Milla Smith - Судьба амазонки

Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 124

Он притворно трусливо засеменил к воину-охраннику, тот помог ему взобраться на лошадь, и сопровождавшие повозку покинули место встречи.

Тибо соскочил на землю и бережно поправил голову девушки, подложив под неё свой плащ. Его предупредили, что Коринн изнуряет себя голодом, но при виде страдальческих глаз жалость наполнила доселе непробиваемое сердце воина.

– Ничего, теперь ты в безопасности. Никто тебя не тронет. Отлежишься и придёшь в себя. Они тебя били?

– Нет, – одними губами ответила Коринн, толчок копьём воительница за удар не считала.

Она погрузилась в сладкую дрёму от наступившего покоя и мерного покачивания дребезжащей повозки.

Проснулась девушка в небольшой комнате, так плотно увешанной шкурами, что виден был только деревянный потолок. Тибо как мог проявлял своё участие к «спасённой». Невольно улыбнувшись необычности обстановки, Коринн задумалась. Тяжесть воспоминаний о днях, проведённых в неволе, давила на грудь. Хотелось поскорее избавиться от горящих огнём прикосновений урода. Словно почувствовав пробуждение девушки, в комнату вошла служанка. Она принесла немного еды, от которой красавица не стала отказываться, и, дождавшись окончания обеда, знаком пригласила следовать за ней.

Они долго спускались вниз по узкой винтовой лестнице. В комнате, куда привела Коринн служанка, стояла большая бочка с водой, а рядом хлопотали две женщины. Они помогли ослабевшей в плену девушке снять с себя опротивевшую, провонявшую плесенью одежду и погрузиться в тёплую благодатную воду. Помыв Коринн, женщины подали ей новое платье, и скоро девушка стала похожа на прежнюю красавицу. Воительница, давно не примерявшая женских нарядов, с удовлетворением оглядела себя, насколько это было возможно.

Вечерело. Выйдя на свежий воздух, Коринн нос к носу столкнулась с ожидавшим её Тибо. Он, как всегда, был в компании толмача. Красавица поняла, что настал черёд поблагодарить воина за помощь:

– Да хранят твой род боги, ты избавил меня от ненавистного мучителя и, может, смерти.

– Одно твоё слово, и я найду и убью мерзавца, – ободрённый благосклонностью девушки Тибо старался не утерять её расположения, но помыслы его были далеки от возвышенных.

– Оставь. Я жива и свободна, но хочу вернуться к своим близким, ты поможешь мне? – Коринн не хотелось открывать правду своему спасителю.

– Да, да, конечно, – он готов был исполнить любое её желание, но не это. Подумав, Тибо добавил:

– Только не сразу.

– Почему?

– Ты ещё слаба и не выдержишь дальней дороги. Я соберу лучших лекарей, они вылечат тебя.

– Но я не больна, я нормально себя чувствую, – Коринн все силы прикладывала, чтобы выглядеть бодро, и они наконец кончились.

Девушку пошатывало при каждом шаге, и, споткнувшись, она чуть не рухнула на землю.

– Вот видишь! – Тибо легко подхватил красавицу на руки и бережно понес в её меховую опочивальню. – Тебе рано отправляться в путь.

Коринн было так тепло, уютно и спокойно в медвежьих объятиях, что она невольно подумала: «Как хорошо бы было, если этот миг никогда не кончался».

Воин осторожно положил свою сладкую ношу на кровать и помедлил, не спеша убирать рук со спины девушки. Его ладони согревали её тело и душу. Вспомнив строгий наказ графа – быть предупредительным и не торопить девушку, воин справился с порывом и нехотя отпустил красавицу.

– Может, послать гонца к тебе домой? – поинтересовался он, зная, что Коринн откажется.

– Нет, не надо. Я сама приеду и им всё расскажу, – девушка опять не решилась признаться, что принадлежит к клану амазонок.

Он тихо вышел, вслед за ним тенью удалился переводчик. Тибо остановился на пороге заветной башни и, запустив сильные руки в гриву рыжеватых волос, облегчённо вздохнул полной грудью. Вечерняя прохлада пробиралась под лёгкую одежду, но сердце и тело воина пылали. Он, желая как-то выплеснуть свою необузданную энергию, широко раскинул руки и зарычал от счастья, глядя на темнеющее звёздное небо. Привязанные неподалёку лошади испуганно шарахнулись в сторону. Тибо был доволен собой и миром вокруг. Он размашистым шагом направился к небольшому строению во дворе, где граф уже с нетерпением ожидал завершения сделки.

– Приветствую тебя! – Роскви радостно поднялся навстречу из-за стола, где он со своими немногочисленными спутниками коротал время за ужином. – Ваше знакомство состоялось? Хвала богам, она приняла тебя благосклонно…

Это полуутверждение-полувопрос он произнёс, внимательно буравя глазами собеседника.

– Да, и уйти от неё было так… трудно, – честно признался влюблённый воин.

