» » » » Гарри Кемельман - Пятница, когда раввин заспался

Гарри Кемельман - Пятница, когда раввин заспался

На нашем литературном портале можно бесплатно читать книгу Гарри Кемельман - Пятница, когда раввин заспался, Гарри Кемельман . Жанр: Иронический детектив. Онлайн библиотека дает возможность прочитать весь текст и даже без регистрации и СМС подтверждения на нашем литературном портале bookplaneta.ru.
Гарри Кемельман - Пятница, когда раввин заспался
Название: Пятница, когда раввин заспался
ISBN: -
Год: неизвестен
Дата добавления: 6 февраль 2019
Количество просмотров: 116
Читать онлайн

Пятница, когда раввин заспался читать книгу онлайн

Пятница, когда раввин заспался - читать бесплатно онлайн , автор Гарри Кемельман
В детективной истории, "Пятница, когда раввин заспался", молодой раввин Дэвид Смолл решает спорные вопросы необычным способом — прибегая к помощи Талмуда. Поначалу люди с недоверием относятся к такому методу, но вскоре убеждаются в его действенности.
Перейти на страницу:

Кемельман Гарри

Пятница, когда раввин заспался

1

Они сидели в небольшом храме и ждали. Их по-прежнему было всего девять, а без десятого утреннюю службу начинать не полагалось. Престарелый председатель конгрегации Яков Вассерман был облачен в церемониальные одежды, а только что пришедший молодой раввин Дэвид Смолл ещё не успел переодеться. Он выпростал левую руку из рукава пиджака и закатал рукав сорочки до самой подмышки, потом прикрепил к предплечью рядом с сердцем маленький черный ларец с изречениями из Священного писания, семь раз обмотав тфилин вокруг локтя и трижды — вокруг ладони, чтобы получить фигуру, напоминающую первую букву Священного имени. Наконец он обхватил тфилином средний палец, и получилось кольцо — знак божественной принадлежности. Аккуратно пристроив второй тфилин на голове, раввин в точности исполнил все требования Библии: "И укрепишь ты его (Слово Божье) в виде знака на руке твоей, и станет оно пред очами твоими".

Все остальные были в отороченных шелком церемониальных талитах и черных кипах. Они сидели маленькими группами, о чем-то болтали, праздно листали молитвенники и время от времени сверяли часы с круглыми ходиками на стене.

Полностью готовый к утренней службе раввин мерил шагами центральный проход — не раздраженно, а как человек, слишком рано пришедший на вокзал, и иногда улавливал обрывки разговоров, то деловых, то семейных. Кто-то обсуждал детей, кто-то оценивал вероятность победы "Красных носков" в чемпионате. Едва ли такие беседы приличествуют людям, ждущим начала молитвы, подумал раввин, но тотчас одернул себя. Разве избыточное благочестие — не грех? Разве не должен человек вкушать от радостей жизни? А труд, семья и отдых от трудов — суть её радости. Раввину не исполнилось ещё и тридцати, но ему были присущи самоуглубленность и вдумчивость. Он вечно задавался всевозможными вопросами, после чего принимался подвергать их сомнению. И ничего не мог с собой сделать.

Ходивший куда-то мистер Вассерман вернулся в зал.

— Только что звонил Эйбу Райху, — сообщил он. — Говорит, будет минут через десять.

Толстенький пожилой коротышка Бен Шварц проворно вскочил со скамьи.

— Ну, с меня довольно, — пробормотал он. — Если для миньяна не хватает этого сукина сына Райха, я лучше помолюсь дома.

Вассерман бросился за Шварцем и нагнал его в конце прохода.

— Неужели ты уйдешь, Бен? Тогда и после приезда Райха нас будет всего девять.

— Извини, Яков, — сердито буркнул Шварц. — Я должен идти. У меня важная встреча.

Вассерман развел руками.

— Ты пришел, чтобы сказать Кадиш за упокой души твоего отца. Что это за встреча, которую нельзя отложить на несколько минут ради почестей родителю? — Шестидесятипятилетний Вассерман был едва ли не самым старшим членом конгрегации и говорил с каким-то странным акцентом. Слова-то он произносил правильно, но было заметно, что это требует немалых усилий. Заметив колебания Шварца, старик добавил: — К тому же, у меня сегодня тоже Кадиш.

— Ладно, Яков, — ответил Шварц, — хватит давить на чувства. Так и быть, останусь. — Он даже усмехнулся.

Но Вассерман ещё не иссяк.

— И чего ты взъелся на Эйба Райха? — спросил он. — Я слышал, как ты поносил его. А ведь вы были хорошими друзьями.

— Что ж, скажу тебе, почему, — более чем охотно ответил Шварц. — На прошлой неделе…

Вассерман поднял руку, призывая Бена к молчанию.

— Та история с автомобилем? Я уже наслышан. Если ты считаешь, что Райх должен тебе деньги, подай на него в суд, и дело с концом.

— Не пойду я в суд с таким пустяком.

— Тогда найдите другой способ сгладить свои трения. Но в храме не должно быть двух почтенных прихожан, не желающих стоять в одном миньяне друг с другом. Это позор.

— Послушай, Яков…

— Ты когда-нибудь задумывался о роли храма в нашей общине? Где, как не под его сенью, улаживать евреям свои разногласия? — Вассерман кивком подозвал раввина. — Я тут пытаюсь втолковать Бену, что храм — место священное, и все приходящие сюда евреи должны пребывать в мире друг с другом. Сглаживать здесь свои трения. Может быть, в этом качестве храм ещё важнее, чем просто как место для молитвы. А вы что думаете?

