Грязное золото - Джеймс Уиллард Шульц

Настали сумерки, когда лагерный глашатай объявил, что совет вождей состоится прямо сейчас в вигваме главного вождя, Большого Озера. Там уже собрались тринадцать младших вождей, несколько известных воинов и шаманов, когда вошли мы четверо, но и для нас нашлось место в кругу собравшихся. У Большого Озера было две большие каменные трубки с длинными чубуками, специально предназначенными для таких случаев, и, когда они были зажжены и пошли по кругу, Бегущий Журавль, вождь клана Никогда Не Смеются, открыл совет, предложив Отокуи Тактай (Жёлтую реку, которую Льюис и Кларк назвали рекой Джудит) как место, наиболее подходящее для зимней охоты. Несколько собравшихся одобрили этот выбор. Другие предлагали разные области страны черноногих. Потом Три Бизона сказал, что лучшим местом для зимовки будет область у Медвежьей Реки Другой Стороны (река Устричных Раковин). Зима там не суровая, равнины полны бизонов и антилоп, в соседних горах множество оленей, вапити и толсторогов для тех, кому понадобится кожа для изготовления одежды и мокасин. Его выбор вызвал множество одобрительных возгласов, и мы с Картером присоединились к ним.

– Значит, решено, что зимовать будем у этой реки, – резюмировал Большое Озеро.

– Да. Да. Зимовать будем там, – хором ответили все собравшиеся.

Все, кроме одного – старого Красного Пера, самого сильного шамана племени, владельца древнего талисмана Бобра Подаренного Солнцем, который, после небольшой паузы, решительно сказал:

– Нет, туда мы не пойдем, и ни в какое из других мест, о которых вы говорили. Мне было послано два видения. В каждом из них я видел наш большой лагерь на Среднем ручье. Видел Волчьи Горы недалеко на востоке, горы Медвежьей Лапы недалеко на западе. И это было время новой травы. Зеленой была равнина, зелеными были деревья вдоль ручья и на склонах соседних гор. Вы все хорошо знаете, что значит видеть во сне новую зеленую траву: это значит, что мы переживем зиму, порадуемся следующему лету. Само Солнце посылает нам наши видения: так оно говорит нам, что должны мы делать, чтобы все у нас было хорошо. Так что, друзья мои, мы должны зимовать на Среднем ручье. – да, только там, а не в другом месте, мы должны зимовать.

Последовало долгое молчание, которое наконец прервал Большое Озеро:

– Ну, друзья мои, значит, зимовать мы будем на Среднем ручье?

Да, все согласились, что зимовать будут там – все, кроме Три Бизона, который хранил молчание. Он сопроводил нашу четверку к вигваму Картера, и там сказал ему:

– Ну, Бобрёнок, что скажешь?

Картер ответил, что Средний ручей для нас как место зимовки не годится, потому что бобров по его течению очень мало. Мало их и вдоль ручьев, текущих со склонов Медвежьей Лапы и Волчьих (Малых Скалистых) гор. Мы должны, сказал он, собраться и пойти на лучший бобровый ручей – Медвежью реку Другой Стороны (реку Устричных Раковин).

На это Пайотаки и две другие женщины стразу стали возражать: нас слишком мало, чтобы зимовать в этой части страны, через которую постоянно проходят военные отряды враждебных племен. Беллари напомнил им, что зимой военные отряды не ходят. Они ответили, что зима еще не настала, а лучшее время для ловли бобров капканами – начало весны. Стоит ли собираться и отправляться туда прежде этого времени? Нет. Пойти туда – просто безумие; будем ставить там капканы, пока всех нас не убьют. Беллари предложил найти ещё двух или трёх трапперов, готовых пойти с нами.

Тут Три Бизона нетерпеливо воскликнул:

– Это не птичья голова[4]! Я пойду с вами!

При этом мы, мужчины, заулыбались, а женщины затряслись в восклицаниях. Выражение, которое произнес Три Бизона, в данном случае означало «Я не боюсь!»

Мы продолжили разговаривать. Три Бизона сказал, что может пригласить двух своих бесстрашных друзей, одного из них зовут Ахкайя (Одинокий Человек), другого – Икаскина (Короткий Рог), вместе с их семействами. Беллари сказал, что Джон Берд и Генри Уилсон, которые только что расположились в устье Шонкин, немного ниже форта Бентон, будут рады присоединиться к нам. Женщины стали громко протестовать, мы же решили отправиться в путь, как только станет достаточно светло, и с этим наши гости покинули нас.

Солнце едва появилось, когда Три Бизона остановился у нашего вигвама и сказал, что его друзья пойдут с нами. Мы торопливо поели и начали сборы, при этом нас сильно мешали посещения Большого Озера и других вождей, и все он уговаривали нас не ходить вниз по Медвежьей реке Другой Стороны, потому что эта местность кишит врагами. Было около одиннадцати часов, когда мы наконец выехали; женщины из нашей группы со слезами на глазах попрощались со своими родичами, говоря им, что едут туда с тяжелыми сердцами, предчувствуя свой скорый конец, и тени их скоро присоединятся в унылых Песчаных Холмах к тем пикуни, кто ушел туда раньше,.

Когда несколькими часами позже мы приблизились к форту Бентон, где должны были пополнить запасы на зиму и переночевать, Ричардс ушел в лагерь Берда и Уилсона, чтобы предложить им присоединиться к нашей экспедиции. Появившись в воротах форта, агент Доусон сердечно приветствовал нас и отдал в наше распоряжение большую гостевую комнату с очагом, избавив нас от необходимости ставить на ночь вигвамы. Мы разгрузили и расседлали своих вьючных лошадей, пустили их пастись и стали заниматься покупками; во время этого процесса женщины сразу повеселели, начав выбирать разные нужные им вещи и украшения, о которых так давно мечтали. Но, когда вечером они стали готовить нам ужин, лица их снова стали мрачными и глаза наполнились слезами, потому что женщины из форта собрались вокруг них и стали рассказывать им о том, какие опасности поджидают их, если они пойдут в эту полную врагов страну, повинуясь своим безумным мужчинам.

В сумерках пришел Ричардс с Бердом, Уилсоном и их семьями – они были готовы присоединиться к нам в нашем предприятии, хотя оно и выглядело рискованным. Раньше, тем летом, мы Картер, Ричардс, Беллари и я купили у Доусона многозарядные винтовки Генри, которые в тот год только появились в продаже, и теперь эти двое тоже хотели их приобрести, и пять сотен патронов, но купить их не могли, потому что кредита для них не было. В результате мы с Картером выдали им поручительство на триста долларов, и еще на столько же за два ружья и триста патронов для Ахкайи и Икаскина. Три Бизона оставил себе карабин Спенсера, так что все мы были хорошо вооружены.

Тем вечером агент Доусон пригласил меня