Острова в Эмбердарке - Брендон Сандерсон

«Рано начинаешь, подруга?» — мысленно обратился Закат к Сак. Обычно авиар дожидалась, пока они окончательно высадятся, прежде чем даровать своё благословение.

Чернопёрая птица просто смотрела на волны.

Закат продолжил работать. Труп в прибое был его собственным. Предупреждение держаться подальше от того места. Может, там прятался ядовитый анемон, о который он мог уколоться, или поджидало коварное подводное течение. Видения Сак не показывали таких подробностей — только предупреждали.

Закат вытащил лодку из воды, отсоединил поплавки и покрепче примотал их к основной части каноэ. Осторожно, стараясь не поцарапать днище об острые камни, он завёл судно в джунгли, чтобы спрятать. Если другой траппер обнаружит лодку, Закату придётся задержаться на острове на лишние несколько недель, готовя запасную. Это было бы...

Он замер, когда пятка при отходе назад наткнулась на что-то мягкое. Опустил взгляд, ожидая увидеть кучу водорослей, но обнаружил мокрую тряпку. Рубашку? Закат поднял её, затем заметил и другие, менее явные следы. Обломки отшлифованных досок. Клочки бумаги, кружащиеся в водовороте.

«Те дураки», — подумал он.

Когда он добрался до кромки леса, взгляд упал на труп, свисавший с ближайшего дерева. В папоротникообразной кроне притаились разрезанные лозы. Сак резко вспорхнула с плеча, а Закат подобрал с пляжа крупный камень и швырнул в дерево. Тот глухо стукнул о ствол, и сверху, как и следовало ожидать, рухнула сеть лиан, утыканных ядовитыми шипами.

Им потребуется несколько часов, чтобы втянуться обратно. Закат подтащил каноэ и спрятал в подлеске рядом с деревом. Оставалось надеяться, что другие трапперы будут достаточно умны, чтобы держаться подальше от лиан.

Прежде чем набросить последние маскировочные ветки, Закат достал рюкзак. Время почти не изменило ремесло траппера, но у современного мира были свои преимущества. Вместо набедренной повязки, оставлявшей ноги и торс открытыми, на нём были толстые штаны с карманами на штанинах. В дополнение — застёгнутая рубашка, защищавшая кожу от острых веток и листьев. Вместо сандалий — прочные ботинки, а вместо дубинки с зубьями — мачете из лучшей стали. В рюкзаке нашлось место и для роскоши: верёвка со стальным крюком, фонарь и огниво, высекавшее искру простым нажатием двух ручек.

На трапперов с картинок он походил мало. Ему было всё равно. Лишь бы выжить.

Закат оставил каноэ, закинул рюкзак на плечо, мачете — в ножны на поясе. Сак перебралась на другое плечо. Прежде чем покинуть пляж, Закат задержался, глядя на свой труп — бледный, полупрозрачный — всё ещё висевший на невидимых лианах у дерева.

Неужели он вправду мог быть настолько глуп, чтобы попасться в лианам? Насколько он понимал, Сак показывала только правдоподобные смерти. Ему нравилось думать, что большинство из них довольно маловероятны — видения того, что могло бы случиться, прояви он неосторожность или не пройди столь суровой дядиной школы.

Когда-то Закат обходил стороной места, где видел свой труп. Но сейчас им двигало не безрассудство. Просто... нужно было встретиться с этими возможностями лицом к лицу. Нужно было уйти с этого пляжа, зная, что он по-прежнему способен справиться с лианами. Если всё время избегать опасности, навыки скоро утратятся. Нельзя слишком полагаться на Сак.

Патжи при любой возможности будет пытаться его убить.

Закат развернулся и побрёл по камням вдоль берега. Это шло вразрез с инстинктами — обычно он стремился уйти вглубь как можно быстрее. Но он не мог покинуть остров, не выяснив, откуда взялся тот мусор. И у него были серьёзные подозрения, где искать его источник.

Он свистнул. Сверху донёсся щебечущий отклик, и Кокерли, выпорхнув с ближайшего дерева, полетел над пляжем. На таком расстоянии защита была слабее. Но твари, охотившиеся на разум на острове, были не так крупны и не так сильны духом, как океанские тени. Даже с порхающим вдалеке Кокерли Закат и Сак останутся для них невидимы.

Примерно через полчаса пути вдоль берега Закат наткнулся на остатки большого лагеря. Разбитые ящики, истрёпанные верёвки, полузатопленные в приливных лужах, рваный брезент, обломки досок — возможно, бывших стенами. Кокерли приземлился на сломанный шест.

Поблизости не было видно его трупа. Это могло означать, что место не представляет непосредственной опасности; а могло означать и то, что здешняя угроза пожирает жертву целиком, так что Закат ступал по мокрым камням на краю разорённого лагеря с предельной осторожностью.

Нет, это было не просто место для ночлега. Закат провёл пальцами по обломку доски с трафаретной надписью: «СЕВЕРНАЯ ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ». Могущественная торговая сила с его родины.

Он же им говорил. Говорил же. Не надо на Патжи. Дураки. И они разбили лагерь прямо здесь, на берегу! Неужели в этой компании никто не способен слушать? Он остановился возле нескольких выбоин в скалах, шириной с его руку, тянувшихся шагов на десять. Они вели к океану.

«Тень», — подумал он. Одно из глубинных чудищ. Дядя рассказывал, что видел такое однажды. Огромное... нечто, вырвавшееся из пучины. Оно убило дюжину креллей, щипавших водоросли у кромки воды, и утащило добычу обратно в глубину.

Закат поёжился, представив этот лагерь на скалах, кишащий людьми, распаковывающими ящики, готовящимися строить форт, о котором они ему рассказывали. Но где их корабль? Огромный, паровой, с железным корпусом — они утверждали, что он способен отразить нападение даже самых глубоководных теней? Теперь он, верно, охраняет океанское дно, стал домом для тонковиков и осьминогов?

Закат не видел ни выживших, ни даже тел. Тень, должно быть, сожрала всех. Он отступил к чуть более безопасной кромке джунглей и вгляделся в листву, выискивая следы людей. Нападение произошло недавно, день или два назад.

Он машинально скормил Сак семечко из кармана, заметив цепочку сломанных веток, уходившую в джунгли. Значит, выжившие были. Может, с полдюжины. В панике, спасаясь от нападения, они бросились врассыпную.

Закат покачал головой. Бежать через джунгли — верный способ погибнуть. Эти компанейские мнили себя опытными и подготовленными. Они ошибались. Он говорил со многими из них, пытаясь убедить их «трапперов» отказаться от этой затеи.

Толку не было. Хотелось винить во всём визиты Верхних, пробудившие это дурацкое стремление к прогрессу, но правда была в том, что компании поговаривали о форпостах на Пантеоне уже много лет.

Закат вздохнул. Что ж, эти выжившие, скорее всего, уже мертвы. Надо оставить их судьбе.

Но... одна только мысль об этом — чужаки на Патжи — заставила его содрогнуться от чувства, в котором смешались отвращение и тревога. Они были здесь. Это неправильно. Эти острова священны, а трапперы — их жрецы.

И он шагнул под тёмный полог леса, на