Фридрих Незнанский - Факир против мафии

Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 61

— Каких целей? — осведомился Турецкий.

Комиссар нахмурился.

— Это уже другой вопрос, — пробурчал он. — Но я уверен, что установку дают политические власти на самом верху вашего государства.

Комиссар повернулся и сказал кому-то несколько слов на литовском языке. Затем снова посмотрел на Турецкого и сказал:

— Мне пора. Если вы действительно хотите поймать Отарова, прилетайте в Литву. Я обещаю оказать вам всемерную поддержку. Мой телефон вы знаете. Если что — звоните. До свидания.

Александр Борисович не успел попрощаться, а лицо Климаса уже исчезло с экрана монитора. Турецкий откинулся на спинку стула, не спеша достал сигарету, закурил, выпустил густое облако дыма, посмотрел на свое отражение в угасшем мониторе и сказал:

— Что ж… Значит, в Литву.

Он придвинул к себе телефон и набрал номер Вячеслава Ивановича Грязнова.

В Вильнюсе было ненамного теплее, чем в Москве. За три дня, прошедшие после прилета, Александр Борисович и Вячеслав Иванович успели переговорить не только с генеральным комиссаром, но и еще примерно с дюжиной чиновников из прокуратуры и департамента госбезопасности Литвы. Не сказать, чтобы их встречали везде ласково. Но гнать не гнали и на сотрудничество шли. Да и как было не пойти, если Турецкий прибыл в Вильнюс с целой папкой официальных документов.

Несмотря не кропотливую работу, найти Отарова не удавалось. Его деловой партнер, Роман Романович Петров, от правоохранительных органов не прятался, но встретиться с Турецким отказался, сославшись на занятость.

— И вообще, — сказал он Александру Борисовичу по телефону, — я не верю в виновность Отарова. А значит, и сказать мне по этому поводу нечего.

— Но вы должны знать, где он находится, — мягко заметил Турецкий. — Организуйте нам встречу. Ну не украду же я его, в самом деле.

— Как знать, как знать… — Петров на секунду задумался, а затем сказал: — Знаете что, господин следователь, Отаров — мой деловой партнер. А найти надежного делового партнера в наше время сложнее, чем друга или жену. Поэтому я не стану вам помогать. Нужен вам Отаров — ищите его сами. Понадоблюсь я — приходите, только не забудьте прихватить с собой ордер. В противном случае я не стану с вами разговаривать. Все, разговор окончен.

И Петров положил трубку.

Таким образом, три дня в Литве не принесли ощутимого результата. Пока Турецкий ходил по инстанциям, Вячеслав Иванович Грязнов съездил в Каунас. Каунасские полицейские, будучи настроены по отношению к русскому коллеге более миролюбиво, чем вильнюсские чиновники, подтвердили версию о связи Петрова и Отарова с местным криминалитетом. Они назвали Грязнову кое-какие имена, а также поделились своими догадками насчет участия Петрова и Отарова в местных мафиозных разборках.

На исходе четвертого дня в номере Турецкого зазвонил телефон. Это был Меркулов.

— Саня, привет! Я тебя не разбудил?

— Да какое там, — устало отозвался Турецкий.

— Ну и хорошо. Слушай, через десять минут тебе позвонит один человек… Ты с ним встречался… В метро, помнишь?

— Я со многими встречался, — ворчливо ответил Турецкий. — Кого ты имеешь в виду?

— Я имею в виду человека, имя которого назвать тебе не могу, поскольку сам его не знаю.

— А, вон ты о чем, — сообразил наконец Турецкий. — Извини, я тут совсем очумел. Бегаю из учреждения в учреждение, как волк: речь вокруг чужая, лица мелькают, как в калейдоскопе. Голова идет кругом, ей-богу. Так что там твой человек? Чего ради он собрался мне звонить?

— Он узнал, что ты сейчас в Литве, и хочет о чем-то тебя попросить.

— Попросить? Меня? — Турецкий хмыкнул. — Интересное кино. Ладно, нехай звонит. Мы люди не гордые, поможем. Не знаешь, чего ему надо?

— Нет, — ответил Меркулов. И ехидно добавил: — У вас ведь с ним свои секреты. Кстати, после разговора с ним перезвонишь мне и обо всем доложишь.

— Вот так прямо перезвонить? — с не меньшим ехидством ответил Турецкий. — А ты знаешь, что любопытство сгубило кошку?

— Не умничай, — отозвался Меркулов. — Я все-таки твой начальник.

— Ладно, начальник. Сделаю.

— Не «ладно», а так точно. Распустил я вас, блин…

— Пока, — сказал Турецкий и положил трубку на рычаг.

