Между двумя революциями - Лев Борисович Каменев
Общественные съезды, всякого рода либеральные банкеты, конференции и собрания будут теперь усиленно обманывать словами демократию о реформах, об осуществлении манифеста, о том, что реакция изжила себя. Задача социал-демократии заключается в том, чтобы либеральной болтовне о реформах противопоставить усиленную, непрерывную, пользующуюся всякой и каждой кафедрой проповедь революции и революционных лозунгов.
От энергии этой революционной, пролетарской проповеди и от настойчивости партии в деле организационного сплочения сил революционного пролетариата зависит исход завязавшейся борьбы. Всякое колебание в сторону реформизма есть на деле измена делу подготовки революции.
Никаких уступок реформизму, все силы на углубление, расширение и обострение в самых широких кругах населения – как в деревне, так и в городе – лозунгов революции. Только при полной свободе от всяких реформистских шатаний в собственных рядах организованный пролетариат сумеет использовать целиком в интересах революции реформистские колебания в рядах буржуазии.
Революционная позиция пролетариата России находит себе выражение в массовой революционной стачке. Либеральный оппортунизм находит себе выражение и в нападках на революционную стачку, и в попытках скрыть ее революционное содержание.
В конце 1912 г. ликвидаторство объявило массовую революционную стачку вредным «азартом», уже дошедшим до грани и неспособным производить какое-либо впечатление.
В июле 1913 г. ликвидаторы в Петербурге попытались сорвать стачку, уже объявленную и подготовленную социал-демократической партийной организацией. По достоинству они получили за это кличку штрейкбрехеров.
Они убедились тогда, что их открытая борьба с революционной стачкой не только не способна поставить их во главе движения – к чему они так стремятся и в чем они так неизбежно терпят крушение к огорчению всех либералов, – но безнадежно компрометирует их в глазах рабочих масс.
Они изменили тогда свою тактику борьбы с революционным движением русских рабочих. Не осмеливаясь больше выступать против революционной стачки, они пытались извратить ее содержание, лишить ее революционного характера.
Стачка 6 ноября, вспыхнувшая как раз через год после того, как ликвидаторы объявили массовую стачку «мертвой», была объявлена в ликвидаторской печати стачкой во имя требования коалиционных прав. Жалкая ликвидаторская увертка нуждается для своего разоблачения, однако, только в одном: в сопоставлении ее с той сотней резолюций, принятых на фабриках и заводах, которые поступили в редакцию марксистской газеты[308]. Эти резолюции свидетельствуют, что рабочие-стачечники своим революционным выступлением сумели сделать то, что не умеет сделать либеральная рабочая политика: они сумели связать свое требование свободы классовой борьбы пролетариата с основным лозунгом ниспровержения всех основ существующего режима. Либеральный рабочий-политик отрывает одно от другого; свобода коалиций в его устах становится частичным требованием, требованием реформы, заменяющей революционный лозунг борьбы со всем строем. А сотни тысяч рабочих-стачечников, исходя из ясной потребности рабочих масс в свободе классовой борьбы, делают своим лозунгом не реформу, не поправку к существующему законодательству, а ниспровержение тех сил, которые это законодательство держат в своих руках: ниспровержение монархии и дворянства. Либеральный рабочий-политик, всеми силами пытаясь лишить стачку ее революционного содержания, тормозит развитие революционного сознания в широких массах.
Рабочий-стачечник, поднимаясь от данного частного повода протеста к общим вопросам всей политической жизни страны, гонит вперед все общественное развитие страны, обостряет все вопросы, привлекает внимание всех отсталых и всей страны к основному вопросу момента: к революционной борьбе против третьеиюньского режима во имя полной демократии и во имя высших интересов социалистического пролетариата.
Социал-демократический депутат, представитель революционных петербургских рабочих, тов. Бадаев, сказал с трибуны Государственной Думы – во время подготовки стачки 6 ноября, – что за свободу коалиций мы будем бороться со всяким буржуазным правительством, с республиканским в том числе.
Но с царской монархией, с правительством объединенных дворян мы боремся не за то, чтобы оно дало нам с в о б о д у коалиций, а за то, чтобы оно было окончательно и решительно ниспровергнуто. Стачка 6 ноября показала еще раз совершеннейшую правильность того решения партии, которое призвало всех революционных социал-демократов «всесторонне поддерживать и развивать» массовую политическую стачку как орудие просвещения, революционного воспитания и сплочения широких масс. Этого характера революционного орудия, направленного не к частичному изменению режима, а к его полному ниспровержению, не смогут отнять у массовой политической стачки ни либеральная ложь, ни ликвидаторские увертки.
Против колебаний и предательства растерявшейся буржуазии, против либеральной проповеди реформизма, против ликвидаторских попыток подменить лозунги революции лозунгами частных уступок революционный пролетариат выдвинул и продолжает развивать массовую политическую стачку с лозунгами коренного, революционного преобразования существующего режима.
Революция надвигается – это чувствуют все. Она будет тем решительнее и пролетариат завоюет в ней тем больше опорных пунктов для своей дальнейшей борьбы за социализм, чем решительнее уже сейчас отвернется он от всякого реформизма, от всяких колебаний в сторону либерализма, чем резче подчеркнет он – и для себя и для других – свою позицию непримиримого борца со всеми основами романовской монархии и третьеиюньского господства дворян и контрреволюционной буржуазии.
* * *
Статья «На пороге революции» была напечатана в последнем номере нашей нелегальной газеты, вышедшем до мировой войны. Она, как и ряд предшествующих ей, рисует положение революционно-пролетарского движения к самому началу 1914 г. С этого момента нарастание революции шло гигантскими шагами вперед, дойдя через ряд бурных и беспрерывных столкновений к июлю 1914 г. до открытой баррикадной борьбы на улицах Петербурга. Революционное движение было задавлено только объявлением войны, введением военного положения, мобилизациями и т. д. и пробудилось лишь через 2½ года на новой и более широкой основе.
Первая половина 1914 г. остается одной из самых интересных и знаменательных эпох в истории русского рабочего движения. Революция шла полным ходом вперед. Массовые стачки всколыхнули рабочую массу до самого дна. Наши депутаты в Думе превратили думскую трибуну в рупор революционного движения. «Правда» стала в те месяцы поистине органом миллионов трудящихся. Меньшевики-ликвидаторы снимались со всех «постов» в рабочем движении. Профсоюзы один за другим переходили к большевикам. Либералы и ликвидаторы неистовствовали. Реакция металась в бессилии.
Я мог наблюдать это движение совсем вблизи. В феврале 1914 г. я по поручению нашего ЦК переехал границу и вступил в обязанности редактора «Правды» и руководителя нашей думской фракции. Я надеюсь когда-либо рассказать подробно о тех славных днях, использовав для этого статьи, заметки и письма того времени, не вошедшие в этот сборник.
Кое-что из области международной
Я перепечатываю здесь очень небольшой ряд статей, связанных с вопросом международной жизни. Цель перепечатки: показать, что и в этой области большевики еще до мировой войны намечали те исходные пункты, которые во время войны и после
