Петр I. Материалы для биографии. Том 1, 1672–1697 - Михаил Михайлович Богословский

Ознакомительная версия. Доступно 41 страниц из 272

не было, а то не чюдо, што явилось в писме мнением от великого грома, якобы и земли трестись?!» Далее Голицын сообщает Петру известия, касавшиеся своего ведомства — области, управлявшейся приказом Казанского дворца: Аюка-хан (калмыцкий) кочует близ Саратова возле Волги, а в степь не пошел за великими снегами; на Саратове стали торговать; с Терка пишут о приеме черкасского мурзы — принимать ли его? не будет ли от него какого страху Гребенским казакам? Голицын просит распоряжений по этим делам государя. Подпись «Liutenant Borisco» свидетельствует о стремлении угодить вкусам государя[486].

4 апреля виделся с Петром Гордон, перед тем переговоривший с А. С. Шеиным. Полки продолжали собираться. Воронеж становился все многолюднее, и в этот день пришел туда принадлежавший к составу Гордонова корпуса стрелецкий полк Михаила Протопопова. 5 апреля, в Вербное воскресенье, государь, как сообщает нам «Тетрадь певчих дьяков», слушал литургию, а накануне всенощную в Успенском монастыре на посаде, обедал у Строганова. Всю наступившую затем Страстную неделю Петр ходил к службам в тот же Успенский монастырь. 6 апреля Гордон утром был по делам у боярина Шеина, а затем сопровождал Петра в его поездке на другой берег реки. Из отметки Гордона о том, что он в тот же день был у генерала А. М. Головина, видно, что этот генерал находился уже к тому времени в Воронеже. С 7 апреля началась продолжавшаяся четыре дня буря. «В ночь на 7-е, — пишет Гордон, — началась сильнейшая буря. На рассвете стал падать чрезвычайно сильный снег. По этой причине я целый день пробыл дома и нельзя было ничего предпринять с галерами». О буре и холоде сообщает и Петр в письме от 7 апреля к Виниусу: «А здесь, слава Богу, все здорово; только сегодня по утру ост-винт великую стужу, снег и бурю принес». Однако из записки Петра к Т. Н. Стрешневу, помеченной «7-го числа с пристани Воронежской, соверша и спустя на воду галеру», видно, что и 7 апреля, несмотря на бурю, была все-таки спущена галера. В тот же день Петр писал к Ромодановскому, сообщая о приезде в Воронеж Шеина и А. М. Головина, «со всеми при них будущими», к Кревету с распоряжением: по делу о починке сломавшейся пиловальной мельницы в Преображенском, которой заведовал Кревет, и к Т. Н. Стрешневу[487]. 8 апреля, пишет Гордон, «продолжалась буря со снегом и холодом целый день. В 3 часа после обеда ко мне пришел его величество и оставался до полуночи. Он мне возвратил мой инструмент, который будет употребляться при метании бомб, и получил обратно свои ящики».

«9 апреля, — читаем в его же дневнике, — продолжалась сильнейшая буря с морозом… Я получил приказ принять 47 стругов с принадлежащими к ним лодками и 1 ертоульный струг (передовой, авангардный). 10-го ночью и утром было ветрено и холодно. Выпало масса снегу. После обеда буря несколько ослабела, и стало теплее. Его величество прислал мне два циркуля и транспортир с двумя другими маленькими инструментами». 12 апреля Петр слушал заутреню в соборной воронежской церкви. Заутреня сопровождалась небывалым, вероятно, в Воронеже эффектом: как только крестный ход вошел в церковь и стали петь ирмос «Воскресения день», раздалась великая пушечная пальба, продолжавшаяся «мног час»[488]. За литургией Петр был в Успенском монастыре и затем в течение всей недели ходил к обедням в этот монастырь. В течение этой недели, как свидетельствует та же «Тетрадь певчих дьяков», производился усиленный спуск галер: «Спущали многие каторги или фуркаты»[489]. 13-го Гордон был у Петра и у бояр, очевидно, с поздравлениями. 14-го царь с компанией обедал у П. М. Апраксина[490]. 15-го он обратился с пасхальным поздравлением к московским друзьям, избрав почему-то Виниуса посредником для передачи этого привета. «Min Her, — писал ему царь в этот день. — Писмо твое, апреля 8 дня писанное, мне в 13 день отдано, которое выразумев, благодарствую за оное. Посем: государем генералисимусам князь Федору Юрьевичю, Ивану Ивановичю (Бутурлину), потом: Лву Кириловичю, Тихону Никитичю, князь Борису Алексеевичю, Гаврилу Ивановичю (Головкину), Ивану Трифоновичю (Инехову), Андрею Крефту, которым, государем (Ромодановскому и Бутурлину) — яко государское, господам — яко господское, да исправитца поклонения. И поздравляем в нынешний день светло Христово триумфа над Люцыпером и дет-ми его. При сем желаем от вас, тамо пребывающих, прошения к Богу, да яко отец наш Господь Бог днесь победи отца их мохметанского диявола, да сподобит и нас над детми его победители быти. Посем прошу оных господ, да не прогневаютца, что на всякое писмо соотве[т]ствования нет, каторая не для лени, но великих ради недосужств и празника. З будущею же почтою отповеть и против сих писем будет. Piter». На это приветствие князь Б. А. Голицын отозвался шутливым посланием, начинающимся голландско-латинской фразой с весьма неблагополучной грамматикой, с благодарностью, но и с выговором за то, что Петр не писал лично ему, а передал поклон через третье лицо:

«Min Her Capitaneus Capitanus, ut salutes ex annos multos. Бью челом много за милость твою, что соизволил приветить милостию кариtанскою (так!). Но впредь пиши и сам, не ленись… ты чаеш, что толко дела, что у тебя, а у нас бутто и нет. Ты забавляесся в деле, а я в питье: то все одно дело… Liutenant Бориска.

Odmiral zdrawstwui». Благодарил и Виниус в ответном письме от 20 апреля: «Allergenaedigsten grooten Heer. Ваша, великого государя, ко мне, холопу вашему, милостивая грамота с Воронежа, апреля в 15 день, здесь в 20 день достигла, юже, облобызав, радостно приял есмь, и воздав Господу Богу благодарное о вашем государском здравии поклонение за толикую милость вам, великому государю, яко убогий и последнейший ваш государев холоп, челом бью и в том повеленное исправил». Виниус воспользовался случаем сообщить Петру последние заморские вести, держа Петра, таким образом, в курсе западных событий: турки собираются пойти на цесаря в числе 120 или даже 150 тысяч; у цесаря против них изготовлено 80 тысяч доброго войска. Союзники, англичане и голландцы, с великим свирепством готовятся на француза: надежда на мир вследствие открывшегося заговора якобитов[491] против короля Вильгельма совершенно угасла. Виниус извещал далее государя об отъезде посланных курфюрстом Бранденбургским 2 инженеров и 4 бомбардиров 1 апреля из Кролевца на Вильну; их надо ждать 20-го или 25-го числа в Смоленске, если не будет им задержки в Литве. Письмо заканчивалось, однако, печальной вестью о захвате французами государева корабля «Святой Павел», шедшего из Архангельска под голландским флагом. Иди он под русским, нейтральным, флагом, французы, конфисковав только голландские товары, которые он вез, самого

Ознакомительная версия. Доступно 41 страниц из 272