Он и в самом деле чувствовал себя измотанным. Беготня по «присутственным местам» и встречи с незнакомыми людьми, иностранцами, которым на тебя, по большому счету, плевать и которые совершенно не обязаны с тобой сотрудничать, давались Турецкому нелегко. Уже два дня ему не удавалось как следует выспаться, и голова просто раскалывалась.

Поговорив с Меркуловым, Александр Борисович достал из кармана пузырек с аспирином, вытряхнул на ладонь две таблетки и закинул их в рот. Запив таблетки остатками остывшего чая, он откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и стал ждать.

Телефон зазвонил минут через пятнадцать. Александр Борисович успел задремать. Услышав звонок, он вздрогнул и открыл глаза. Пока Турецкий дремал, головная боль почти прошла, но едва он проснулся, как в висках у него снова заныло.

Морщась от боли, Александр Борисович снял трубку и поднес ее к уху:

— Турецкий слушает.

— Александр Борисович, здравствуйте, — услыхал он негромкий, хрипловатый голос «агента в серой бейсболке».

— Здравствуйте, — ответил Турецкий сонным, недовольным голосом. — Мне передали, что вы хотите о чем-то меня попросить. Я готов поговорить. Только, пожалуйста, выражайтесь коротко и ясно, без этих ваших конспиративных витиеватостей.

— Хорошо, — ответил агент. Секунду помолчал и деликатно осведомился: — Вы плохо себя чувствуете?

— А что, это так заметно?

— Да. У вас очень усталый и грубый голос. Голос человека, которому хочется поскорее закончить разговор и забраться в постель. А час между тем еще не поздний. Вот я и решил, что вы плохо себя чувствуете.

— Гениально, мистер Холмс! Ну а теперь, поскольку с предисловием покончено, давайте перейдем к делу. Вы не против?

— Разумеется, нет. Дело вот в чем. В Вильнюсе, недалеко от того места, где вы сейчас находитесь, живет один человек. Он некоторым образом связан с нами…

— Работает на вас, что ли? — грубо перебил Турецкий.

— Да.

— Ну дак так и говорите, черт бы вас побрал! Я же просил — без витиеватостей.

— Хорошо. Извините. Так вот, этот человек работает на нас. Несмотря на внешнюю холодность, он человек довольно эмоциональный, что отчасти проявляется в его противоречивых донесениях. Тем не менее он прекрасно знаком с обстановкой.

— С какой обстановкой? У меня в номере тоже обстановка, и я с ней знаком гораздо лучше, чем любой агент.

«Агент в серой бейсболке» помолчал, потом сказал:

— Я оценил вашу шутку. И все-таки я настоятельно рекомендую вам поговорить с нашим человеком. Возможно, он даст вам ценную информацию. У вас сотовый телефон при себе?

— Да.

— Я попрошу его позвонить вам на сотовый, и вы договоритесь о встрече. Идет?

— Идет, идет, — проворчал Турецкий. Он невесело усмехнулся. — В последнее время меня преследуют две нелепости. Первая — все дают мне на разговор пять минут, и ни минутой больше. Вторая — люди звонят мне лишь затем, чтобы предупредить, что через пять минут мне перезвонит кто-то другой. Какой-то театр абсурда!

— А жизнь вообще абсурдна, — заметил агент. — Вы замечали, чем она обычно заканчивается?

С этой избитой цитатой Турецкий был знаком, поэтому пропустил ее мимо ушей.

— Вы все сказали? — не церемонясь, спросил он.

— Да.

— В таком случае — всего хорошего.

Турецкий положил трубку.

В висках по-прежнему стучало. Самое время было поспать, но нужно было ждать звонка от таинственного литовского агента, поэтому Турецкий сходил в ванную, открыл кран и сунул голову под холодную воду.

Это помогло, но не сильно.

Тем не менее сонливость прошла. Турецкий повертел в пальцах флакончик с аспирином, размышляя, не принять ли еще одну таблетку, но решил не злоупотреблять.

Когда Александр Борисович вышел из ванной, сотовый телефон, лежащий на тумбочке, уже вовсю пиликал. Турецкий не спеша поднес «трубу» к уху.

— Турецкий у телефона, — по бюрократически представился он.

— Здравствуйте, Александр Борисович. Меня зовут Казис Лапшис, — услышал он негромкий, спокойный голос; причем голос этот, несмотря на литовское имя его обладателя, говорил по-русски без всякого акцента.

— Здравствуйте, господин Лапшис. Слушаю вас самым внимательным образом.

— Александр Борисович, мне так же, как и вам, не нравится то, что Отаров и Петров делают в Литве. К сожалению, мои донесения не находят поддержки в Москве. Но для меня совершенно очевидно, что господа бизнесмены заигрались. Они превысили свои полномочия, и, если их срочно не убрать из Литвы, они наделают много бед.

Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 61