когда-нибудь нам памятник пора установить на сетуни допустим как церетели древнего петра семи морей над их ростральным устьем
из пахнущей сапожным дегтем тьмы четырехкратным непреложным солнцем должны потомству воссиять и мы три мушкетера с пристяжным гасконцем
в порядке полубреда справа я гандлевский в центре с ношей стеклотары кенжеев на пути в полутатары бог синтаксиса слава словаря
и надо всем священный реет прах в застолье муз наш депутат из ранних сопровский первый вечности избранник у матери-отчизны на руках
Палимпсест
однажды мир который был исчез в сети координат в ее деленьях от силы оставался как бы лес но без животных неба и деревьев
не соловьи совсем или цветы в том прежнем ради запаха и пенья но он исчез и в нем исчезла ты ты в нем жила для нужд исчезновенья
и я в воображаемом лесу пока навеки не иссякла сила стал богом и решил что всех спасу по памяти все воссоздам как было
есть время правды и мое пришло на результат гляжу едва не плача как все печально вышло и смешно лишь соловьи или цветы удача
в повторном мире пасмурнее днем и тягостней чем ночью было в старом а что до неба лучше мы о нем и разговора затевать не станем
нет выхода иначе как терпя существовать и смерть копить по крошкам а то что в этом мире нет тебя быть может знак что не было и в прошлом
в толпе задетый невзначай плечом теперь от встречных отвожу глаза я они поймут кого винить и в чем когда весь мир померкнет исчезая
«подросток которым я рос оказался не мной…»
подросток которым я рос оказался не мной в обличии чьем я ступил на волокна каната его траектория с общей свернула когда-то в ночную из смежных вселенных а я из дневной
мы оба другу другу наружный мороз по стеклу в ту зиму прозрел и родным написал из сибири про след ампутации в месте где раньше любили и юности к взрослому остову не пристегну
сорвавшийся в бездну он рос получается зря но слишком успешны в тропических сумерках прятки не оба же мы уроженцы одной свиноматки лесов и просторов где вольно так дышит ноздря
еще под вопросом который природе урод дороже притворный призер или выбывший честно в архив под канатом ночная судьба неизвестна науке чью смерть одолжили чужой не умрет