Московская вендетта - Александр Сергеевич Долгирев
Подошел Юдин. Он был собран и сосредоточен, как всегда. А еще одет намного легче, чем я. Как ему это удается? В любую непогоду Семен был одет лишь в один бушлат с поддетой рубахой.
Он кивнул мне и протянул руку:
– Давно стоишь?
– Уже минут пятнадцать. Какие планы на сегодня?
– Понятия не имею – Матвей придет, скажет. Но вряд ли что-то новое – почистим пару буржуев, может, аптеку какую обнесем… Ты как сам? В прошлый раз лица на тебе не было.
– Нормально.
Я произнес одно лишь слово и замолчал. В прошлый раз я впервые стрелял в человека. Я вспомнил его лицо – это был старик с густыми усами и испуганным взглядом. Он все цеплялся за мой рукав, все спрашивал, чего это я. А я ничего. Я хотел есть. Руки дрожали, пальцы не слушались – я ему попал в плечо. Чина подсобил – выстрелил старику в спину.
Стоило мне вспомнить о нем, как Андрей вынырнул из особенно темной и зловещей подворотни. Он ухмыльнулся и поздоровался с Юдиным, а мне лишь кивнул. Насколько я успел понять, они были приятелями.
Ребята продолжали подходить, а я продолжал удивляться – в прошлый раз нас было пятеро, но теперь под единственным горящим фонарем на улице собралось уже девять человек, причем Матвея среди них не было. Я не спешил знакомиться с теми, кого видел в первый раз. Они тоже не особенно интересовались моей персоной – лишь раз попросил курева растрепанный парень, от которого сильно пахло выпивкой. Курева у меня не было – он посмотрел на меня так, будто это было моей виной, сплюнул под ноги и отошел. Наконец показался Матвей в компании еще троих ребят. Этих не знал никто.
– Здарова, братцы! Вот, нашел для нашей силы пополнение.
Матвей указал рукой на пришедших с ним. Я усмехнулся – меня Матвей нашел точно так же, за рюмкой и в полном непонимании, как жить. Раздался визгливый голос Яшки Алфеева:
– А на хрена нам пополнение?! И без них хорошо справляемся – а теперь еще и на них придется добро делить.
– Да катись ты к черту, Яшка! Добра на всех хватит – все, что захотим, будет наше!
Матвей пребывал в крайне благодушном настроении, мне показалось, что он пьяный. Отбрехавшись от Алфеева, Матвей веселым взглядом обвел свое малое воинство и бросил:
– Ну что, мужичье, подъели прошлое добро? Еще захотелось? Будет! Сегодня хочу взять доходный дом на Арбате.
– Это девятый, что ли?
Вопрос прозвучал от Юдина, стоявшего совсем рядом со мной.
– Да, девятый. Давно руки чешутся посмотреть, что у тамошних буржуев в матрац зашито!
– Оторвут тебе твои руки за такие выкрутасы, Матвей, и нам заодно – меру знать надо.
– Сема, ты еще поучи меня, где мера находится! Не хочешь, не иди – не заставляю. План такой: входим, суем каждому любопытному бумажку от ЧК, если вопросы останутся, суем кулак в морду. Сгребаем что хотим и уходим, пока настоящее ЧК не подкатило, а то они в последнее время бешеные стали.
Юдин выругался себе под нос так, что услышал только я, а потом шепнул:
– Хочешь выбраться, держись меня, братец, – Матвей не на того напасть собрался. Квартирки на окраинах обносить это одно, но тут Арбат, большой доходный дом… Не надо нам туда лезть.
– Так, может, и не полезем? Матвей сказал, что можем не идти.
– Да нет – пойти все же стоит. Соскочить всегда успеем. Ты, главное, верти башкой почаще и следи, чтобы за спиной никто не оказался.
Я кивнул и снова стал слушать Матвея. Он отчего-то говорил все тише, как будто начинал задремывать на ходу. Так или иначе, важных слов он почти не произносил. Наконец Матвей тряхнул головой и громко спросил:
– Стволы у всех есть или кому докинуть?
Стволы были у всех. Даже у новоприбывших. Я залез в шинель и достал из-за пазухи наган, который Матвей дал мне на первое дело. Патронов после старика было только пять, но я надеялся, что мы обойдемся без стрельбы.
Мы потоптались еще минут пять без всякого смысла, а потом без команды двинулись в сторону Арбата. Матвей с новичками шел чуть впереди и громко обсуждал достоинства женщины, с которой провел ночь. Мимо торопливо прошли мать с дочерью. Я поймал взгляд девочки и состроил страшную рожицу – она отчего-то всерьез испугалась. Почти все ребята болтали и перешучивались друг с другом, убивая время в дороге. Я чувствовал себя чужим. Рядом со мной шел молчаливый Юдин – он, видимо, тоже чувствовал себя чужим. То ли он заметил мой взгляд, то ли просто захотелось поразмышлять вслух, но Семен вдруг спросил:
– И что, мы вот ради этого все устроили? Чтобы бандитствовать без всякой меры?
Как оказалось, слова Юдина слышал не только я. Ему ответил незнакомый мне парень, у которого из-под шапки выбивались светлые волосы:
– Что поделаешь, Сема, – разруха.
– Вот это оправдание, Фаддей. Прямо камень с души снял.
Парень развел руками и ухмыльнулся:
– Какое есть.
После этого он прошел вперед и поравнялся с Матвеем. Я повернул голову и едва не отскочил от неожиданности – совсем рядом шел высоченный Мишка Меликов. Он увидел, как я дернулся, и рассмеялся:
– Да ты не боись! Если бы я хотел тебе голову открутить, уже бы открутил.
Я ответил улыбкой, но был совершенно не уверен, что она выглядела искренней. Неожиданно шедшие впереди остановились, затем раздался грубый окрик:
– Э, морда, а ну, ходь сюда!
Только теперь я увидел, что перед нами шел какой-то высокий человек в военной шинели. Человек даже не замедлил свой шаг после этого окрика, поэтому вскоре громкий возглас вновь разорвал тихий, засыпанный снегом переулок:
– Ты че, глухой, что ли?! Слышь, че говорю, морда, – сюда иди!
Реакции опять не было. Тогда мы ускорили шаг и вскоре обступили высокого человека со всех сторон. Я оказался у него за спиной, потому не смог рассмотреть лицо. Человек, увидев, что его окружили, замедлился, но не остановился. Прозвучал неожиданно звонкий голос:
– В чем дело, граждане? Я спешу.
Один из новеньких, приведенных Матвеем, подошел к нему вплотную:
– Ты че не откликаешься,
