Безупречная репутация - Джо Джейкмен

Джемма коротко кивнула и отвернулась.

– Поддержи меня, Чарльз, – сказала Пиппа. – Роман был вовсе не у него.

– Что? Я…

Пиппа обернулась к залу.

– Я знаю, что никто из вас, вставших вместе со мной, не виновен в его смерти, по крайней мере непосредственно. Знаю это, потому что вы – храбрецы. Именно вы осмелились сказать, что Джерри загонял нашу школу в могилу. В прошлом году у многих из нас так или иначе были причины не соглашаться с Джерри, и мы говорили о нашем несогласии ему в лицо, верно? Но среди нас есть и лжецы.

Пиппа остановилась, сделала глоток воды, чтобы успокоиться, и посмотрела на Чарльза – тот сидел, зажав руки между коленями, как провинившийся школьник. Он дернулся назад, будто хотел укрыться от ее взгляда.

– Остановись, – сказал он и начал подниматься на ноги.

Пиппа положила руку ему на плечо и толкнула обратно на место.

– Поздно, дорогой.

Она с отвращением отвернулась от Чарльза, моргнула и продолжила:

– Знаю, многие из вас не ожидали меня здесь увидеть. А кое-кто очень надеялся, что меня сегодня не будет.

Она посмотрела на Кэти, та прищурилась, но взгляд Пиппы выдержала. Пиппа едва заметно улыбнулась. Выводить из равновесия тех, кто этого заслуживает, – было в этом что-то дико приятное. Когда знаешь, что поступаешь правильно.

– Но я здесь, – сказала она, снова обращаясь к залу. Голос звучал громко и четко. – И говорю убийце: наслаждайся этим вечером. Потому что осталось недолго.

Подняв бокал, Пиппа сказала:

– За свободу.

Чарльз слишком сильно ценил свою свободу, чтобы промолчать. Она заставит его раскрыть карты, даже если этот вечер станет последним в ее жизни.

Глава 40

Летний бал

21:49

Кэти брела по пустым школьным коридорам, сама не зная куда. Главное – подальше от актового зала, подальше от последствий безумной выходки Пиппы Ярдли. Вечер был почти на исходе, семестр тоже, и Кэти начинало казаться, что на исходе и ее время в «Аберфале».

Оркестр играл старую классику Синатры, но даже музыканты понимали: это было сродни игре на тонущем «Титанике». Никто не танцевал. Люди собирались в группки, переглядывались и перешептывались. У кого-то на глазах были слезы, кто-то злился, но так или иначе алкогольный кайф прошел, и никто не мог вспомнить, с чего вообще взял, что ехать в школу на летний бал – хорошая идея.

Кэти сняла накладные ресницы и бросила их в урну рядом с питьевым фонтанчиком. Только моргнув, она поняла, какими эти ресницы были тяжелыми. В глазах пощипывало, к контактным линзам она не привыкла, но снять их не могла, ведь очки остались дома. Она потерла глаза, потом посмотрела на пальцы, серые от теней и туши для ресниц.

Наклонившись над фонтанчиком, она стала жадно пить, а когда выпрямилась, в голове зашумело. Сделала несколько осторожных шагов, держась за прохладную стену. Она ухитрилась избежать разговора с Джеммой Ньюхолл, хотя за ужином та сидела напротив. Наверное, полиция с ней уже говорила. Знала ли она, что Кэти рассказала им об электронных письмах? Иначе зачем ей быть здесь сегодня вечером? Вряд ли она готова веселиться так скоро после смерти мужа – какое уж тут веселье? Возможно, она надеялась как-то вызвать Кэти на разговор и высказать ей все, что думает. Или еще что похуже. По крайней мере, Джемма уже знает, что Кэти во всем призналась, и, если Джемма хотела на балу ее унизить, этот номер уже не пройдет. Кэти лишила ее всех козырей.

Мало того, еще и Пиппа Ярдли умудрилась перетянуть одеяло на себя. Какая нелепая женщина. Зачем надо было все портить? Разве Кэти просила о многом? День открытых дверей был ее шансом показать, на что она способна, а Пиппа взяла и бросила торт в лицо Джерри, в итоге все только об этом и говорили. А сегодня на балу у Кэти был шанс блеснуть на своем первом вечере в роли исполняющей обязанности директора школы, но Пиппа умудрилась обвинить половину гостей в убийстве, а заодно и запятнать репутацию Джерри. Идеально. Ясно, о чем все будут говорить у школьных ворот в понедельник, – отнюдь не о музыке, аттракционах и изысканном угощении.

Кэти старалась не принимать это на свой счет, но, хоть Чарльз и считал, что Пиппа про них не знает, он явно ошибался. Пиппа ставила ей подножку на каждом повороте.

И в придачу ко всему – сам Чарльз. Она не ожидала, что находиться с ним рядом будет так трудно. Кэти привыкла, что на школьных мероприятиях нельзя взять его за руку и громко смеяться над его шутками, но сегодня это было пыткой. Он держался так, словно ее не существует, а Кэти только о нем и думала. Как работать рядом с ним, зная, что им не суждено быть вместе?

Ей показалось, что за спиной закрывается дверь, и она оглянулась через плечо. Но там никого не было. Она надеялась, что Чарльз выскользнет вслед за ней, чтобы улучить минутку, но он словно смотрел сквозь нее, будто не видел. Возможно, он способен отключать свои чувства, но она так не умеет. Пожалуй, она хотела его даже больше, чем раньше.

У двери в цифровую лабораторию она остановилась, прислонилась к дверному косяку и попыталась снять туфли. Слишком долго стояла на ногах, а погода очень теплая, вот ноги и распухли. Освободив их, она увидела: на мизинце вот-вот появится мозоль, а кожа на пятке стерлась. Да, на каблуках она выглядит эффектно, но что с того? Ради этого терпеть боль? Тем более ради мужчин?

Пол под ногами был прохладным. Она пошевелила пальцами ног. Скорее бы домой, смыть с лица косметику, понежиться под горячим душем, надеть самую мягкую пижаму. Кажется, все бы отдала сейчас за чашку чая, но такси приедет только через час. Все-таки ей надо пробыть до конца, выдержать эту муку. Она устроится где-нибудь в укромном местечке и будет ждать.

Кэти снова почудился за спиной какой-то звук. Она быстро повернулась, едва не потеряв равновесие, но коридор был по-прежнему пуст. Ждала, что звук повторится, но слышала лишь музыку из главного зала. Ни смеха, ни разговоров, как обычно на школьных мероприятиях. Она перепила дешевой шипучки, и в голове гудело.

С туфлями в руке Кэти стала подниматься по лестнице к кабинету директора. Там она не чувствовала себя как дома и никогда не почувствует. Джерри был прав, когда говорил, что эта работа не для нее. О чем она думала? Она? Директор? Это же абсурд. Она так старалась удержать школу в