Сердце кошмара - Глеб Сергеевич Дьяконов

Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 95

луны вышел на небосвод, помогая звездам освещать землю. Тогда утомленные празднеством, горожане медленно расходились по домам, чтобы отдохнуть и остыть после очередного тяжелого дня работы в поле. Все они знали, что завтрашнего дня будет легче, ведь посев, наконец, кончился, и впереди ждет несколько месяцев отдыха, прежде чем первые урожаи взойдут.

Крестьян, стражей порядка, правителей города, да и вообще каждого жителя в этом небольшом, но быстро растущем поселении, ждал крепкий сон. Никому тут не снились кошмары, все они сгинули с Атифисом, поглощенным земной твердью, сгинули вместе с памятью о некогда великом городе, что всего за несколько дней ушел под землю.

Мирра и Амелия шли по небольшой темной тропинке меж ветвей деревьев, через которые с трудом проходил лунный и звездный свет. Шли они к своему дому, что стоял в отдалении от других, на небольшой поляне, лысым пятном выделяющейся в зарослях леса.

Десять лет назад Мирра бы и не подумала, что будет жить здесь. Дом находился в плачевном состоянии, особенно внутри, где большая часть убранства была покрыта чем-то очень похожим на запекшуюся кровь. Однако, она видела лицо Асмера, когда тот зашел в дом, и поняла, что это место многое значит для ее любимого. Так что, спустя время, их общими стараниями, дом и территория вокруг него, расцвели, преобразились настолько, что поляну можно было не узнать, если бы не небольшое кладбище прямо посреди нее.

Земляные холмики, на которых росли желтые цветы, Асмер окружил оградкой, и постоянно следил, чтобы они не заросли сорняком. Мирра как-то раз спросила, что связывает его с этим местом и могилами, но Асмер ничего не ответил.

Сначала было трудновато, вот так бросить родной дом и начать новую жизнь на новом месте, но вскоре, когда поселение рядом начало разрастаться и все больше и больше людей бежало из руин Атифиса, стало, конечно же, проще. И воспоминания Мирры о былой жизни начали постепенно выцветать, растворяться во времени, а вскоре и вовсе исчезли. Не исчезла лишь любовь к Асмеру, который потерял всякую связь с миром, ушел куда-то глубоко в себя. Казалось, единственным, что его радовало была Амелия.

Бывший детектив учил свою приемную дочь стрельбе и охотничьему ремеслу, которому обучался вместе с ней. Они проводили вместе довольно много времени и очень сдружились. Мирра даже видела редкую улыбку на лице Асмера, когда неуклюжая девочка гонялась за большими жуками.

Очертания дома проявились за деревьями. В окнах не было света, хотя Мирра не думала, что Асмер может спать в столь позднее время, ведь обычно его мучила бессонница, не дающая ему заснуть до самого утра.

– Должно быть спит. – Сказала Амелия неуверенным голосом, и ее неуверенность передалась Мирре, которая почувствовала тревогу, хотя и старалась не придавать ей значения. Тем не менее, в ее мозг и сердце закрался маленький, но юркий червячок страха – чувства, которое растворилось в ее памяти вместе с Атифисом.

– Асмер, – тихо позвала она, открыв дверь. – Асмер ты тут?

Никто не отозвался.

– Может он на празднике? – Предположила Амелия.

– Вряд ли.

Мирра зажгла свет в лампаде. И разорвалась криком.

– Что случи… – Амелия проследила за взглядом своей приемной матери и тоже закричала.

Посреди комнаты, на толстой, скрипящей от покачивания веревке, висел Асмер с посиневшим от удушья лицом. Он был уже давно мертв.

***

В доме, находящемся на небольшой, освещаемой лишь луной площадкой, горел тусклый свет. Если бы кто-то в это время проходил бы около окон, он увидел бы женщину, сгорбившуюся над свечой с листком бумаги, и девушку, тихо посапывающую на кровати. Он увидел бы дорожки слез на ее щеках и мокрое пятно на подушке.

А если бы, что совсем невероятно, он смог заглянуть в письмо, дрожащие в руках женщины, то прочитал бы там следующее:

«Дорогая и любимая Мирра, любимая дочка Амелия,

Хотел бы перед вами сразу извиниться за то, что ухожу вот так. Не вините себя, и не печальтесь обо мне. Вы подарили мне такую замечательную и полную любви жизнь, что я не могу найти слов, чтобы отблагодарить вас.

В моей смерти нет ничего грустного, ибо я счастлив. Прошло десять лет, но мои раны так и не зажили. Не понимаю почему, но память не уходит, как у остальных, фотографии прошлого не выцветают. Я наивно думал, что справлюсь, что рано или поздно мне станет легче, пытался спрятать глубже ту боль, что терзала мне душу. Я не справился. Видимо я так и остался в тех подземельях.

Я жил ради вас, и только ради вас. А теперь, когда я отдал вам все, что мог, когда ты, Амелия, стала совсем взрослой и невероятно красивой девушкой, я могу уйти.

Прошу вас, похороните меня рядом с могилами в саду, рядом с моим почившим товарищем и простыми людьми, которым в хороводе случайностей жизни не повезло оказаться не там и не тогда.

Я долго думал о том, что произошло в Атифисе. Долго прокручивал в голове произошедшее, и кое-что понял. Дело не в каком-то вечно голодном чудовище под землей, и не совсем в выдуманном абсолютном зле. Причина в людях. В каждом из них скрыто много ужасного, но вместе с этим и много прекрасного. Однако, случается так, что зло внутри людей выползает наружу, многократно перевешивая добро.

Порой жизнь ломает нас. Разбивает на крошечные куски, собрать что-то цельное из которых практически невероятно. Люди слабы и хрупки, но каждый из них сам выбирает свой путь, сам борется со злом внутри. И на этом пути он может обрести силу, собрать из осколков нечто новое, нечто гораздо более совершенное.

Главное лишь быть честным перед собой. Чтобы в самые тяжелые моменты своей жизни, когда остаешься один на один со тьмой внутри, ты смог увидеть свет, яркий луч которого откроет тебе дверь из бездны.

Слова мои закончились, а слезы в глазах давно высохли. Так что, думаю, на этом нужно кончать письмо. Прощайте. Я вас бесконечно люблю. И помните:

Воспоминания порой хуже, чем беспамятство.

Ваш любящий муж и отец Асмер.»

Кап Кап.

Две капли упали на пожелтевшую бумагу и размыли чернила последних слов, оставив от имени писавшего лишь половину, а остальное превратив в черные разводы на листе.

Кап Кап.

Еще две капли упали на темное дерево стола, с которого убрали лист бумаги, опасаясь за безопасность остальных слов.

Больше слез не капало. Они высохли, как высох прах, погребенный под красивым садом, на котором

Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 95