Молодой раввин растерянно посмотрел сначала на Вассермана, затем — на Шварца, и зарделся.

— Боюсь, что не смогу с вами согласиться, мистер Вассерман, — сказал он. — Храм не есть священное место в полном смысле слова. Разумеется, изначально так и было, но потом многое изменилось, и общинная синагога вроде нашей, по сути дела, превратилась в обычное здание. Здесь собираются, чтобы молиться и учиться, и, я полагаю, она священна ровно настолько, насколько священно любое место, где люди сообща возносят молитвы. Но улаживать разногласия, по нашему обычаю, должен не храм, а раввин.

Шварц промолчал. По его мнению, молодой раввин вышел за рамки приличий, осмелившись открыто противоречить президенту храма. В конце концов, Вассерман — начальник раввина, не говоря уже о том, что годится ему в отцы. Но Яков, похоже, не обиделся. Кажется, он даже был доволен. Его глаза блеснули.

— Что же вы предлагаете, рабби? Как быть, если двое прихожан перегрызутся между собой?

Дэвид Смолл тускло улыбнулся.

— Э… ну… несколько десятилетий назад я предложил бы созвать Дин Тора.

— Что это такое? — спросил Шварц.

— Своего рода судебные слушания, — пояснил Смолл. — Кстати, судейство — одна из главных обязанностей раввина. В былые времена в европейских гетто раввинов нанимали не синагоги, а городские власти. И нанимали не столько затем, чтобы возглавлять молебствия, сколько для разбора дел, представленных на их суд, и надзора над соблюдением закона.

— И как же он принимал решения? — спросил Шварц, которому вдруг стало любопытно.

— Как и любой судья. Выслушивал стороны. Иногда — один, иногда вместе с двумя односельчанами из числа самых образованных. Если надо, опрашивал свидетелей, а затем, основываясь на Талмуде, выносил свое суждение.

— Боюсь, нам это не очень подходит, — с улыбкой ответил Шварц. — Мое дело касается автомобиля, и я вовсе не уверен, что в Талмуде найдется подходящий прецедент.

— В Талмуде найдется все, что угодно, — строго сказал раввин.

— Даже автомобиль?

— Об автомобилях там, разумеется, нет ни слова, но довольно много говорится о таких вещах, как ущерб и ответственность за него. Принципы остаются одинаковыми, только частности меняются от века к веку.

— Ну, что, Бен, ты готов к судебному разбирательству? — спросил Вассерман.

— Да мне-то что? Я могу изложить свое дело кому угодно. Чем больше будет слушателей, тем лучше. По мне, так пусть весь приход узнает, что за гнида этот Эйб Райх.

— Нет, я серьезно, Бен. Вы с Эйбом оба входите в совет директоров и посвящаете храму столько часов, что и не сосчитать. Почему бы вам не уладить спор в соответствии с древним еврейским обычаем?

Шварц передернул плечами.

— Ну, что касается меня…

— А вы, рабби? Не угодно ли…

— Я проведу Дин Тора, если того пожелают мистер Райх и мистер Шварц.

— Эйб Райх ни за что не явится, — сказал Бен.

— А я ручаюсь, что он придет, — возразил Вассерман.

Шварц явно загорелся этой идеей.

— Что ж, ладно. Только как нам действовать? Где и когда состоится эта ваша Дин Тора?

— Сегодня вечером в моем кабинете. Вас устроит?

— Меня-то устроит. Вы понимаете, рабби, этот Эйб Райх…

— Если мне предстоит выслушать изложение дела, вам следовало бы дождаться мистера Райха, чтобы он тоже мог послушать, вы не находите? мягко спросил раввин.

— Конечно, рабби, я не хотел…

— До вечера, мистер Шварц.

— Я приду.

Раввин кивнул и зашагал прочь. Несколько секунд Шварц смотрел ему вслед, потом сказал:

— Знаешь, Яков, если подумать, глупая это затея, и зря я согласился.

— Почему глупая?

— Потому что… потому что мы дали согласие участвовать в обыкновенном судебном заседании.

— Ну, и что?

— А судьи кто? Вот что! — Шварц кивнул на раввина и мрачно отметил для себя его мешковатое одеяние, растрепанную шевелюру и запыленные башмаки. — Ты только взгляни на него. Ни дать ни взять студентишко. Я ему в отцы гожусь. И что же, он будет меня судить? Знаешь, Яков, если раввин и впрямь судья, то, может быть, правы Эл Бекер и некоторые другие старейшины, которые говорят, что нам нужен более пожилой и опытный наставник. Неужели ты думаешь, что Эйб Райх согласится? — В этот миг его осенила новая мысль. — Слушай, Яков, а если Эйб не согласится и не явится на эту, как бишь ее… Дин… Короче, тогда я выиграю дело, правильно?

— Кстати, о Райхе. Вот он. Сейчас начнем молитву. А насчет вечера будь спокоен. Эйб непременно придет.

Кабинет раввина располагался на втором этаже, над огромной асфальтированной автостоянкой. Когда мистер Вассерман подошел к крыльцу, там же остановилась машина Дэвида Смолла, и мужчины вместе поднялись наверх.

Перейти на страницу:
Комментариев (0)