Игра с нулевым счетом. Том 1 - Асами Косэки

– Есть! – вновь хором отчеканила наша пятерка в ответ.

Теперь напряжение в спортзале усилилось пуще прежнего, и оттого наши голоса на этот раз прозвучали еще более резко.

Юса встал по другую сторону сетки, и тогда тренер подбросил волан. Ас ударил. Целился он в тубусы для воланов (всего их было четыре), расставленные вдоль обеих боковых линий противоположной половины корта. Задача Юсы заключалась в том, чтобы сбить все четыре тубуса за две минуты, однако он, очевидно, справлялся куда быстрее.

Каждый шаг своего кумира, каждый путь, что преодолевал в воздухе волан, я жадно пожирал взглядом. Движения «принца» были плавными, отточенными до автоматизма и невероятно быстрыми. Завершив одну подачу, он без промедления возвращался на прежнюю позицию, тут же вставал на изготовку – ноги на ширине плеч – и с выражением лица, лишенным даже намека на эмоцию, ждал следующий волан от тренера.

Вот оно что. Да, действительно хороший пример.

Многие вещи я знал и сам, однако повторить вживую не мог.

А вот когда вживую смотришь, как их выполняет профессионал, то более-менее понимаешь принцип.

Не прошло и условленных двух минут, как все четыре цилиндрических чехла пали смертью храбрых, и Юса, к тому моменту даже не запыхавшийся, молча поклонился и отошел в сторону с равнодушным видом. Мы проводили его восторженными возгласами, а тренер удовлетворенно кивнул.

– Ну, как-то так, – подытожил господин Эбихара. – С точки зрения техники вы пока не сможете так же, но общую суть уловили, верно? Что ж, теперь давайте-ка сами, по очереди.

Первым на корт вышел Мацуда.

– Ты, часом, не в курсе, кто это такой? – вполголоса обратился ко мне Сакаки.

Я покачал головой. Название средней школы, в которой сейчас учился Мацуда, мы и без того узнали от тренера, однако ни его имени, ни спортивных достижений я совсем не припоминал. Однако стоило тому пройти на корт и взять ракетку, как одно я понял наверняка – игроком он был весьма и весьма умелым.

Мацуда выглядел великолепно. Лично я просто не мог не отметить его руки: по тому, как тот сжимал рукоятку ракетки, было видно, что в свои движения парень вкладывает ровно столько силы, сколько требуется – ни больше, ни меньше. Иначе говоря, превосходно контролирует свое тело.

Вдруг вспомнилось, что бадминтоном я начал заниматься из-за того, что очаровался утонченной фигурой Синохары. А если так подумать, и с го ситуация у меня была похожая: когда-то давно дедушка повел меня в го-клуб, и там меня заворожил вид чьих-то (уже даже и не помню, чьих именно) пальцев, изящно державших игральный камешек. Так я и увлекся го.

Ну, похоже, я просто питаю слабость ко всему красивому.

Тренер Эбихара поднял волан. Правее, левее. Ближе, дальше…

Как и ожидалось, до уровня «принца» Мацуда не дотягивал, однако справился вполне неплохо: за две минуты сумел сбить по одному тубусу с каждого края корта.

– А он хорош, скажи? – вновь шепнул мне Сакаки.

На этот раз я согласно кивнул.

Следом был Тайити Хигасияма, за ним Ёдзи. И все-таки даже тот факт, что эти двое являлись идентичными близнецами, не мог до конца объяснить их схожесть совершенно во всем. Они одинаково стояли, одинаково замахивались… В общем, были совершенной копией друг друга. И оба сбили только два тубуса, и оба – только с правой стороны.

– Ну-у, пойдет. – И снова Сакаки.

Это его утверждение я не стал ни отрицать, ни подтверждать. Мне уже было отлично известно: истинное мастерство близнецов проявляется тогда, когда они выходят на корт вдвоем. Возможно, если бы они и сейчас работали сообща, постоянно меняясь позициями, выдали бы тот же результат, что и Юса.

Следующим вышел Сакаки. За его движениями я наблюдал крайне внимательно. Результат – ноль. Он не опрокинул ни единого тубуса. Однако неумелым его назвать все же было нельзя: воланы вылетали из-под ракетки с бешеной скоростью и приземлялись в паре сантиметров от цели. В общем, парень просто-напросто даже не думал о том, чтобы контролировать силу ударов – лупил по волану от души, и все тут. В этом, вероятно, и заключалась его главная проблема.

Когда две минуты истекли, Сакаки еще какое-то время не покидал корт – просто стоял там поникшей статуей, пока его в итоге не поторопил тренер. А я вдруг подумал, что его манера игры мне очень даже понравилась. Да, она была немного агрессивной – на первый план тот выдвигал не технику, а собственные чувства, – но наблюдать за этим было весело, увлекательно и в каком-то смысле приятно глазу. Конечно, хладнокровная сдержанность, присущая Юсе и Мацуде, выглядела здорово, но и напористость и запал Сакаки мне тоже пришлись по душе. Именно увидев его в деле в таких условиях, я, кажется, начал понимать, каких качеств, по мнению Рики, не доставало мне самому.

Ну а затем, наконец, настал мой черед.

«Соберись», – едва слышно приказал я самому себе.

«Соберись» – коронное слово Сидзуо. Раньше лучший друг то и дело выкрикивал его мне как перед матчами, так и непосредственно во время них. И сейчас, в столь ответственный момент, я невольно ощутил острую потребность услышать это самое слово – мой своеобразный талисман на удачу.

Сказать по правде, я уже не раз выполнял подобное упражнение. В школьном клубе нам его не давали, нет – я нашел его сам. Все же толкового руководителя у нас не было, а потому я хватался за любую возможность узнать что-нибудь новое извне: подцеплял что-то из спортивных журналов, подсматривал какие-то практики из тренировок сборных сильных школ… В общем, так на него однажды и наткнулся.

Две минуты почти истекли. Последние секунды, и… я сбил один тубус. Один, но все же! Как мне это удалось? Признаюсь, я и сам не был уверен до конца. Возможно, дала о себе знать сегодняшняя тренировка. А, возможно, дело было в том, что на протяжении двух минут я постоянно держал в голове движения Юсы и старался ему подражать – перед каждой новой подачей ставил ноги на ширину плеч, принимал нейтральную позу и расслаблял лицо.

С противоположной стороны корта послышались хлопки – товарищи-новички, перебарывая стеснение перед старшими, поддержали меня скромными аплодисментами. Даже Сакаки больше не выглядел подавленным – одарив меня улыбкой до ушей, он выставил большой палец вверх.

Следом был объявлен пятиминутный перерыв. Воспользовавшись долгожданной передышкой, я направился к своим вещам, намереваясь, наконец-то, промочить пересохшее горло. Однако стоило мне добраться до цели, как