Николай Голушко - В спецслужбах трех государств

Ознакомительная версия. Доступно 34 страниц из 226

Министерство безопасности постепенно восстанавливало и стабилизировало оперативную деятельность, что было самым основным критерием. Еще Баранников предпринял ряд мер, направленных на укрепление органов госбезопасности и сдерживание последствий прошедшего развала. Но в то же время в работу МБ привносились заметные элементы милицейской организации.

Став министром, мне удалось приземлить работу центрального аппарата, провести некоторые организационно-штатные изменения. Были сокращены штаб министерства, администрация при министре, наполовину уменьшилась численность управления кадров и Центра общественных связей. Освободившиеся штатные единицы и финансовые средства направлялись на укрепление территориальных органов в автономных республиках, краях и областях со сложной оперативной обстановкой. Очень неспокоен был Кавказский регион.

Вся организаторская работа министра и его заместителей полностью зависела от особенностей внутриполитической обстановки в стране. Я не ставлю задачу отразить все многообразие проводимой работы, но главные заботы министерства в мою бытность руководителем обозначу.

1. Экономическая безопасность страны.

Министерство безопасности стремилось активно осуществлять меры, направленные на защиту экономических интересов России, оказание помощи государственным органам власти в решении экономических и социально-политических задач, укреплении внешнеэкономических позиций страны на мировом рынке.

Во внешнеэкономической деятельности отмечался безудержный экспорт стратегических материалов, сырья и рост бартерных сделок с нарушением закона. Это был вопрос жизни или смерти для экономики государства. В обход указов Президента о лицензировании «избранным» компаниям и фирмам предоставлялась возможность самостоятельно совершать внешнеторговые операции. Вырученная валюта оседала в западных банках. Нами было начато расследование незаконных операций одного из министерств, проведены аресты причастных к этому чиновников. По личной просьбе министра, к которому были претензии, я принял его в своем рабочем кабинете. Позднее, когда нашими сотрудниками проводился у него обыск, была изъята запись нашей беседы, которую министр осуществил скрытно с помощью вмонтированного в дипломат самого совершенного иностранного портативного устройства, аналога которому у нас не было.

В числе экономических правонарушений стали преобладать масштабная коррупция и разного рода злоупотребления при проведении начавшейся приватизации государственной собственности. Трудно было документировать экономические преступления, когда сами представители высшей власти занимались бизнесом и покровительствовали крупным олигархическим структурам, точнее, власть кровно сращивалась с бизнесом, который не всегда был безгрешен. В стране сложилась замкнутая, закрытая от общественного контроля корпоративная практика близости высших чинов власти, министерской бюрократии с представителями крупного бизнеса. Скажу прямо, что органам безопасности проникать в такую среду было сложнее, чем за железный занавес.

Осуществлялся перевод государственной собственности и средств на счета подставных фирм и физических лиц с последующим извлечением и присвоением прибыли. На бюджетные средства учреждались частные структуры. Уменьшалась балансовая стоимость основных фондов, которые приватизировались по заниженным ценам. Вспоминается звонок Президента: «Что же получается? В моем Свердловске огромный автомобильный завод при проведении приватизации ушел по дешевке, всего за 10 миллионов рублей. Куда вы смотрите?» Я в ответ сообщил Президенту, что приватизацию проводят не органы Министерства безопасности, а ведомство Чубайса. Но МБ направляло в правительство множество сведений о незаконной, не выгодной для страны приватизации, которые, к сожалению, оставались без реакции. Между тем советниками государственных ведомств по приватизации привлекались иностранные граждане с известными фамилиями.

Органами Министерства безопасности прилагались усилия по налаживанию элементарного контроля за незаконным перемещением денежных масс в рамках государств СНГ, вывозом капитала за границу, и наоборот, поступающие в страну по нелегальным каналам денежные средства использовались преступными элементами в ходе приватизации, скупки «заводов и пароходов». Вместе с МВД получали данные о сходках лидеров теневой экономики и уголовных авторитетов, на которых решался вопрос о создании денежных фондов для приватизации отдельных предприятий и покупки чиновников. В ряде мест ими осуществлялся элементарный шантаж при продвижении на ключевые позиции нужных людей.

У большинства наших граждан, потерявших свои сбережения в ходе «шокотерапии», отсутствовали денежные средства для приобретения собственности или выпускаемых акций. Наблюдались негативное отношение к приватизации, неуверенность в законодательстве, защищающем права собственности, бездеятельность должностных лиц, отвечающих за разгосударствление собственности.

Военнослужащие из-за бедности, отсутствия денежных средств не имели возможности участвовать в приватизации. Это подталкивало некоторых должностных лиц совершать противоправные действия: военная контрразведка стала выявлять факты участия командного состава в незаконных операциях по распродаже материальных ценностей, запасов горючего и даже оружия.

Удручающее впечатление производил вид из окна моего кабинета на Лубянке: через узкую улочку у здания «Детского мира» толпились разношерстные продавцы из бедноты — шла торговля всего и вся, от старых кроссовок до лекарств. Американский посол Страус во время нашей деловой встречи, посмотрев в окно, произнес: «В вашей стране оживленная торговля с рук на модных перекрестках столицы преподается как свидетельство успешного перехода к рынку».

Увеличился объем работы по расследованию преступлений, связанных с расхищением огромных денежных сумм по банковским операциям — фальшивым авизо (за 11 месяцев 1993 года совместно с органами МВД велось расследование уголовных дел на общую сумму ущерба около триллиона рублей). Российский капитал стал убегать за границу и оседать на счетах в швейцарских и других западных банках. Правительством (курировал лично Гайдар) был заключен контракт с частной американской компанией «Кролл Ассошейшн» на предмет выявления сведений о российских гражданах и юридических лицах, хранящих деньги в зарубежных банках. Правда, этот контракт оказался никчемным, результаты работы липовые. Несмотря на это, по указанию главы правительства иностранной компании выплачено полтора миллиона долларов.

Ознакомительная версия. Доступно 34 страниц из 226