Развод: Я и мое счастье - Евгения Кец

следую за Ариной. В доме нас уже ждёт Лада, которая явно рада нашей встрече.

— Доброе утро! Олечка! Как устроились? Комната нравится?

— Большое спасибо, всё просто замечательно. Только зачем мне такая огромная спальня?

— Я бы и рада предложить вам ту комнату, что захотите, но когда пойдёте изучать дом, поймёте. Они просто все завалены разным хламом.

— Видимо, который мне и предстоит разобрать, — улыбаюсь и под чутким руководством Арины сажусь за стол.

Завтрак из омлета, овощной нарезки и сырников со сгущёнкой заставляет меня откинуться на спинку стула и, кажется, даже тяжело дышать.

— С вашего позволения пойду познакомлюсь с бригадой.

Пока Арина занимается посудой, выскальзываю из кухни, накидываю куртку и сапоги и иду на задний двор, где трудятся пять человек разного возраста и телосложения, но все одинаково чумазые, хотя строительного мусора или цемента я не вижу.

— Здравствуйте, — окликаю мужчин. — А кто у вас за старшего?

— Вот это да, Федька, — басит один из самых крупных строителей, — какими судьбами к нам такая цыпа? — даже присвистывает.

Перевожу взгляд на мужлана и мгновенно становлюсь серьёзной:

— Не свисти.

— Чего это, — гогочет мужик, а остальные молча наблюдают за нашей перепалкой.

Ждут, кто кого?

— Денег не будет, — наигранно улыбаюсь.

Лицо незнакомца окрашивает недоумение, а вот остальные ребята почти сразу начинают громко ржать.

— Э, я не понял, вы кто вообще такая? — продолжает возмущаться.

— Новая управляющая в этом доме. Так кто у вас за старшего? Или мне считалкой выбрать одного из вас?

— Ну так это, — тушуется мужик, — я.

Ещё раз осматриваю собеседника:

— Нам предстоит много работы. Прошу к вечеру предоставить данные вашей бригады, кто, чем занимается и откуда ездите. Моя задача навести здесь порядок.

— А вы у нас Фрекен Бок, что ли?

— А вы, надеюсь, не Карлсон, — улыбаюсь. — Рада, что вы читаете детские книги. Так как вас зовут?

Вижу, что мужики за спиной своего начальника шушукаются, но в разговор не встревают.

— Степан.

— Замечательно. Меня зовут Ольга Вячеславовна. Подготовьте все данные, что я попросила, а с завтрашнего дня у вас будет более чёткое расписание.

Мужчина мнётся, явно что-то планирует ляпнуть, но так и не решается. Правильно, нечего. У меня есть задача, пусть они здесь хоть вымрут все, но дело будет сделано.

Оставляю бригаду поразмыслить, а сама отправляюсь изучать хозяйский дом, а потом и дом для персонала. А Лада не обманывала, говоря, что меня ждёт много работы. Пожалуй, заберу-ка я самого молоденького мальчишку из строителей, чтобы он мне в домике помогал разбираться да тяжёлые вещи таскал.

Особняк ненадолго оставлю в покое, там работы непочатый край и надо всё с Ладой согласовывать, а ей пока не до меня. Не успеваю закончить с бригадой, как приезжает врач.

День, будто разбивается на тысячи цветных осколков, превращаясь в калейдоскоп нескончаемых мелких дел. Единственное, что по расписанию — еда. Арина Романовна — упрямая женщина, которой плевать на мои отговорки. Усаживает за стол и кормит.

Вечером после душа падаю на кровать и достаю телефон, где, наверное, сотня сообщений от сестры. Звоню ей и в паре слов рассказываю, как прошёл мой первый рабочий день.

— Я верю в тебя, — последнее, что слышу перед тем, как отключиться.

Утром трезвонит будильник, заставляя меня проснуться. Новый день — новые проблемы. Устанавливаю для начала время перерывов для бригады, согласно законам. Выясняю, что Арина не прочь готовить мужикам, чтобы те не уезжали с участка, бросая работу на два, а то и три часа.

Вблизи нет ни магазинов, ни кафе, а еду с собой почти никто не возит. Они прокатаются толпой, а потом долбят молотками до полуночи. Это не дело. Особенно учитывая, что стройка ведётся прямо под окном Лады. Женщине нужно отдыхать, а они светят прожекторами и в дятлов играют — так не годится.

А потом, как и собиралась, забираю одного из строителей для помощи в расчистке участка и дома для персонала. Обозначаю план действий для парнишки, и сама приступаю к сортировке вещей в одной из подсобок.

Я и представить не могла, что управлять домом и ремонтом может быть так сложно. Когда мы с Дамиром переезжали в наш дом, то ремонт уже был, а под моим началом была лишь домработница и приходящий садовник и дворник по совместительству.

К вечеру второго дня выясняю, что здесь ещё и подвал с бассейном имеется, там же и прачечная, где я могу постирать свои вещи. На неделе займусь, пожалуй.

Как засыпаю, снова не помню. И так до самой пятницы кручусь-верчусь, словно юла.

— Доброе утро! — бодро захожу на кухню утром восьмого числа. — С праздником!

— О, — улыбается Арина Романовна, отвлекаясь от плиты. — И тебя с праздником, Олечка. Ты сегодня прямо красавица. А юбочка с блузкой тебе очень идут, — качает головой из стороны в сторону. — Снова пойдёшь строить этих бездельников? — взмахивает полотенцем в сторону заднего двора.

— Спасибо, захотелось принарядиться в честь праздника. А...

— И это здорово, — за моей спиной раздаётся весёлый голос Лады. — С праздником вас, девчонки!

— Ой, ну вы, что скажете, Лада Валерьевна, — чуть не краснеет Арина.

Завтракаем, а потом я ухожу наводить порядок, ставлю стирку одну за другой, иногда спускаюсь в подвал, чтобы погладить вещи.

За неделю, с помощью парня из строительной бригады, я почти полностью разгребла завалы в одной из спален. Выходные ждут официальные, так что работать никто не будет. А у меня появится личное время. Накопилось немало собственных дел, что требуют моего внимания. Например, пора позвонить Марату и спросить, как успехи.

Уже поздно вечером вспоминаю, что так и не достала последнюю партию белья. Бью себя в лоб, накидываю куртку и резиновые тапочки и бегу по талому снегу в дом. Переобуваюсь и, скинув верхнюю одежду, под собственные причитания спускаюсь в подвал.

— Это ещё что такое? — вижу целую лужу перед бассейном.

Неужели авария? Осматриваюсь, но вроде нигде не слышно, чтобы вода бежала или трещины какие-то были. Подхожу к бассейну и всматриваюсь в воду, подсвеченную небольшими светильниками голубого цвета.

Не сразу понимаю, но под водой вдруг вижу человека. Чуть в обморок от испуга не падаю — неужели утопленник? Не успеваю даже пискнуть, незнакомец выныривает, а я, будто каменная статуя, лечу в бассейн. Все мышцы словно сковало.

Ощущаю, как меня обволакивает холодная вода, а потом тёплые руки подхватывают, и я оказываюсь на поверхности. Меня трясёт, почти колотит, упираюсь взглядом в задорные голубые глаза и знакомую ухмылку:

— Привет, — улыбается Кирилл. — Не ожидал тебя здесь увидеть.