Яд на кончике острия: Экстремальные каникулы - Астрадени Джейн
«Светлячок!» — Догадалась Викуся.
— Хочешь?
— Угу… — она облизала сухие губы, язык словно в уксусе замачивали, а горло саднило.
Девушка со светлячком протянула ей флягу, и Вика жадно припала к горлышку. Вода живительным ручейком хлынула в рот — прохладная, вкусная, свежая….
— Хватит! — у Вики отобрали фляжку и погасили светлячок. — На вас не напасёшься…
«Тогда зачем предлагать?»
Девушка отползла от новенькой и откуда-то из темноты донеслось:
— Всё, спать ложись…
Как бы не так!
Заснуть в этом жутком месте?
Ещё чего!
Надо искать выход…
Вика обхватила себя руками и задумалась…
Ну хотя бы не мёрзнет…
А который уже час?
Она должна попасть в гостиницу до…
До чего?
До темноты.
Но и так темно…
Или?
И тотчас на неё обрушились воспоминания!
Она вспомнила всё!
И полёт на фальшивом дельта-баке, и веселье в той забегаловке, которую так и тянуло назвать кабаком… А Лоэнгррин почему-то упорно именовал ретритом… Или РНК-переводчик снова лажал…
Лоэнгррин!
Ноги ему оторвать, в уши вставить и люлю на черепушку надеть…
Вике почудилось, что она сейчас задохнётся — сердце заколотилось, на лбу выступила испарина, в боку закололо…
Девушка согнулась пополам, часто задышала, затем глубоко и снова поверхностно — диафрагмой.
Вдох-выдох, вдох-выдох.
Так учили на физподготовке в КВШ. Вот и пригодилось.
Полегчало…
«Фууууу-х!»
Она вскочила, упёрлась ладонями в наклонную шершавую стену, двинулась вдоль неё, придерживаясь ладонью… Обо что-то споткнулась, на кого-то наступила…
Кто-то взвыл, вцепился Викуле в ногу, она пошатнулась, потеряла равновесие и шмякнулась на чьё-то мягкое тело… Тело заверещало, стряхнуло Вику с себя и пространство огласилось визгом, воплями, проклятиями…
— Аааа!
— Кто?
— Что?
— А-а-ууу!
— Спасите-е-е!
— Что б вас!
— Тихо!
— Ррру-уу!
«Бабах!»
В темницу хлынул свет, разом ослепляя и оглушая грохотом и на миг воцарилась тишина…
Вика успела различить по углам скорченные фигурки, несколько кувшинов и что-то похожее на саркофаг…
А потом кто-то вцепился ей в руку, будто клешнями и потащил к выходу. Викуся вырывалась, орала, пиналась, но её выволокли и бросили на песок… Она тут же умудрилась зачерпнуть его ртом, села, отплёвываясь, откашливаясь, но её толкнули, и она упала навзничь, а над ней опрокинулось радужное небо Туэресса… Подкрашенное зарницами.
Первые лучи Радоша только-только начали своё путешествие от горизонта до столицы… И воздух ещё не прогрелся настолько, чтобы окутать и уморить зноем после ночной прохлады…
— Шшшш! — послышалось недовольное шипение. — Точщщщно та самая, ты не ошшшибся?
— Она-она, — раздалось в ответ угодливое. — Господин велел привести свеженькую на осмотр, а эта — последняя…
Вику подкинуло, и она уселась, плюясь и протирая глаза.
Две замотанные в накидки фигуры разговаривали, стоя против восходящего солнца и выглядели как тёмные силуэты в развевающихся от ветра лохмотьях…
Девушка приставила ладонь ко лбу козырьком и огляделась… Кругом возвышались полуразрушенные башни… Какие-то развалины…
И пирамиды…
Пирамиды?
Из одной такой, похоже, Вику и выволокли, судя по длинному следу на песке… Из чёрного отверстия, зияющего треугольной пастью, вырывались крики и плач.
— Ссступай, — засвистел тот, что повыше, — заткни оссстальных… Ты зссснаешшшь как.
