Развод: Я и мое счастье - Евгения Кец

смотреть на меня.

— Хорошо, — подхожу к Оле и сажусь на стол перед ней. — Не хочешь мне ничего рассказать? Я так понимаю, твоя беременность и есть та самая большая и страшная причина, которая мешает нам быть вместе?

— Ну да, — прячет взгляд и судорожно перебирает пальцы. — Кому нужна беременная с кучей проблем.

— Мне нужна, — улыбаюсь. — Ребёнок — это часть тебя, я не вижу в этом никаких проблем. А вот зачем ты сказала о малыше бывшему, не очень понимаю.

— Меня задело, что он обозвал меня, — пожимает плечиками, замирая. — И это больная тема для Дамира. На каждом семейном вечере отец пилит его, требуя наследника. Теперь он будет задаваться вопросом, кто на самом деле виноват, что у нас не было детей, — почти шепчет.

— Так значит, это не его малыш? — внимательно смотрю на Олю.

— Нет, конечно, — мотает головой. — Думаю, у Дамира проблемы.

— Почему? — чувствую, что каждую мысль клешнями доставать приходится, но я не сдаюсь.

— Зачем тебе эти подробности? — бубнит Оля.

— Хочу понимать, чего мне ждать. Вдруг этот психованный и правда в суд пойдёт, чтобы выяснить отцовство.

— У нас больше года не выходило зачать... — тихо говорит, пряча взгляд. — А тут один раз, — всплёскивает руками, — и вот результат.

— Лихо, — приподнимаю брови. — Так и кто же отец ребёнка, Оленька? — улыбаюсь.

Глава № 27 «В обсуждениях»

№ 27.1

*Ольга*

Поднимаю взгляд на Кирилла и не могу ничего сказать. Что, моё признание будет вот таким?

«Ты сказал, что это твой ребёнок, так оно и есть»?

Бред.

— Он хоть в курсе, что станет отцом? — продолжает Кирилл, не дождавшись ответа. — Не хотелось бы встрять в судебные разборки неподготовленным.

— Нет, — шепчу, — он не знает.

— Почему? — Кир садится на корточки передо мной и заглядывает в мои глаза, которые уже и так на мокром месте.

— Я не до конца уверена в человеке. И я не знаю, как он отреагирует. Всё очень сложно.

— Расскажешь?

— Не сейчас, — качаю головой и отвожу взгляд, слишком тяжело смотреть в глаза Кириллу и говорить о нём же.

— Я подожду, — берёт меня за руку, — но знай, я рядом, — тянет на себя и заставляет встать, — ты всё можешь мне рассказать, обещаю, я постараюсь понять.

— Спасибо тебе, — утыкаюсь носом в грудь Кирилла и закрываю глаза, пропадая в сладковатом аромате его духов.

Стоим недолго, молчим. Кир гладит меня по спине, а я расслабляюсь в его объятиях. В голове зреет ещё один план рассказа о том, что он — отец ребёнка. А что если я скажу, будто переспала с двумя мужчинами за одну неделю, поэтому не была уверена, кто отец. Могу даже тест сделать...

Только как я объясню, что наврала Кириллу, когда разговаривала с ним по телефону? Это вопрос. Да и порочить себя, выставляя безалаберной и безответственной вовсе не хочется. Ведь это неправда. Кир — мой единственный мужчина после развода.

— Слушай, — тихо говорит Кирилл, — а тебе анализы там никакие сдавать не надо? Ты на учёт встала, что там ещё?

— Встала, — киваю, — кипа направлений дома лежит. Через неделю кровь сдавать, через две УЗИ первое.

— А... можно с тобой?

— Что со мной? — отрываюсь от груди Кира и смотрю ему в глаза.

— Ну, раз мы теперь вместе, — слегка улыбается, отчего на душе становится светло, — я хотел бы принимать участие и в этом. Возить тебя на анализы там, на УЗИ ходить с тобой. Быть рядом, в общем.

Не сдерживаю слёз и снова утыкаюсь в мужскую грудь.

— Это да или нет? — с лёгкой усмешкой спрашивает Кир, — я не силён в распознавании женского плача.

— Угу, — киваю, ответить сил нет, а Кирилл только крепче обнимает меня.

Сколько так стоим, не знаю. Выплакав, наверное, все слёзы, отстраняюсь и заглядываю в глаза мужчине, пытаясь понять, что он чувствует. Зачем ему это всё, он же не знает, кто отец, но готов воспитывать чужого ребёнка? Наверное, это потому что он из детского дома, это должно было наложить свой отпечаток.

— Кушать хочешь, или домой поедем? — спрашивает Кирилл, вытирая остатки слёз с моих щёк.

— Не хочу никого пугать красными глазами. Поехали домой, — поджимаю губы.

— Как скажешь, — выпускает меня из своих рук и берёт пакет.

Помогает накинуть мне куртку и, взяв за руку, ведёт к машине. Следую за Кириллом и даже не думаю сопротивляться. Мне хорошо вот так идти за ним. Кажется, он больше меня понимает, чего хочет в жизни и как это получить.

— Правда, у нас есть одна проблема, — вдруг хмурится Кир, открывая пассажирскую дверь автомобиля.

— Какая? — притормаживаю и кладу руку на крышу машины.

— Теперь я не отпущу тебя ни в какой город, — строго говорит. — Жить пока можешь в своей комнате, и чтобы я больше не видел тебя за уборкой. И не вздумай тянуться, я слышал, это приводит к плохим последствиям.

— Тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? — приподнимаю брови. — У меня ещё слишком маленький срок, чтобы завязывать мне шнурки и носить на руках. Я и так поправляюсь быстрее, чем хотелось бы, так что физические нагрузки мне нужны.

— Конечно, нужны, — быстро соглашается Кирилл, — и я их тебе обеспечу, — указывает подбородком, чтобы я садилась в машину.

Опускаюсь на сидение и прослеживаю взглядом, как Кир обходит автомобиль и садится рядом.

— Что ты так смотришь? — невинно любопытствует мужчина. — А, — расплывается в улыбке, — я о прогулках. А ты о чём подумала?

— О том же, — быстро отвечаю, мысленно выдохнув.

— А вот твоё милое личико говорит, что мыслишки у тебя бегали совершенно иные. Может, ты хочешь повторения сегодняшнего утра? — поворачивается и соблазнительно смотрит мне в глаза.

— Нет! — мотаю головой, но, поймав лукавый взгляд голубых глаз, сдаюсь. — Хочу, — поджимаю губы. — Это странно, да? Говорят, беременным не надо. Со мной что-то не так, — отворачиваюсь, — надо с врачом поговорить.

— Вообще-то, всё с точностью до наоборот. С тобой всё хорошо, — ласково улыбается Кирилл и берёт меня за руку.

— Тебе-то откуда знать? Ты же не врач, — продолжаю хмуриться. — Ой, — тут же зажимаю рот, вспомнив, что Кирилл уже проходил одну беременность почти до самого конца, наверняка он знает об этом больше, чем может показаться.

— Да, — кивает. — Ты погоди, когда грудь на размерчик-другой увеличится, ты совсем иначе запоёшь.

— Я не хочу петь, — надуваюсь, как красный воздушный шарик.

— Это только пока, — усмехается Кир.

Скрещиваю руки на груди. Не уверена, что мне нравится, когда мужчина знает о моём теле и желаниях больше, чем я.

Домой доезжаем быстро, а встречает