Лали Морошкина - Я, президент и чемпион мира

Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 83

— Промоутер, Георгий, — поправила я и немного развеселилась. Картлийское произношение Георгия, его тарабарская лексика всегда вызывали у меня улыбку.

— Да, промоутер! Исправляй и другие мои ляпы, ладно?

Георгий был безмерно счастлив и доволен.

— Ты ведь поедешь со мной? Без тебя я на ринг не выйду, ты мой талисман!

— С ума сошел? Куда поеду? В Петербург пусть с тобой едет твоя жена. Этого не хватало, чтобы обо мне сплетничали. И не думай! Да и вообще, полагаю, что наша дружба стала переходить в нечто другое. Я этого не хочу…

Что я тогда хотела на самом деле? Быть только с ним рядом. Передо мной раскрывалась новая карьерная полоса, но огромное препятствие и моральная боль, называвшиеся трещиной в семье Георгия и моей разрушенной семьей, не давали покоя. Этого я допустить не должна!

Георгий родился в 1974 году в селе Вариани. Ростом в 193 сантиметра представительный юноша с самого начала отличался особой силой и редким трудолюбием. И семья способствовала ему: мама кормила по усиленному рациону, отец тренировал его в устроенном на втором этаже дома спортивном зале. В детстве маленького Георгия сильно избили. Когда он вернулся домой окровавленный, отец изрядно добавил и сказал: «Будешь тренироваться, станешь человеком или всю жизнь будешь ходить битым».

В 1986 году Георгий впервые стал чемпионом Грузии. Тот же титул он завоевывал и в последующие годы, а в 1991 году в Саратове стал чемпионом Советского Союза. В 1992 году его уже ждал ринг Монреаля.

С обретением Грузией независимости наступили тяжелые времена для спорта. Тем более никто не ждал больших результатов на чемпионатах мира по боксу. У нашей спортивной делегации не было ни знамени, ни гимна.

Семь тысяч зрителей Дворца спорта Монреаля аплодировали представительному грузинскому боксеру. Было ясно, что Георгий выходит в финал, и, соответственно, понадобится символика, идентифицирующая страну. События развивались, как в фильме комедийного жанра. У эмигрировавшей в Канаду семьи Сисаури обнаружилась кассета с записью «Шалахо» (грузинский танец. — Л.М.), да еще в особом ритмичном, зажигательном, музыкальном исполнении. Быстро удалось сшить и трехцветный флаг Грузии.

Финальный поединок завершился победой Георгия Канделаки. Зал взорвался аплодисментами. Мир рукоплескал новому чемпиону мира. Пораженные северные болельщики с открытыми ртами слушали по-южному горячее шалахо и перешептывались: «Этот парень из особой страны, послушайте темперамент ударных инструментов, какая жила, какая мощь, хорошо, что он не убил нашего парня».

Чемпионат мира 1997 года в Будапеште принес еще одну победу заслуженному грузинскому боксеру. Канделаки заинтересовались известные промоутеры мира — Френк Уорен и Френк Мелоун. Именно по их настоятельному требованию в 1998 году Георгий перешел в профессионалы и выиграл нокаутом 18 боев из 25. Теперь же титулованный спортсмен готовился к борьбе за профессиональный пояс WBU.

— Что делать, второй Гогебашвили в Вариани не родится. Чем могу, тем и удивлю мир, — шутил Георгий.

А в это время на сельской «бирже» частенько слышались разговоры типа:

— Эй, ты, парень, ты что, думаешь, что находишься на Пикадилли, чё плюёшься-то?

— Ха, тоже мне Европа, Пика-чего? Язык сломаешь. И не гульнуть как следует — говно, а ведь так хотелось!

— Чего? Где гуляли? Эй, Джумбер, это было не на Пикадилли, а на Монмартре или на какой-то другой хреновине.

— Слышь, Эмзар, а вот когда мы зажгли костер в парке, где это было?

— Вах, этот человек меня с ума сведет. Это ведь было в Лондоне, мы там в центральном парке шашлыки жарили. Помнишь, как на нас понаехала вся полиция-милиция? Уроды! Что они знают про шашлык!

— Вот склеротики, всё перепутали на хрен.

— Да тут кто хошь запутается! Нет, брат, больше ноги моей в этой хренатени не будет. Видел я эту Европу в гробу в белых тапочках. Вот озеро, вот спортзал, какого черта мне нужно в Лос-Анджелесах и Филадельфиях. Что может быть лучше здешних мест?

— Так ты сейчас про Америку? Да ну её туда же, ни бзднуть — ни пёрнуть!

Не думайте, что это шутка. Дело в том, что Георгий месяцами отсутствовал — уезжал на тренировки. Согласно контракту, предусматривались траты на лишних двух-трех человек. Георгию было непросто вне родного Вариани и без его жителей, вот почему он брал с собой по очереди во Францию, США или Англию друзей детства. Некоторые из них попадали в Европу и Америку напрямую из родного села, минуя Тбилиси.

Юбилей 31-го завода, как и все, к чему прикасались руки Наны и Малхаза, отличался большой помпезностью. Эта пара имела удивительную способность устраивать фейерверки, и, понятно, что самые престижные и элитные тусовки в городе устраивали именно они. Ежегодные бизнес-рейтинги были детищем лично трудолюбивой, как пчёлка, Наны. Крутые бизнесмены год от года находились в постоянном ожидании своего звёздного часа — заслужить титул лучшего бизнесмена года!

Актовый зал был заполнен торжественно и со вкусом одетыми гражданами города. Место во втором ряду оставили для самого президента. За несколько минут до начала в зал вошли Эдуард Шеварднадзе, председатель парламента Нино Бурджанадзе и ее заместитель Гиги Церетели. Мои тексты были патетичными и вызывающими слезы, так как основывались на событиях Второй мировой войны и героизме авиаторов. Телеграммы, пришедшие из постсоветских стран, я читала на русском языке. Были и поздравления от нескольких лидеров зарубежья. В какой-то момент Эдуард Шеварднадзе приподнялся из кресла и помахал мне, стоящей на сцене, рукой, как личному многолетнему другу. Не забуду обескураженные лица Наны, Малхаза и Гиги, которые ничего не знали о моем вчерашнем визите к президенту.

Утром следующего дня уже хорошо знакомый строгий голос приказал мне прийти в канцелярию.

В приемной президента два известных бизнесмена ожидали своей очереди. Мой приход их удивил и заставил погрузиться в раздумья, но самое главное и интересное их ещё ждало впереди.

— Моя девочка пришла? — спросил президент, и двери его кабинета широко раскрылись.

Бизнесмены проглотили языки.

У меня никогда не было дедушки, один рано скончался, а второй в круговерти жизни совершенно обо мне забыл. Что делать, видимо, это кармическое, забывать о своей кровинушке. Впервые в жизни у меня было такое чувство, будто меня ждал мой собственный дедушка. Ведь я сотни раз слышала, что у этого человека гипнотическая сила, а не верила. Что я заладила: дед да дед, — мысленно ругалась я сама с собой и ждала от него привычного за долгие годы: «Я хотел сейчас что-то предложить, но надо немного подождать», или «Пока ничего». Неожиданно Амбросиевич, ни остудив, ни подогрев ожидания, предложил мне должность заместителя министра по особым делам. Я так растерялась, что даже не спросила, что за дьявол были эти «особые дела», хотя какое это имеет значение, смогу, во что бы то ни стало осилю!

Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 83