Александр Афанасьев - Белорусский набат

Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 70

Среднего роста и среднего возраста неприглядная женщина, одетая прилично, но незаметно, свернула в сквер, осмотрелась по сторонам. Сквер был удобным местом, поэтому справа стояла большая «Газель» с высоченным кузовом-фургоном без рекламы, новенькая, как будто только с конвейера сошла. Это либо местная ментовка, либо КГБ, либо – что еще хуже – русский спецназ. Про последний ходили самые невероятные слухи, начиная от того, что на земле Беларуси уже высадилась целая дивизия этого самого спецназа, и заканчивая тем, что ночные перестрелки в городе – дело рук этого самого спецназа. Короче, все было как обычно – никто ничего не знал, но в попытке сделать вид, что знают, выдумывали все более невероятные слухи…

Куратора она увидела сразу – он был одет в костюм-двойку и дешевые ботинки. На голове – очень короткая стрижка, что делало его похожим на быка русской мафии. На глазах – крутые черные очки.

– Привет, Лайла… – сказал он.

– Что я тут делаю? – зашипела она. – По городу не пройти.

– Козырь, остающийся в колоде, не перестает быть козырем, верно?

…

– Ты спрятала пистолет?

– Да.

На площади она стреляла, используя «Рюгер-Амфибию» двадцать второго калибра с глушителем – ничего крупнее у нее не было, а двадцать второй позволял стрелять как в тире. Пистолет она спрятала.

О другом снайпере (который вышел на работу из посольства США на Старовиленской, 46) она и вовсе ничего не знала.

– Хорошо…

– Надо уезжать.

– Почему?

– Потому что этот – не Янукович, вот почему.

– Тише…

Куратор крутил в руках телефон… пишет, с…а.

– Видишь, что делается? Тут чуть что – и в землю втопчут!

– Не втопчут. Ты же на свободе.

– Надолго ли?

– Пока делаешь то, что тебе говорят, навсегда.

Словно подтверждая опасения Лайлы, справа подошел милиционер, козырнул. Еще один стоял метрах в пяти.

– Прошу прощения, документики…

Нет… не успеть.

Куратор достал какое-то удостоверение, показал, не поднимая руки. Милиционер еще раз козырнул:

– Извините, служба.

Покосился на Лайлу, но так как человек с удостоверением ничего не объяснял, решил за лучшее ретироваться….

– Как видишь, проблема решаемая.

Ей вдруг пришло в голову, что ее куратор может в самом деле быть сотрудником белорусского КГБ. И весь этот заговор – инспирирован изнутри, а после того, как уберут Батьку, и ее уберут…

– У меня нет такого удостоверения.

– Оно тебе и не нужно. На, держи.

Она приняла сотовый телефон, повертела в руках.

– Что это?

– И вот это. Надень очки.

Она надела… очки, конечно, не унисекс, но очки как очки. Тут мало кто разбирается в тонкостях очковой моды.

– Справа – клавиша уровня звука. Посмотри на что-то, затем телефон торцом к этому предмету и нажми клавишу звука. Два раза.

Она сделала как было сказано. И чуть не подпрыгнула – в очках она увидела яркий луч, указывающий на памятник…

– Выключай.

– Что это?

– Лазерный целеуказатель. Он много мощности жрет, поэтому аккумулятор должен быть постоянно заряжен.

– Для чего он мне?

– Для дела. Скоро будет митинг на площади Независимости. Затеряйся в толпе, сделай вид, что звонишь по телефону, и подсвети трибуну.

– Когда?

– Когда прозвенит звонок. Тебе позвонят.

– Я имею в виду – когда митинг?

– Десятого. Журналистов туда пустят, им нужен будет пиар.

– А потом что?

– Потом уходи. Садись на самолет, или поезд, или автобус. Все равно.

– Мне это не нравится. Я – снайпер.

– Тебе заплатили деньги. Ты можешь, конечно, попробовать и с винтовкой или пистолетом. Но в таком случае выбираться будешь сама.

– Какие мои гарантии?

– Гарантии….

…

– Лучшая гарантия, Лайла, – это жизнь. Запомни это.

– Стройся, стройся! Бегом!

Черные коробки команд одна за другой выстраиваются на плацу – его только недавно заново заасфальтировали. Рычат, не в силах залаять из-за намордников, огромные немецкие овчарки, кинологи-проводники заставляют их стоять смирно. Яркий свет фонарей, наскоро сколоченная трибуна…

– Товарищ полковник, личный состав центра построен!

