позади на бескрайнем белом поле одинокие алые свёртки. Ветер снова завыл, заметая следы, словно сама эта безжалостная пустошь напоминала им о своём законе. Ледяная земля не прощала ошибок и слабости — каждый, кто ступал на её просторы, платил за неосторожность кровью, и цена эта всегда была слишком высока.
Глава 21
Нил стоял, нервно переминаясь с ноги на ногу, вдавливая сапоги в мёрзлую землю. Холодный воздух обжигал щёки, но внутри всё горело от возбуждения, ведь скоро всё, ради чего они годами скрывались в тени, наконец свершится. Он находился у входа в тоннель, скрытый среди валунов у подножия горной гряды, отделявшей пустынные земли от королевства Атрея. Рядом виднелись останки заброшенной деревни: несколько покосившихся изб с провалившимися крышами, покинутых много лет назад из-за скудности земель и набегов кочевников. Это место было идеальным: безлюдным, забытым и достаточно близким к границе. Именно здесь три года назад начался их план.
Юноша тихо присвистнул, вспомнив виконта Лорана. Тот был так наивен, что даже не подозревал, как ловко его использовали — радовался снисходительности короны, не понимая, что стал пешкой в чужой игре. Главное вовремя подкинуть золота и обещать неприкосновенность его жалких владений. Позади послышался мерный топот копыт. Из-за скалистого поворота выплыла массивная карета. Экипаж остановился, и слуга мгновенно распахнул дверцу, застыв в низком поклоне.
Тяжёлые сапоги глухо ударили по обледеневшей земле, а тёмный плащ развевался на ветру. Геральд не носил ни перчаток, ни шарфа — скоро холод будет ему нипочём. Мужчина с наслаждением вдохнул морозный воздух, пробуя его на вкус. Нил всё ещё стоял, согнувшись в поклоне, и выпрямился лишь тогда, когда хозяин медленно повернул к нему голову.
— Всё проверил? — спросил он без предисловий.
— Да, мой господин. Выход точно под скальным навесом, как и планировали, — Нил позволил себе короткую улыбку. — Нас никто не увидит.
В глазах Геральда вспыхнул холодный, хищный огонь. Губы медленно растянулись в улыбке. Он засмеялся, запрокинув голову, и эхо разнесло его смех по ледяному ущелью.
— Хорошо, — протянул он, когда смех стих. — Всё подготовлено?
— Да, мой господин, — выдохнул Нил, расправляя плечи с видом заслуженного исполнителя.
— Тогда пошли, впереди будущее, которое принадлежит только нам.
Светлые, почти выцветшие глаза юноши загорелись тем же безумным огнём. Он резко, порывисто кивнул, и его потрескавшиеся губы дрожали в напряжённой улыбке, словно он только что вкусил нечто запретное.
Они направились к входу в тоннель. Силуэты шагнули в темноту и растворились в ней. Внутри царила гнетущая тишина — ни звона кирок, ни приглушённых шагов рабов. У входа их ждал смотритель — худощавый мужчина с рыжей щетиной на подбородке, закутанный в тёплый плащ. Увидев Геральда, он выпрямился и низко поклонился.
— Мой лорд, — проговорил он, и голос его дрожал. — Всё готово, как вы и приказывали.
Геральд коротко кивнул, не удостаивая его взглядом.
— Что ты хотел, Осман?
— Что делать с рабами? — поспешно спросил тот, избегая встретиться с хозяином глазами. Голос его звучал сипло, пропитанный страхом и виной.
Мужчина приподнял густую, тёмную бровь.
— Делай с ними что хочешь, Осман. Продай, убей, оставь себе, мне всё равно. Они свою роль выполнили.
Смотритель согнулся ещё ниже, почти падая на колени, и жалко облизнулся, словно пёс,
