Кофейные романы. Насыщенные истории с ярким вкусом и нежным ароматом - Айгуль Наилевна Галиакберова
Бубочка
– Галя, – пробасила Лида в телефонную трубку, глухо и длинно протягивая букву «Гэ», – Галка, беда! Сеня мне изменяет!
– Чаво это? – деловито ответила Галя на другом конце провода, и было слышно, как она сплюнула кожуру от семечек.
– Вот, гляди сама. – Лида сгибала толстые пальцы левой руки, словно собеседница видела её. – На работе задерживается, раз. Вечно голодный, это два. Все калории на утехи уходят, видимо. За собой ухаживать начал. То ходил как пугало помятое, а сейчас придёт с работы – брюки в стирку, и сам же потом их гладит. Это три. Раньше главная забота в выходные – выспаться да пирогов поесть, а сейчас дела себе придумывает, даже в библиотеку записался. Это четыре. Ну и сегодня заявил, что бегать по утрам начнёт. Это пять.
– Та-а-к, всё здесь ясно, – протянула Галка, перестав грызть семечки, – Через час у меня, я наших обзвоню.
Через сорок минут во двор старого двухэтажного дома стал стекаться ручеёк женщин солидного, по всем параметрам, пятидесятилетнего возраста. Каждая останавливалась у второго подъезда, долго тёрла подошвы галош о тряпку и, дёрнув на себя тяжёлую железную дверь, исчезала в темноте.
На кухне было шумно, как на партийном собрании. Наконец пришла Лида, и пять пар глаз уставились на виновницу оперативного сбора.
Женщина, уперев толстые руки в бока, поведала подругам всё то, что она час назад рассказала Гале, на этот раз загибая пальцы на публику. Когда она поставила в монологе точку звучным «кобель!» толпа разом загудела.
– Развестись и выгнать с жилплощади! – верещала худая Вера, поправляя очки.
– Вот ведь гад, но и разлучница хороша. Влезла в семью, понимаешь! – шумела Раиса.
– Повыдёргивать космы, стерве! – засучила рукава Антонина.
– Запереть подлеца в воскресенье дома! – шла на радикальные меры Зоя.
Лида, упиваясь всеобщей заботой, грустно кивала и, кажется, даже смахнула слезу.
– Тихо, девочки! – перекрикнула всех Галя и пять пар глаз уставились уже на неё. – В народе говорят: не пойман – не вор. Вот и нам надо сперва разоблачить гада, а заодно и его зазнобу. Авось, и она замужем. А потом уж решать, что делать с иродом.
Толпа дружно согласилась, а Галя продолжила:
– Говоришь, бегать начал и по выходным пропадает? Значит, делим территорию по периметру. Зоя, ты выходишь утром выгуливать собаку и идёшь тем же маршрутом, куда он бежит. Гнаться за ним не надо, но каждый раз встречай в новом месте. Завтра у дома проследи куда побежал, потом встречай на том месте, где из виду потеряла. Скорее всего, бегает в одно и то же место.
– Есть! – отозвалась Зоя, прикидывая, как объяснить мужу, что в кои-то веки она сама выгуляет Зюзю.
– Рая, садишься с семечками возле библиотеки и бдишь и в будни, и в выходные. Кто чаще всего шастает, долго там сидит, ну и всё такое.
– А не прогонят?
– Не должны, если чуть дальше сядешь. Кстати, с собой семки есть? У меня последний пакет.
– Ага, сейчас отсыплю.
Галя раздала задания остальным участникам операции. Каждая, получив боевую задачу, обдумывала план действий.
– Ну а мне-то что делать? – пробасила Лидия.
– Тебе просто жить как ни в чём не бывало. Виду не показывай, делай всё как обычно. Тебе в слежку нельзя, – пояснила она, – у тебя примета слишком заметная, – политкорректно намекнув на полтора центнера живого веса, ответила Галя-командир.
Через два часа товарки разошлись, условившись встретиться в субботу вечером тут же, у Гали.
В назначенный день каждая взяла гостинец и направилась на девичник, отчитаться о проделанной работе.
– Никак не получается узнать, куда он бегает, – сокрушалась Зоя, обнаружив в волосах спрятавшуюся бигуди, – вот добегает до магазина, за угол сворачивает, а меня Зюзя тащит в другую сторону, там у Нефёдовых собака, она к ней рвётся. Кричать не могу, заметит. А как приду к магазину, так и следов нет, я пока туда-сюда с Зюзей по кустам хожу, он уж обратно бежит, незнамо откуда.
– Хитёр, – хмыкнула Галя, – наблюдение продолжаем. У тебя что?
– Сам в библиотеку не приходил, но можа завтра явится. А вот Юлька Круглова постоянно шастает, каждый день аккурат в обед приходит и вечером уходит.
– Так она работает там, на полставки.
– А-а-а, – расстроилась Раиса.
– У тебя чего? – Галя расспросила всех, и тех, кто вёл объект от работы до дома, и тех, кто звонил коллегам, отчиталась сама по своему пункту.
Результатов не было ни у кого.
Сеня оказался хитрым и изворотливым изменником. И пятерым (Лида не в счёт) дамам не удалось поймать его с поличным. Обманутая женщина смахнула слезу, посетовала на жизнь и принялась за пирожок, который давно манил её своим румяным боком.
Во вторник результат был тот же, и Галя поняла, что надо менять стратегию, обещала разработать новый план и ознакомить с ним в четверг. Любого врага можно перехитрить!
А в среду Лидия пошла в магазин: кончилась горчица, а она борща наварила. Сеня любит борщ вприкуску со ржаным хлебом и острой горчицей. До магазина оставалось метров сто, когда она заметила знакомый свитер. Женщина остановилась, огляделась по сторонам, закрыла волосами лицо и медленно пошла к магазину. В тот момент, когда муж скрылся за углом, она со всей доступной ей прытью бросилась следом.
Повезло! Она увидела, как мелькнул в кустах оранжевый воротничок рубашки, и теперь, уже сбавив ход, медленно пошла к любовному ложу изменника. С максимальной осторожностью, перешагивая через ветки, дошла до кустов и прислушалась. Муж ворковал с любовницей:
– Бубочка, моя, соскучилась? Ах ты, моя милая!
На глаза Лидии навернулись слёзы – он называл зазнобу её домашним прозвищем – Бубочка. Ну не подлец ли?
– Да погоди ты целоваться, погоди! Погляди, что я тебе принёс, – ворковал изменник. – Вот смотри, самые лучшие, сам выбирал!
Ах он ей ещё и подарки дарит! Сам говорил: до получки ещё неделя, и ей, законной жене, махровый халат пока купить не может.
– Как там мои малышки, дай погляжу, – томно тянул изменник.
«Не иначе как о том месте, куда приличные дамы деньги прячут, говорит», – подумала Лида и, не выдержав более этой любовной болтовни, могучей рукой раздвинула кусты, шагнула внутрь:
– Чего ты подарил этой стерве? – загремел бас.
С берёзы упорхнула ворона, насмешливо каркнув. Следом полетела вторая, ответив первой: так ей и надо!
От резкого движения с куста посыпались листья, и один приземлился аккурат на нос предателя.
Сеня, подложив под тощий зад газету, сидел
