Дональд Томас - Забытые дела Шерлока Холмса

Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 120

Мне прежде никогда не приходилось видеть такую благодарность во взгляде клиента. Уходя от нас, мистер Мэкс наверняка считал Холмса тузом у себя в рукаве. Когда мы остались одни, мой друг молча раскурил трубку и погрузился в раздумья. Наконец я не выдержал и нарушил тишину:

— Они женаты две недели. По-видимому, уже поздно настаивать на признании брака недействительным и еще рано говорить о разводе. Как можно выиграть подобное дело?

Холмс отложил трубку:

— Меня удивляет, Ватсон, что вы предложили так мало вариантов. Как врач, вы, несомненно, уже поняли, что Смит — не обычный негодяй. Он словно сошел со страниц замечательного трактата доктора Альберта Молля о психических патологиях преступников.

Мне, конечно, не пришло это в голову, но я решил промолчать.

— Любопытно, — задумчиво произнес Холмс. — Почему мистер Смит не разрешил ей послать свадебную фотографию родителям? Разве так не поступают все новобрачные?

— Возможно, их просто никто не снимал.

— На любой свадьбе обязательно присутствует фотограф, — жестко возразил он. — Как правило, весьма сомнительной квалификации.

— Вы полагаете, Смит не хотел, чтобы родители увидели его лицо?

— Полно, Ватсон! Они же встречались с ним. Нет, этот тип обеспокоен именно тем, чтобы никто не увидел его свадебную фотографию. Какое преступление может вскрыться, если кто-то посторонний увидит жениха на снимке?

— Двоеженство? При прочих обстоятельствах женитьба не может быть преступлением, если невеста достигла брачного возраста.

Он взглянул на меня так, будто я его несказанно огорчил.

— Этот малограмотный простолюдин настолько легко подчинил своей власти двух умных и образованных девушек, что они по его приказу забывают о семейной привязанности и порывают с родителями. Кто еще, кроме талантливого гипнотизера или, предположим, последователя доктора Месмера, способен совершить такое чудо с двумя любящими дочерьми, — впрочем, кто знает, сколько их было? Если мистер Смит окажется простым двоеженцем, Ватсон, я буду смертельно разочарован.

В последовавшие за визитом мистера Мэкса несколько дней Холмс не вспоминал о симфонической поэме Скрябина. Он бесцельно прохаживался по гостиной со скрипкой в руках и напевал на разные мотивы нелепые фразы из письма мистера Смита, что так поразили воображение моего друга. Я с отвращением вспоминаю, как он истязал лады благородного инструмента незатейливой песенкой «Прогулка на лодке», пытаясь подстроить под нее слова: «Мои родители — кебмен и его кобыла, моя сестра — погонщица северных оленей, а брат — отважный капитан парового катка».

О самом же деле он, казалось, не думал вовсе.

Однажды утром я увидел среди корреспонденции Холмса некий официальный конверт. Когда он начал просматривать почту, мне удалось разобрать адрес на конверте: «Мисс Фиби Голайтли, Бейкер-стрит, 221б, Лондон». Я изумленно уставился на Холмса, читавшего в это время другое письмо. Наконец он поднял голову, словно только что заметил мой пристальный взгляд.

— Черт побери, Холмс! Это кому? — воскликнул я, указав на конверт.

— Мне, Ватсон. Я превратился в мисс Фиби Голайтли благодаря любезности пишущей машинки, которой безразличны мой почерк, возраст и пол. Я юная девушка, побывавшая в прошлую субботу на свадебной церемонии в портсмутском бюро регистрации. Меня пригласили в подружки невесты моего кузена. И я так растрогалась, что едва не заплакала, а затем, когда нас фотографировали, попросила помощника фотографа подержать мой платок. Волнующая церемония настолько увлекла меня, что я лишь по дороге домой вспомнила о платке. И теперь очень надеюсь, что кто-либо из клерков бюро сообщит мне адрес портсмутского фотографа, присутствовавшего на той свадьбе.

Холмс нахмурился, вскрыл конверт, и лицо его тут же просветлело.

— Вот они! Мистер Коллинз с Веллингтон-стрит в Саутси. Или, может быть, солидная фирма «Уитфилд и Буллер» со Стэнхоуп-роуд в Портсмуте. Как вы должны были заметить, на письмах, отосланных Смитом мистеру Мэксу, стоит обратный адрес: Кимберли-роуд, Ист-Саутси. Поэтому более вероятно, что фотографом нашей пары был мистер Коллинз с Веллингтон-стрит.

— Если только у них на свадьбе вообще был фотограф.

— Если его не было, Ватсон, нам придется пойти другим путем. Однако я полагаю, что мистер Смит не настолько глуп, чтобы демонстрировать невесте свою истинную сущность во время брачной церемонии.

