Эдди Флинн - Стив Кавана
Изображение на экране представляло собой бытовую морозильную камеру, стоящую в какой-то темной пыльной конторе. Несколько крупных планов показывали труп в черном пластиковом мешке, замороженный во льду.
– Это Дэниел Миллер, не так ли, мистер Пельтье?
– Я не знаю, кто это; я никогда раньше не видел этих фотографий.
– На месте обнаружения тела сейчас работают криминалисты из ФБР. Со временем они подтвердят, что это Дэниел Миллер и что умер он от ножевого ранения горла – а вовсе не от удара электрическим током, не от инсульта или остановки сердца, вызванных разрядом «Тейзера», и не от удара мебельным ящиком по голове. Не хотите что-нибудь сказать по этому поводу?
Он ничего не сказал.
– Еще один важный момент, запечатленный на этих снимках, хорошо виден на фото номер три. Как вы видите, у Дэниела Миллера отсутствует большой палец правой руки. Профессор Джонсон уже засвидетельствовал, что отпечаток, снятый с тела Стейси Нильсен, был оставлен большим пальцем правой руки Миллера…
Пельтье прервал меня:
– Не понимаю, какое отношение все это имеет ко мне.
– Тела Нильсенов были обнаружены двумя патрульными в начале восьмого утра, а не в час ночи, когда вы позвонили Кэрри Миллер и сказали ей, что они оба мертвы. В тот момент эти люди были вполне себе живы и здоровы. Вы знали, что Дэниел Миллер едет домой, чтобы пообщаться с женой. Поэтому напугали Кэрри до полусмерти – велели ей приготовить высоковольтный «Тейзер», которым сами ее и снабдили. Вы подстроили все это, чтобы убить Дэниела и выдать его за Песочного человека. Вы отрезали Миллеру большой палец, после чего убили Тобиаса и Стейси Нильсен и оставили его отпечаток на месте преступления. Вы хотели обвинить Дэниела Миллера в своих собственных преступлениях, мистер Пельтье, потому что вы и есть Песочный человек.
Прокурор Уайт вскочил было на ноги с возражениями, но Стокер лишь отмахнулся от него.
– Это просто смешно, – бросил Отто.
– Песочный человек жив и продолжает свою преступную деятельность, мистер Пельтье. Он уже убил двух свидетелей по данному делу, отправил записку в ФБР и убил двух их агентов. Но вы уже знаете об этом.
– Ничего я об этом не знаю. И никогда в жизни не видел эту морозилку.
– И все же именно ваша фирма зарегистрировала эту компанию, оформив все необходимые документы, – сказал я. – Что заверено печатью на оригинале документа, поданного в регистр компаний. Вы знали этот адрес, и не похоже, чтобы Дэниел Миллер или кто-нибудь еще пользовался этим зданием.
– Это была компания Дэниела Миллера.
– Он уже не в том положении, чтобы кого-нибудь убивать… Но мы еще многого не знаем. Почему вы подставили Миллера, обвинив его в своих преступлениях, а потом вдруг остановились? Что случилось? Какие произошли изменения?
Пельтье на миг стрельнул взглядом в Кэрри, после чего опять перевел его на меня.
– Как только Песочный человек опять принялся убивать, мир Кэрри обрушился вновь, и она ударилась в бега. Она поняла, что ее муж не убийца. Что это вы подбросили улики в его машину в ту ночь, когда приехали к ней домой, не так ли?
– Нет, конечно же нет!
– Вы уже предприняли кое-какие шаги, чтобы дистанцироваться от документов о собственности на фургон, который использовали в своих преступлениях. Он зарегистрирован на компанию, принадлежащую Дэниелу Миллеру. Эта компания уже много лет не ведет никакой хозяйственной деятельности и не подает никакой отчетности. Компания чисто подставная. Пустышка.
– Нет, я не имею никакого отношения к этой компании. А тот фургон принадлежит Дэниелу Миллеру.
– Естественно, это так, но зарегистрировала эту компанию ваша фирма, и вы ведете ее дела по доверенности. Хотите ознакомиться с документами?
– Ваша честь, – объявил Отто, – я не потерплю столь наглых…
– Отвечайте на вопросы мистера Флинна! – приказал судья Стокер.
– Это была прекрасная возможность обвинить кого-то в своих преступлениях, заставить Кэрри поверить, что это она убила своего мужа, и все это надежно прикрыть, – продолжал я. – Тогда вы могли получить то, чего на самом деле хотели. Вы ведь с самого начала хотели Кэрри, не так ли? Вы хотели ее с того самого момента, как Дэниел привел ее к вам в офис. И вы обвинили его в своих преступлениях, чтобы заполучить ее.
Желваки у него напряглись, когда он прикусил губу. Выражение лица изменилось. На нем огненной вспышкой расцвел гнев. Чистая ярость. Пельтье провел рукой по лицу – очевидно, осознав, что эмоции выдают его с головой, – и придал лицу нейтральное выражение.
– Ложь, мистер Флинн.
– В дневниковой записи, с которой мы только что ознакомились, Кэрри не упоминает, что видела в машине своего мужа ожерелье из черного жемчуга, не так ли?
– Нет, но…
– Она не упоминает о нем, потому что в тот момент его там не было, так ведь?
– Я не знаю, что она там увидела.
– В тот момент его там не было, но позже оно оказалось в той сумке, не так ли? После того, как вы забрали его из дома Стейси Нильсен?
– Ложь.
– Вы знали Стейси Нильсен?
– Она и ее муж занимали заметное место в обществе, вели светский образ жизни. Естественно, я с ними встречался.
– И бывали у них дома…
– Я не помню, – сказал Отто, поморщившись.
– Вы частенько бывали в том доме, мистер Пельтье. И знали, что проникнуть в него можно только через парадную дверь, а не через черный ход со всеми этими засовами, верно?
– Я не убивал Стейси и ее мужа. Или кого-то еще, раз уж на то пошло.
– Это вы познакомили Стейси с Дэниелом? Вам была очень выгодна их интрижка. Это позволило вам заставить мою клиентку поверить, что ее муж – убийца. Именно вы посеяли это семя, разве не так?
– Ложь.
– В самом деле? – отозвался я, и Гарри протянул мне коричневый конверт. Я открыл его, поднял над головой его содержимое. – Это детализация ваших телефонных разговоров. Не стану говорить, откуда они у меня, но в них зафиксированы все ваши звонки Кэрри Миллер. За месяцы, предшествовавшие судебному разбирательству, вы ни разу не позвонили ей, а она ни разу не позвонила вам. Несколько необычно, не правда ли? Она не звонила вам, потому что вы были с ней. Вы поддерживали постоянную связь. К тому времени у вас с ней уже были отношения. Кэрри Миллер подтверждает это.
– Она лжет.
– Эти ее дневниковые записи – они ведь достаточно точны, разве не так?