Сам полковник Горобец в недоумении: почему именно они? Почему не кадровые части внутренних войск – что, их недостаточно? Та же первая бригада, на Маяковского – чем она занята? И она уже в Минске…

Но служивым людям не дело задумываться насчет приказов. Они их просто выполняют.

Микрофон. Если честно, он никогда не умел говорить – не артист, чай. Но теперь он должен был сказать что-то, что успокоит этих пацанов, даст им силы и мужество для того, чтобы встать стеной на пути отморозков. Он знает, что происходило в Киеве несколько лет назад, – и пацаны тоже это знают. Он знает, как тяжело пришлось тогда «Беркуту». Но «Беркут» не отступил. Беркут – птица гордая…

Их жгли огнем, но страшнее огня – жгла ненависть. Ненависть людей, собравшихся в Киеве, чтобы силой свергнуть чужую и глубоко чуждую им власть. Ненависть людей, у которых ненависть к людям в форме в крови. Ненависть людей, которые не забыли еще конец сороковых и, более того – пропитали своей ненавистью других. Майдан питался этой ненавистью, и ненависти оказалось достаточно, чтобы победить. Точнее, не победить. Майдан не победил – сборище людей не может победить государство. Майдан простоял достаточно, чтобы власть поняла: она ничего с ним не сделает. И надо брать манатки, распихивать по карманам, что еще можно распихать, и делать ноги. Майнаться…

Конечно, Батька Григорыч – это вам не Янукович. Один колхоз чего стоит: в колхозе не так-то просто справиться, если люди не полюбят тебя, если люди не поверят тебе – ничего не будет. И вряд ли Григорыч просто будет стоять, смотреть, пытаться договориться. Но… и те, кто на сей раз всерьез решил опрокинуть лодку, они тоже извлекли уроки… и более того – они готовились. Только что Горобец вернулся с совместной расширенной коллегии МВД и КГБ Беларуси. То, что на ней было доведено до офицеров, неподготовленного человека ужаснуло бы: силы за пределами страны поставили все на свержение законного правительства Беларуси через комбинацию украинского и ливийского сценариев. Митинг на Октябрьской площади обернулся большой кровью, против Беларуси немедленно были введены санкции, кадры с разгона до сих пор крутят по всем телеканалам, идет оголтелая пропаганда во всех западных СМИ. Это первое. А второе – установлено наличие в городе снайперов, диверсионно-террористических и подрывных групп, проникающих в страну с территории Украины, Польши, Прибалтики. Несколько таких групп уже обезврежено, две – с большой кровью, погибло два сотрудника группы «Альфа» КГБ РБ, многочисленные раненые. Среди установленных бандитов большинство – украинские нацгвардейцы, правосеки, оуновцы, есть также прибалтийские земессардзе, кайселитовцы, грузинские кмаровцы. В общем – полный набор. И что самое плохое – по ЕС принято общее решение на выдворение белорусов, находящихся на территории ЕС нелегально и даже легально, проходят настоящие облавы. Понятно и ежу, на что это направлено, – на общее обострение ситуации и на одномоментный прилив в страну «евроориентированных» белорусов.

Никакого незаконного митинга в столице нет, его просто негде собрать, но напряженность сохраняется. Только вчера расстреляли трех милиционеров, ночью. Судя по данным КГБ, использовали оружие с глушителями, как минимум два автомата – то есть это не «протестувальники», это уже диверсанты. А что дальше будет? Милиции выдали автоматы, того и гляди…

Ох, как страшно говорить. Какова цена каждого слова! Но вот они, перед ним. Те, кого доверили ему матери. Те, кто верит в него и в страну. В конце концов, те, ради кого они в свое время гробились… шли на преступление. Сам полковник входил в специальную группу, лично участвовал в незаконных расстрелах – а как иначе остановить нападения на трассе Москва – Брест, как окоротить почувствовавших силу бандитов? Вот так и окорачивали…

Надо говорить. Только что?

– Товарищи бойцы!

Не… так не пойдет. Это они каждый день слышат. Что сейчас слова – когда каждый прокручивает в голове картинку с горящим «Беркутом», срывающим с себя каску, и товарищами, спешащими на подмогу с огнетушителями.

А… как тогда.

– Ребята…

Сказал. И сам испугался.

– Нами получен приказ выдвигаться в Минск, на защиту конституционного строя.

А что такое – конституционный строй? Кто-нибудь без юридического образования может сказать?

И кто писал это, какой придурок.

– …таков приказ, и мы его будем исполнять, но я хочу, чтобы каждый из нас понимал, за что мы на самом деле стоим! Что защищаем! Почему нам нельзя отступить ни на шаг назад!

Слепящий свет. Черные коробки строя.

Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 70