Варяг IV - Иван Ладыгин

* * *

Ворота во двор рухнули, грязь громко чавкнула и проглотила крепкие доски — от этого звука у меня заскрипели зубы. Двор наполнился серыми плащами — человек двадцать, не меньше. Они рассыпались по двору, как горох из прохудившегося мешка.

— Мы их не пропустим, конунг. — сказал Гор.

— Они дорого заплатят за каждый шаг. — поддакнул Алрик, нахлобучивая шлем на голову.

Я же поудобнее перехватил щит и копье. Взгляд мой был тяжёл, как наковальня Торгрима… Один из незваных гостей даже не выдержал и вдруг заинтересовался своими сапогами.

— Конунг! — обратился ко мне какой-то старый викинг. — Берр передаёт: сдавайся! И тогда твои жена и дети останутся живы!

Ага, как же! Я хорошо знал историю и понимал, что никто никогда не щадил отпрысков правителя просто так… Как правило, вырезали всю семью под корень, чтобы в дальнейшем не было лишних претендентов на трон…

— Передайте Берру, — ответил я. — Пусть приходит. И я с огромным удовольствием распахну кровавого орла над его шеей!

Мои слова сработали, будто сигнал горна к атаке. Враги обнажили мечи, похватали топоры и бросились вперед. Гор и Алрик медленно пошли навстречу, а затем вонзились в их строй. Спустя секунду в воздухе замерцала кровавая капель — алый туман лег на мой двор тяжелым одеялом.

Здоровенный детина с татуировкой на пол-лица выскочил из этой пелены и побежал прямо на меня. Сапоги зачавкали по грязи, меч взлетел для удара, глаза бешеные, с красными прожилками. Я бросил копьё — и оно вонзилось ему в грудь, пригвоздив к земле. Ублюдок забился в агонии, как таракан, пришибленный тапком.

— УБЕЙТЕ КОНУНГА! — заорал старый викинг. — ОН — НАША ЦЕЛЬ!

За спиной раздался приглушенный крик Астрид:

— РЮРИК!

— Я здесь! — заорал я в ответ. — Всё хорошо, дорогая!

Её отчаяние подстегнуло меня на крайние меры… Я выхватил пузырёк с зельем Вёльвы. Оно выглядело как гудрон да пахло грибами вперемешку со старой кровью. Откупорил зубами — пробка скользнула, оставив на эмали царапину. Выпил залпом. Жидкость обожгла горло, как раскалённое масло, провалилась в желудок, вызвав на дне пожар. Пламя внутри разгорелось, охватило грудь, наполнило тело звериной мощью…

Мир взорвался новыми акцентами… Краски стали ярче, звуки — осязаемыми, а запахи — живыми. Я слышал, как бьются сердца врагов. Чувствовал их страх — кислый, как испорченный эль, с примесью пота и железа. Видел каждую крупицу пепла, повисшую на их капюшонах, каждую царапинку на их щитах, каждую зазубрину на их мечах. Все якорные чувства отошли на второй план, оставив только ярость и гнев… А еще желание — УБИВАТЬ.

Я шагнул вниз с крыльца.

Гор и Алрик рубились, не щадя себя. Но врагов было слишком много. Кто-то зашёл со спины, рубанул Гора по ногам — воин упал на колени, но успел всадить меч в брюхо нападавшему.

— АЛРИК! — заорал Гор. — ПОДЖИГАЙ!

Алрик метнул глиняный горшок в самую гущу противников. Фитиль тлел — я видел, как красная точка летит по дуге, описывая пологую кривую, как дымок тянется за ней. Горшок разбился о чей-то шлем. Ночь порвалась яркой вспышкой… Пламя взметнулось вверх и облепило ненавистные лица. Враги заорали от боли и ужаса. Один побежал, объятый огнём, споткнулся, упал, забился, как рыба на льду. Алрик метнул второй снаряд. Пламя охватило левый фланг, отрезая половину врагов от остальных. Дым ухватился за глаза, плюнул в ноздри горелым волосом и смолой.

Но Гору пришел конец… Я видел, какэти долбаные псы навалились на него. Как его лицо исчезло под градом ударов. Его просто нарезали и отбили, как какой-то кусок мяса перед отправкой в духовку…А я ничего не успел сделать…

— ГОР!

Алрик метнулся к другу, но его быстро оттеснили назад. Теперь он дрался рядом со мной. Его шлем слетел, волосы слиплись от крови, левый глаз заплыл, но он рубил и рубил — пока копьё не вошло ему в грудь. Наконечник пробил кольчугу, порвал рубаху, а вместе с тем и лёгкие… Алрик успел забрать с собой двоих прежде чем рухнул на спину и уставился в ночное небо.

— Держись… конунг… — сказал он напоследок, и одним воином в Вальхалле стало больше.

Ну вот и всё… Я остался один против целой своры… Но этот факт почему-то ни капельки меня не волновал. В башке пульсировала безумная жажда убийства и твердое убеждение, что никто не должен вступить на крыльцо.

Я рыкнул разъяренным туром и бросился вперёд.

Кто-то сунулся под руку — меч вошёл ему в горло по самую рукоять. Липкая кровь ударила в лицо. Я вытер губы о рукав — и тут же срубил следующего. Лезвие проехалось по кости и застряло в плечевом суставе. Враг заорал, я пнул его в пах, выдернул меч и сломал щитом челюсть ублюдку. Что-то громко хлюпнуло, когда он рухнул затылком на камень.

Кто-то попытался схватить меня за горло — я крутанул клинком, и сталь отсекла руку мерзавца. Он захрипел, упал на колени, я снёс его морду сапогом, а потом наступил ему на лицо. Каблук продавил нос и зубы, съехал на кадык — хрустнуло… Ещё один был готов…

Следующий замахнулся мечом — я принял его удар на щит, сталь застряла в дереве… Я дёрнул на себя и вцепился зубами в горло. Кровь солёным морем брызнула в рот. Глотнул, и меня чуть не вырвало.

Копьё просвистело над левым ухом, оцарапало висок — я отбил древко мечом и молнией метнулся к нападавшему — плечом врезался в его грудь, сбил гада с ног. А затем обрушил щит на его голову. Внизу хрустнуло, будто кто-то переломил старый сухарь…

Дальше последовала дикая мешанина. Я сбился… Чья-то секира врубилась в мой щит — и он разлетелся в щепки. Чей-то меч полоснул меня по боку, разорвал кольчугу, но я даже ничего не почувствовал. В один момент мой клинок от удара лопнул и развалился напополам, обломок отлетел и воткнулся в чью-то ногу. Я метнул рукоять — она вонзилась кому-то в скулу, распорола щёку, оставив рваную рану. Сакс застрял в чьём-то позвоночнике — я попытался вытащить его, но на меня вновь налетели…Пришлось отступить на мгновенье… Я споткнулся, перекатом ушел в сторону. Вскочил на ноги.

Руки сами потянулись к поясу. Там, за спиной, висели два бродекса.

Я вытащил их, и лезвия хищно блеснули в свете пожарища.