Владимир Ильин - Восьмой зверь
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 79
Вновь спустился на пару пролетов ниже, надеясь найти другой выход или ответвление, но вскоре понял всю бесперспективность занятия — цифра "сто сорок шесть" через два пролета сменилась цифрой "сто сорок пять", мягко намекая на длину пути — и еще не факт, что в подземелье окажется выход. Если прислушаться, где-то там, внизу, мерно гудели неведомые механизмы. Было бы это в другое время, без раненных на руках — непременно спустился бы вниз, но сегодня не до пустого любопытства. Попробуем второй вариант.
Вернувшись, подошел к Тине и принялся расстегивать блузку.
— Ну не сейчас же! — возмущенно хлопнула по руке Тина.
— Да погоди ты. — я дорасстегнул еще пару пуговиц и аккуратно выудил медальоны, взятые с этажа под тайной комнатой.
То-то вещь в руках Густава показалась столь знакомой. В связке Тины обнаружился брат-близнец того странного ключа, которым мастер нас запер. Во всяком случае — ни малейшего различия по внешнему виду. Осталось только проверить работоспособность. Оборвав веревку, я поднес камень-ключ к закрытому проему, поводил им в разные стороны, и уже было отчаялся, пока не догадался пустить внутрь него совсем немного магии — как делал это с рунами защиты на одежде. Дверь клацнула и с грацией и бесшумностью хорошо смазанного механизма отворилась вновь — надвинувшись на нас и откатившись в сторону.
— Бежим, — обернулся я назад, охнул и побежал вниз — если Тина порывалась встать, то Джейн явно пребывала без сознания.
Я долго буду помнить этот бег — сначала по разрушенной территории академии, с Джейн на руках и Тиной, что хоть и бодрилась, но старалась не наступать на левую ногу. Затем по разрушенному корпусу, в толпе паникующих людей, под плач раненных и крики преподавателей, что хоть как-то пытались навести порядок. На выходе нас кто-то окликнул, но мы только прибавили ход — насколько это было возможно. От парадного въезда и ряда щитов осталась перерытая колея с фрагментами раскуроченной решетки — ступать приходилось осторожно, чтобы не рухнуть на скользкой от дождя земле и не наступить на острую железку. Бег по парку — словно на последних сто шагах перед финишем — и странное ощущение, стоило нам прорваться на главную городскую магистраль. Тут было все настолько обычно, мирно и рутинно, что на мгновение все произошедшее за день показалось дурным сном, выдумкой. У этой обыденности был и плюс — свободная карета нашлась очень быстро.
— В порт, только быстро.
О последней просьбе я слегка пожалел — извозчик воспринял целый золотой платы, как призыв выиграть конный марафон. Внутренности изрядно растрясло, пока это сумеречное порождение человеческой мысли пересчитывало все неровности дороги и опасно кренилось на каждом повороте. Жесткая скамейка так же не добавила настроения. Зато вышло действительно быстро. Только Джейн стало еще хуже.
Мой корабль ожидал в условном центре порта — благодаря глубокому дну у берега даже крупные суда могли причаливать к пирсу. Нас заметили раньше, чем мы добрели до цели — знакомая фигура капитана приветственно махнула рукой. Хоть что-то в этой жизни идет по плану.
— Баба на корабле… — протянул недовольно боцман, поглядывая куда-то в сторону, словно не нам говорил.
— К деньгам, — завершил я за него, помогая Тине забраться вверх по трапу — обычной доске с набитыми поверх рейками.
Джейн пришлось нести на руках — она очнулась, но еле держалась, чтобы не свалиться вновь от усталости. Капитан лично показал нашу каюту, сопроводив до дверей. Довольно большое, по корабельным меркам, помещение — три на три метра — пахло свежим деревом и смолой. Постелями служили широкие сундуки, поставленные тремя линиями, белье и одеяла нашлись в них же. В четыре руки расстелив для Джейн постель, оставили ее отдыхать в одиночестве. Я поднялся на мостик — распорядиться об отбытии, вслед за мной направилась Тина — ей было страшно оставаться одной.
Перед отплытием предстояло решить самый главный вопрос — а куда, собственно, идти? Если раньше я бы предпочел маршрут домой к Джейн, с пересадкой у ближнего порта, то сейчас эта идея показалась ненадежной — не с такими врагами, во всяком случае. Любая идея "найти тихое место" сталкивалась с основным достоинством и недостатком современного мира — телеграфом. А раз отсидеться где-то тихо не получится — можно попутешествовать. Благо, есть одно местечко, которое так хочется посетить — я достал из потайного кармана копию письма Шона Моргана и внимательно вчитался в абзац с упоминанием "аварийного корабля" с настоятельной рекомендацией его отыскать. Так почему бы нет? Времени и денег достаточно.
