Безупречная репутация - Джо Джейкмен
Пэм МамаДжеффри: Что за чушь. Рада за Каса. Для разнообразия соглашусь с Розой: эти дети нас просто доконают.
Клэр Самапосебе: Отличная новость, Роза. Очень рада, что гроза миновала. Иду в зал. Сейчас увидимся.
Бекки МамаРуперта: Я у палатки с напитками. Давай быстрее, не то я пропью всю прибыль.
Сара МамаТедди: Видимо, в прошлом дети в этом озере тонули. Кто-нибудь что-то об этом слышал? Может, напишем заявление, пусть озеро огородят забором, чтобы дети туда вообще не ходили?
Пэм МамаДжеффри: Было бы спокойнее, если бы этого озера вообще не было.
Клэр Самапосебе: Боже мой!!!!!!!!!!!!!!! Не представляете, что сейчас творится в Большом зале!
Сара МамаТедди:ЧТО??
Пэм МамаДжеффри: Клэр?
Бекки МамаРуперта: Выкладывай!!!!!!!!!!!!!!!!
Сара МамаТедди: КТО-НИБУДЬ СКАЖЕТ, ЧТО ПРОИСХОДИТ!!!!!
Глава 10
За неделю до крикетного матча
Родители шли по школе непрерывным потоком. Большинство с детьми, но некоторые без. Пиппа улыбалась, приветственно махала рукой и направляла гостей к палатке с напитками.
– Побудьте еще. Хор исполнит песни, с которыми дети победили на региональном конкурсе.
Она зашла в большой зал, отдохнуть от солнечного света и необходимости все время улыбаться, но там было ничуть не прохладнее. По всей длине зала под окнами висели экологические проекты учеников, и Пиппа даже оперлась о стол перед ними, ее просто качало от усталости. Она приложила руку к виску, закрыла глаза и посчитала до пяти. Интересно, есть ли в школе что-то вроде медицинского кабинета, где можно прилечь и положить на лоб мокрое бумажное полотенце?
Она надеялась, что Кас исчез по какой-то веской причине, но надо признаться себе самой – она опасалась худшего. В последнее время так бывало часто. Надейся на лучшее, но готовься к худшему. И когда Роза позвонила и сказала, что с Касом все в порядке, она разрыдалась. Не просто приложила платок к глазам, как подобает даме. Нет, она рыдала до боли в горле, слезы даже закапали с подбородка. Но потом снова изобразила улыбку и опять приветствовала гостей и показывала им, куда идти.
– Кому еще крюшон?
Школу «Аберфал» она любила всей душой. Не дай бог, не получится оставить здесь Майлса и Бенни. Но реакция Чарльза на пропавшего ученика ее просто напугала. Неужели Аша права? И они с Джерри больше заботятся о репутации школы, чем о самих детях? Репутация для Чарльза – это все. И чтобы они не смогли платить за учебу детей – нет, такого он не допустит. Да и она ни за что не согласится отправить мальчиков в гимназию «Фримилл».
Пиппа сосредоточилась на выставленных прямо перед ней работах. А где же проект Бенни? Ведь она вложила в него столько… нет, извините, это он вложил в этот проект много времени. Неужели школа не выставила его на всеобщее обозрение? Обидно и удивительно. Что, если Ярдли уже впали в немилость и это – начало конца?
Она смотрела на эксперимент, демонстрирующий эрозию: в нескольких разрезанных пластиковых бутылках из-под воды была разложена почва – от безжизненной до полного зеленого покрова, – а в контейнерах под ними было видно, сколько грунта вымыто равным объемом жидкости. Следующий проект с помощью замедленной съемки показывал последствия потепления в мире «Лего». По ходу фильма фигурки Бэтмена таяли и деформировались.
Здесь была и картина Кассиуса Деметриу, изображавшая результат вырубки лесов. Мальчик был талантливым художником, явно пошел в мать. Если не лукавить, Пиппа ощущала себя ответственной за Ашу и Каса. Может быть, в этой утренней истории есть и ее вина? Выходка на озере вселяла тревогу, она не собиралась сидеть сложа руки и смотреть, как над кем-то издеваются. Надо позвонить Аше и придумать, как решить эту проблему, не откладывая в долгий ящик.
– Итан Кармайкл нипочем не сделал бы это в одиночку.
Пиппа вздрогнула – голос зазвенел у нее в ухе.
Она обернулась и увидела Розу, которая стояла, скрестив руки на груди и приподняв бровь.
– Назовем вещи своими именами: конкурс родителей. Будем сражаться насмерть, но не надо впутывать детей.
– Ш-ш-ш-ш! Ну зачем ты так! – Пиппа схватила Розу за руку. – Как Кас?
– Мокрый.
– А Аша?
– Напугана до смерти. Она ведь уже подумала, что… сама понимаешь, что она подумала.
– Нам надо поговорить с ребятами, – сказала Пиппа. – Не нравится мне, Роза, как они общаются друг с другом.
– Согласна. Если узнаю, что Олли тоже в этом замешан, голову оторву мерзавцу.
Они стояли плечом к плечу, разглядывая проекты, но не видя их.
– Где работа Оливера? – спросила Пиппа.
– Только не здесь. Он нарисовал мир, который плачет. Дальше этого его творчество, увы, не идет. Не думаю, что хоть один из этих проектов дети сделали без посторонней помощи. Согласна?
Пиппа улыбнулась – скорее всего, Роза права. Каждый раз, когда Бенни задавали новый проект, она клялась не вмешиваться. Чарльз говорил, что дети никогда ничему не научатся, если она вечно будет им помогать. Но у Бенни что-то не получалось, он огорчался, и она всякий раз приходила на помощь. Какой родитель оставит ребенка в слезах за кухонным столом? И нельзя сказать, что она все сделала за него. Они работали вместе, просто Пиппа приводила в порядок конечный результат.
– Но, – Роза наклонилась к Пиппе и прошептала, – этот торт – полностью моя работа. Я не могла рисковать здоровьем нашего любимого директора – вдруг отравится?
Она указала через плечо на витрину с тортами. Вскоре директор их оценит, а потом их перенесут в беседку, где распродадут по кусочкам.
– Дело чуть не кончилось катастрофой, – сказала Роза. – Мой шоколадный купол треснул, и пришлось все делать по новой. Во второй раз получилось гуще, но когда я проткнула шарик, который мы использовали для формы…
– Шоколадный купол? – спросила Пиппа.
– Да, ведь наша тема – свобода, так? Мы сделали яйцо из белого шоколада, а внутри – цыпленок в лимонной глазури. Как бы освобождается от скорлупы и все такое.
– Господи, по сравнению с таким произведением наш торт выглядит довольно невзрачно.
– Почему? А что вы приготовили?
– Банановый торт из пастернака, какие делали во время Второй мировой войны, когда продукты были нормированы. Мы хотели передать идею свободы от тирании войны.
– Очень мило.
– Спасибо.
– Но на вкус, наверное, дерьмо.
Пиппа посмотрела на дверь – в комнату влетела Хелена-Луиза. Понизив голос, Роза сказала:
– Вот и стало холоднее.
Что-то