В тот же день Холмс задумал еще одну хитрость, чтобы заполучить свадебную фотографию дочери мистера Мэкса. И в конце недели по почте прибыл новый конверт из плотной бумаги с нужным снимком. Подлая натура Смита все-таки проявилась — в том, что на торжественной регистрации присутствовали только жених и невеста. Свидетели, стоявшие по обеим сторонам от новобрачных, определенно были клерками бюро. Констанс Мэкс оказалась миловидной, несколько полноватой девушкой с темными волосами и решительным выражением лица. Она никоим образом не походила на своенравную девчонку, а, напротив, производила вид благовоспитанной и серьезной молодой леди.

Холмса больше интересовал жених. У Смита было скуластое лицо с несколько заостренными носом и подбородком. Он носил пышные черные усы, какие можно увидеть у итальянских официантов. Впрочем, под ними угадывалась твердая линия рта. Обращали на себя внимание его низкий лоб и жесткий уверенный взгляд. В глазах светилась беспощадная ясность ума. Каштановые волосы, постриженные аккуратно и довольно коротко, открывали мочки ушей. В лице я не заметил ни малейшего признака вялости. Широкие скулы, как и непропорционально толстая шея, были тщательно выбриты.

— Ах! — тотчас воскликнул Холмс. — Великий Ломброзо не пожалел бы ничего, чтобы заполучить череп с такими выраженными признаками наследственной деградации! Всмотритесь в это лицо, Ватсон! Этот взгляд подавляет вас, растаптывает, словно сапог букашку. Какие мощные скулы! А шея! Мистер Мэкс уверял, что раскусил его с первой встречи. Сомневаюсь, что бедняга угадал хотя бы наполовину!

Мы рассматривали фотографию в течение нескольких минут. Затем Холмс неприязненно произнес:

— Думаю, что эта шея доставит много неприятностей мистеру Пирпойнту и мистеру Эллису, когда им придется выполнять свою неприятную миссию. Знаете, Ватсон, если мне когда-либо приходилось видеть человека, которому на роду написано быть повешенным, то он сейчас перед нами.

Шерлок Холмс обладал замечательной способностью контролировать свои эмоции и не позволял им вмешиваться в ход мыслей. К тому же он обычно наотрез отказывался посвящать кого-либо в свои планы. Зная его, я пришел к выводу, что он прекратил активные поиски и теперь просто ожидает, когда злодей сделает первый неверный шаг. Эти подозрения еще более окрепли, когда Холмс рассказал мне, что его троюродный брат, капитан-лейтенант Холмс-Дерринджер из штаба адмирала флота, приглашает его на испытания новой торпеды «Уайтхед». Они должны были состояться неподалеку от военно-морской базы Скапа-Флоу, расположенной на одном из Оркнейских островов. Таким образом, Холмс собирался покинуть Лондон по меньшей мере на три дня. Я искренне надеялся, что мне не придется в его отсутствие выслушивать упреки мистера Мэкса.

Именно об этом я хотел поговорить с Холмсом перед его отъездом, но опоздал. Я возвращался домой и уже подошел к открытой двери, когда увидел сбегавшего вниз по ступенькам офицера королевского флота, светловолосого, с аккуратной прической и ухоженной бородой. В руке он держал футляр с биноклем.

— Сидите спокойно, старина! — крикнул он. — Я прихватил его для вас!

Холмс, вероятно, ожидал брата в кебе возле дома. Тут офицер обратил на меня внимание, словно только теперь разглядел, что кто-то поднимается навстречу по темной лестнице.

— Доброе утро, — коротко буркнул он.

Его приветствие прозвучало настолько резко и неожиданно, что я едва успел поднести руку к шляпе. Впрочем, несколько опешил и бравый капитан-лейтенант Холмс-Дерринджер. Обернувшись, я увидел, как он положил забытый бинокль в кеб, затем запрыгнул в него, словно в шлюпку на борту линейного крейсера, и лошадь зацокала копытами по мостовой, увозя Холмса в направлении к Юстон-роуд.

На следующее утро, чтобы избежать встречи с мистером Мэксом, я сразу после завтрака покинул дом на Бейкер-стрит и провел бóльшую часть дня в клубе. И лишь после того, как с Мэрилебонского вокзала ушел последний поезд, решился пойти домой.

На другой день, возвратившись около одиннадцати вечера, я обнаружил на столе в гостиной телеграмму:

НЕОБХОДИМО РАЗЫСКАТЬ СМИТА В УЭСТОН-СЬЮПЕР-МЭР ТЧК ПРИСОЕДИНЮСЬ К ВАМ ПО ВОЗВРАЩЕНИИ ИЗ ШОТЛАНДИИ ТЧК ДАЛЬНЕЙШИЕ РАСПОРЯЖЕНИЯ ПОЛУЧИТЕ В ПОЧТОВОМ ОТДЕЛЕНИИ СТАНЦИИ ТЕМПЛ-МИДС В БРИСТОЛЕ ТЧК ХОЛМС ЗПТ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНАЯ СЛУЖБА АДМИРАЛТЕЙСТВА.

Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 120