— Позволено ли мне будет задать личный вопрос? — Дождавшись, пока Тина отойдет подальше, подкрался ко мне капитан.
— Слушаю.
— С вами две дамы, и дабы избежать трагического непонимания, и избежать непростительных фривольностей в поведении с вашей пассией. К кому я могу…обратиться словами любви?
— К боцману.
— Понял, — с долей зависти вздохнул капитан, с любопытством заглядывая мне за плечо.
Вряд ли он знал древний язык, и уж тем более маловероятно, что умел бегло на нем читать — потому я не стал убирать листок.
— Карта клада? Осмелюсь заметить, что на берегу работает целая гильдия художников, производящих самые настоящие карты, от древних руин до кладов богатого дядюшки. А еще одна гильдия поставляет к таким картам гениальных актеров, что расскажут вам подходящую историю…
— Завещание. От дальнего родственника. — Пресек я его догадки.
— Тогда это меняет дело.
— А вот кстати. — В самом деле, зачем мне самому изучать карты, если под рукой самый настоящий знаток прибрежной черты? — Узнаете ли вы место…
Я продиктовал описания примерного местоположения древнего корабля, обозначив самые крупные ориентиры — вроде крупной скалы и речки, стекающей с гор.
— Клык зверя, если не ошибаюсь, — уверенно ответил капитан. — Правда, пообтесался тот клык, но развилка двух рек вполне узнаваема.
— Тогда отчаливаем.
— Боюсь, с этим есть определенные сложности. Фарватер закрыт, — Указал он вверх, а затем вниз по течению, где стояли на якоре два парохода, на фок-мачтах которых гордо реяли флаги — разные, но с одинаковой волчьей головой в верхней части герба. — Да и ветра нет.
— Ветер будет, — я сформировал каскад рун с "вентум" во главе и двумя жестами-якорями направил поток воздуха к парусам. Вот и пригодился первый курс воздушников.
Корабль резко дернуло на волнах от налетевшего потока. Я удостоился осуждающего взгляда и был на некоторое время оставлен в одиночестве — под резкие команды капитана забегали матросы, прибирая концы и расправляя паруса, пока корабль не разбило о пирс. Неловко вышло.
Оживление на корабле заметили в администрации порта — иначе не объяснить, почему от конторки, матерясь, бежал служка в грязно коричневой мантии.
— Ах, портовый сбор, — хлопнул себя по лбу капитан, пробегая мимо.
Знакомый жест — я так же делаю, когда не собираюсь платить.
— Куда, сучьи дети? — Бежал чиновник, размахивая бумагами в правой руке.
Слева от меня полыхнуло яростью пробужденного огня — Тина отреагировала на крик довольно нервно, распахнув шестиметровый огненный зонт. К счастью — на достаточном расстоянии от борта.
— Куда без моего доброго пожелания счастливого пути, — узрев такое, чиновник резко упал он на колени и изобразил радушную улыбку.
— Нет, ну к боцману, так к боцману, — поведал капитан, задержавшись ради задумчивого изучения всполохов огня, прокатывающихся по щиту.
На воде тоже оживились — над запиравшем течении пароходе заструился дым, заработали колеса, разворачиваясь к нам двумя рядами спешно открываемых пушечных портов.
— К бою! — проорали с надстройки.
— Вы меня очень обяжете, если перенесете щит на левый борт. Корабль только вышел с ремонта, — куртуазно поклонившись, обратился к Тине капитан.
— Нет места беспокойству, — я аккуратно сложил листочек с копией послания в карман и демонстративно размял руки, щелкнув пальцами.
Навыки надо закреплять. На этот раз заклинание вышло увереннее и капельку быстрее — я проходил сложные моменты, точно зная, что "так будет правильно", не опасаясь сжечь себя и близких неудачным пассом. Вновь небеса рухнули на землю, соединяя пелену облаков и водную гладь вертикальным росчерком в ореоле снежных перьев. Металлическую скорлупку парохода попросту вдавило в воду. По ушам хлопнуло отзвуком близкого взрыва.
Левая рука онемела, обвиснув безвольной плетью, накатилась слабость, заставив покачнуться. Сбоку заботливо подхватила Тина, не давая упасть. Все таки, два таких заклятья за один день — это уже перебор, а если вспомнить бой у ресторана — то не понятно, как еще в сознании держусь.
От соперника остался мусор на воде, да полуметровая волна, качнувшая борт. Второй пароход предпочел уйти вниз по течению, не рискуя оставаться на месте.
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 79