– Всему своё время, свой черёд. Всё будет хорошо, – герцог по-отечески похлопал по плечу прямодушного соседа. – Слушай меня. Я тебе плохих советов не давал. Пусть привыкнет к тебе, привяжется и забудет свои клятвы богам. Поверь, они достаточно страшны. Даже я побоялся бы их нарушить. Поэтому я никому не обещаю того, чего не смогу выполнить.

– Какие клятвы?

– Их они приносят своей покровительнице Луне. Богиня требует безропотного подчинения и поклонения ей всех поколений по женской линии. За предательство – смерть. Коринн будет непросто решиться на отступничество.

– Что же мне делать?

– А нужно ли тебе всё сразу – тело, сердце, мысли и чувства девушки? Зачем?

– Я весь в её власти и хочу, чтобы и она испытывала ко мне то же.

– Ты попал в ловушку собственной наивности. Будешь прям – спугнёшь. Иди в обход. Открывшись сразу, ничего не получишь, только посмешишь свою дружину, – герцог намеренно задел Тибо за живое и понимающе подмигнул. – Может, ограничишься телом?

– Нет, – сокрушённо покачал головой великовозрастный ученик секретов любви.

– Жаль, всё было бы проще, – Роскви вернулся за стол и налил себе вина.

Жестом граф приказал своим сопровождающим удалиться, затем отправил вон и слуг Тибо, даже толмача, надеясь на собственные познания чужого языка. Роскви пригласил хозяина замка разделить с ним ужин. Граф давно вёл себя здесь, как господин всех и вся.

Когда лишние люди вышли, он начал непростую учёбу. Речь Роскви змеиным ядом просачивалась в чистую и открытую душу бесхитростного воина. Граф щедро подливал вино в кубок собеседника. Он всегда считал, что нет лучшего средства, чем оно, для достижения взаимопонимания и симпатии между людьми.

Пир воительниц был в самом разгаре, когда Архелия поднялась из-за стола и медленно направилась в обход своих маленьких владений. Девушки, неопытные в принятии редкого в их краях вина, изрядно захмелели и веселились от души. Они до колик в животе хохотали над забавными историями, которыми их в изобилии потчевал ухажёр колдуньи. Он знал изрядное количество смешных сюжетов и сейчас начинал следующее повествование. Слушательницы притихли.

– Так приказали нам переправляться, а мы, как назло…

Юноши, пришедшие на праздник, рассредоточились по всему периметру праздничного длинного стола и затерялись среди пирующих, надеясь сблизиться с одной из вольных поселенок и не остаться под звёздным небом и в следующий раз, а провести очередной праздник полной луны в жарких объятиях. Они так же бурно отмечали чужое торжество, будто это была их собственная вера.

Чуть поодаль Ортрун развлекала своих сестёр по оружию очередной балладой. В арсенале песен бывшей разбойницы большинство было собственного сочинения. Ортрун часто бормотала себе что-то под нос в долгих переходах или сидя у костра, любовно ухаживая за своим оружием. Из глубокой задумчивости, вызванной очередным творческим порывом, её порой не сразу выводил и противный свист вражеских стрел над головой. Ортрун делала усилие, чтобы вернуться к жёсткой действительности из мира грёз и вдохновения. Она слыла чудачкой среди своих подчинённых, но её любили за прямой и открытый характер. Она не шла на компромиссы и иногда бывала груба, но за честность и весёлую болтливость ей прощалось многое. Архи удивлялась, как в стальной сплав характера разбойницы попали чуждые вкрапления нераскрытой чувственности и лиричности. Предводительница невольно заслушалась песней Ортрун, проходя мимо. Однако, вспомнив о своей дочурке, поспешила дальше к дому.

Войдя в комнату, где находились девочка и кормилица, Архелия осторожно присела на край скамьи и, не дыша, любовалась спящей крохой. Губки бантиком, огромные чёрные ресницы, окаймлявшие по-восточному глубокие выразительные глаза. Даже во сне девочка была прекрасна. В наследство от отца ей достались лучшие черты его народа. А что могла дать ей мать? Архи задумчиво глядела на своё сокровище.

Сейчас молодая женщина не понимала, как посмела не желать появления дитя на свет. Дочь вождя не хотела вспоминать прошлое, а будущее сейчас было закрыто от её мысленного взора. Архи улыбнулась своим мыслям: она даже не умеет ухаживать за дочуркой. Малышка была с самого рождения предоставлена заботам близких, но чужих по крови людей. Ни родные мама и папа, ни бабушки и дедушки никогда не увидят первого шага, не будут радоваться первым смешным словам. Всё пройдёт мимо, даже мать вынуждена часто покидать своё милое создание, чтобы с мечом в руках отвоёвывать место под солнцем и луной. За ошибки надо платить и дороже всего за глупость. Любовь – бред! Как оградить дочь от беспощадной жизни, от жестоких испытаний, выпавших на долю матери? Почему могущественная богиня, давшая отдохновение разбитому сердцу Архелии, предназначила девочку другим богам? Кто они?

Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 124