепкий. Оценивающий. Так женщины в салонах модных модельеров смотрят на приглянувшийся им наряд. Если женщина что-то вобьёт себе в голову, то разубедить её потом бывает порой почти невозможно. А в этих хорошеньких женских головках, порой рождаются самые бредовые идеи.
— Разница в возрасте у нас, конечно, солидная, — продолжает размышлять вслух Катерина. — Но ведь для магов с их длительной продолжительностью жизни, это не столь существенно. Что касается сословного положения, то ты ведь Антон недавно унаследовал титул графа. Кроме того, ты гораздо более сильный маг, чем стараешься показать окружающим, а я уже достигла ранга Архимага. Интересная партия намечается.
Ход её мыслей мне категорически не нравится. Поэтому я ухожу в глухую оборону, выдвигая железобетонный, на мой взгляд, довод
— Между прочим, я человек женатый. И жена у меня, тоже Архимаг. К тому же страшно ревнива.
— Ты про твою фиктивную китайскую супругу? — ехидно усмехается Катерина, облизывая розовые губки язычком.
— Чего это она фиктивная? — притворно возмущаюсь я.
— Костя, намекнул. Их ведомство следит за этой дамочкой и её хитрованом дедулей. Мало того что они мафиози, наркоторговцы, так они ещё и наверняка шпионы Поднебесной.
— Вообще-то, это называется вмешательством в личную жизнь, — оскорблённо заявляю я. — К тому же я явно недостоин такой умницы и красавицы,