Низенький чуть-чуть замешкался, переступая с ноги на ногу, но второй подстегнул его в спину шипящим окриком:
— Жшшивее! Шшш! Змейссс ждать не будет!
Низенький запнулся, чуть не зарылся носом в песок, но раскинув руки удержался на ногах, выхватил из-за пояса хлыст, взмахнул им и нырнул в нутро пирамиды… Оттуда зазвучали новые вопли, многократно усиленные, душераздирающие, вперемешку со свистом.
Вика смотрела на это безумными глазами и… Сверху её внезапно накрыло тенью. Девушка вздрогнула…
— Вссставай, крассависсса! — над ней широко расставив ноги возвышался очередной замотанный…
Кто? Бандит? Похититель?
В маске… Лица не разглядеть.
— Вы кто? — разозлилась Вика. — Что происходит? Что я тут делаю?
— Шшшссс, без-ссс вопросов… — он наклонился к ней и в прорезях маски сверкнули красными капельками глаза.
Ещё один нассарим?
— Пойдём, торописссь… Змею нушшшна жшшшемчушшина…
— Какому ещё змею? — насупилась девушка, втихаря набирая полные горсти песка.
— Фссс… Властелину пуссстыни! — негодяй воздел длани к небу. — Повелитель дюн и барханов…
«Бах! Дыщ! Ссссссссссс!» — из отверстия в пирамиде на всех парах, взметая тучи песка вынесся низкорослый надсмотрщик, а за ним размахивая хлыстом и расшвыривая черепки от разбитых кувшинов мчалась разъярённая толпа разномастных женщин…
Вырвавшись на волю, они всей толпой погнали его к развалинам…
Высокий кинулся было за ними, задёргался из стороны в сторону, и снова навис над Викой, протянул к неё чешуйчатую лапу и в лицо ему полетели тучи песка… Зашипел, затряс башкой, а Викуся вскочила, отряхивая ладони и ринулась прочь…
Она старалась убежать как можно дальше, неважно куда, лишь бы подальше, когда её настиг пронзительный свист, обрушился сверху, она резко развернулась и оцепенела… С вершины пирамидальной башни на неё нацелилась гигантская змеиная голова, шевеля раздвоенным языком и мерцая вертикальными зрачками…
Огромная змеюка — натуральная гипертрофированная кобра обвилась вокруг макушки пёстрым кольцом с золотыми, зелёными и чёрными узорами, и раскачивалась туда-сюда мощным корпусом, готовясь к прыжку…
Поблизости завихрилась песчаная буря, взметая ураганы песка — оттуда вылетел фланоцикл и устремился кобре наперерез…
Заламин ловко запрыгнул на холку-капюшон и вонзил ей жало промеж очков… Змеища обмякла, раскрутилась, с громким шорохом скатилась вниз и замерла на песке неподвижной тушей…
Дэасс подбежал к остолбеневшей от ужаса девушке, обнял её и долго-долго не отпускал.
* * *
Развалины стремительно заполнились инспекторами на фланоциклах и медицинскими фланокерами…
Радош поднялся высоко над горизонтом, нагревая воздух и понемногу стало припекать…
Вика устроилась на расстеленном серебристом покрывале, привалившись спиной к пирамиде и наблюдала, как четверо заклинателей утягивают змею за хвост в специальный передвижной террариум…
— Как ты, Мари-лали? — к ней подошёл Дэасс, он тут всеми руководил, и принёс ей из ближайшего оазиса свежайшей родниковой воды.
— Нормально, — кивнула Вика и с наслаждением отпила глоток прохладной живительной влаги из ковшика. — Я и не знала, что у вас тут такое водится, — она указала на несчастную кобру…
Жаль её, по правде говоря.
Животное не виновато, что некоторые наггевары гады…
Конченные!
— Редкий исчезающий вид, — вздохнул заламин, присаживаясь рядом.
Повсюду суетились медики, пострадавших девушек обтирали мокрыми полотенцами, усаживали во фланокеры, а неподалёку Лоэнгррин обнимал и утешал
