Квартира 28 - Юлия Александровна Волкодав

улыбается добрая тётя, хотя и немножко удивляется. – Тебе точно футболистов? У нас жвачки с Барби есть, тоже недавно завезли.

– С футболистами, – уверенно заявляю я и протягиваю деньги. – На все.

– А альбомчик тебе для них дать?

– Какой альбомчик?

И тут оказывается, что к наклейкам из жвачек прилагается альбомчик. Сложенный вдвое листочек, где нарисовано, куда какую наклейку клеить. До сего момента я даже не догадывалась, что такое бывает!

Я хватаю альбомчик, на все оставшиеся деньги набираю жвачек, прячу всё добро по карманам. Альбомчик засовываю в глубокий нагрудный карман джинсового сарафана, чтобы не потерять по дороге, и возвращаюсь в класс. Звонок ещё не прозвенел, мои одноклассники пыхтят над проверочной работой, а я гуляю. Красота! Открываю дверь класса…

– Ты бессовестная! – припечатывает Галина Сергеевна. – Гуляет она! Ты три ошибки сделала! Ну-ка иди сюда…

И начинается разбор полётов. Я и бессовестная, и глупая, и ленивая… И как я посмела сдать работу с ошибками, а сама пойти в столовую…

К счастью, звенит звонок, все вскакивают со своих мест и бегут сдавать работы. Сегодня никто из мальчишек не пытается дописать на перемене, потому что все помнят про футболистов, которых должны были привезти в столовую. И бегут по лестнице наперегонки. Галина Сергеевна внимательно смотрит им вслед, про меня она уже забыла. Я тихонько возвращаюсь на своё место и с грустью смотрю на уже проверенную работу, которую отдала мне учительница. Внизу стоит жирная четвёрка с минусом. Позорище… Мама ругаться будет. Лиля за оценки не ругает, но я всегда чувствую, что она недовольна, когда у меня четвёрки. Четвёрку можно приносить только по физкультуре. По физкультуре можно даже двойку, потому что и у Лили, и у мамы с физрой всегда были проблемы.

Перемена заканчивается, но Галина Сергеевна не спешит начинать следующий урок. Она стоит перед классом и ждёт, пока все угомонятся. Скоро наступает тишина, потом тишина становится зловещей.

– Мальчики! – вкрадчиво начинает Галина Сергеевна. – Кто покупал сегодня альбомы с футболистами в столовой, встаньте!

Пацаны встают один за другим, почти весь класс. Я сижу. У меня в кармане сарафана лежит альбом с футболистами, но ведь Галина Сергеевна говорила только про мальчиков.

– А теперь полюбуйтесь на них! – продолжает Галина Сергеевна. – Родители им дают деньги на обеды, а они их тратят вот на это дерьмо?

Она выхватывает у Вовки Кузнецова альбомчик.

– Вам не стыдно? Вам не стыдно, я спрашиваю? Чтобы я больше не видела ни одной наклейки! Ни на тетрадях, ни на учебниках! Я поставлю вопрос на совещании у директора, чтобы эту мерзость в нашей школе не продавали! А теперь каждый взял свой альбом, порвал и выбросил в мусорное ведро вместе с наклейками. Я жду…

Коля Белов стоит вместе со всеми. Я смотрю на него снизу вверх и вижу, что у него под очками текут слёзы. Судя по всхлипам сзади, ещё кто-то из парней ревёт. Лёшка Головин, сидящий передо мной, рвёт альбом первым. Но Лёшка из богатой семьи, ему папа новый купит. А Колю дедушка воспитывает, у него карманных денег-то нет, он деньги, которые ему дали на дорогу, потратил. И домой сегодня пешком пойдёт. Он часто так делает. Потом от дедушки нагоняй получает. Но решил рискнуть, чтобы альбомчик купить, он мне сам утром рассказывал. А теперь получается, что ни денег, ни альбомчика.

Остаток школьного дня проходит грустно. Ни у кого нет настроения играть в роботов и бегать по коридору, даже девчонки притихли. Все понимают, что произошло что-то очень нехорошее, и дело не только в пропавших футболистах. Когда заканчивается последний урок, я догоняю Колю на лестнице.

– Подожди. Держи…

Достаю из кармана сарафана альбомчик и жвачки с наклейками.

– Только спрячь в портфель, а то вдруг она выйдет…

Можно не уточнять, кто «она». Но у Галины Сергеевны ещё совещание сегодня, она не собирается выходить на лестницу.

Коля поднимает на меня удивлённые глаза.

– Откуда?

– Из столовой. Она же только мальчикам велела вставать. А про меня ничего не говорила…

Галине Сергеевне и в голову не пришло, что кому-то из девочек могли понадобиться футболисты. А мне они теперь ни к чему. Потому что мне не футболисты были нужны, а ощущение, что своя в мальчишеской компании. Только я тогда, во втором классе, это ещё сформулировать не могу. Но альбомчик жжёт мне карман, и я рада, что Коля его берёт.

– Ты настоящий друг, – выдыхает Колька.

– Да ладно. Дашь завтра математику списать, – усмехаюсь я.

Меня сегодня встречает Миша. И пока мы идём до дома, я рассказываю ему обо всём, что произошло. Миша внимательно слушает и вдруг сворачивает с привычной дорожки.

– Пойдём-ка до Каспия дойдём, – говорит он.

Каспий – это большой магазин в пяти минутах от нашего дома. И дом возле магазина. И сквер. Всё вместе Миша и Лиля называют Каспием, потому что они там раньше жили. До того, как получили квартиру двадцать восемь. В сквере Каспия два киоска. В одном продают хлеб, а в другом – газеты и журналы.

– Я видел там одну любопытную вещь. Но не знал, понравится тебе или нет, – загадочно говорит Миша. – А сейчас мне кажется, что понравится.

Мы подходим ближе. Миша что-то говорит продавщице, а потом протягивает мне журнал. Большой такой, блестящий, тёмно-синий. На обложке нарисованы Том и Джерри.

– Альбом для наклеек, – читаю я.

Вот это да. Такой альбом – не чета тем, что сегодня закончили жизнь в мусорной корзине. Там всего-то был сложенный листочек. А здесь целая книжка! С картинками, с историями. Только внутри много-много окошек с номерами, в которые надо вклеивать наклейки. Между картинок и текстом. А ещё внутри ребусы есть, загадки.

– И пять пакетиков наклеек, – говорит Миша продавщице.

Никаких жвачек тут нет, зато есть большие плотные пакетики, на которых тоже нарисованы Том и Джерри. А внутри каждого пакетика по пять наклеек! И эти наклейки надо вклеивать в журнал по номерам.

– А если попадутся двойные, ты сможешь поменяться с кем-нибудь в классе, – говорит Миша, но вдруг осекается. – Нет, наверное, в классе не надо. И не надо этот альбом в школу носить. Дома будем клеить, хорошо?

Я киваю. Потому что подумала о том же самом.

Теперь Лиля и Миша покупают мне не киндеры, а пакетики с наклейками. Я их открываю, отыскиваю нужные номера, осторожно вклеиваю и могу часами рассматривать альбом. Скоро Миша приносит ещё один, про Русалочку. А мама из Москвы привозит про Барби. Лиля покупает альбом про Чёрного Плаща,