Борьба за Арктику и Северный морской путь - Александр Борисович Широкорад
Экспедиция делилась на отряды, которые должны были одновременно начать исследование и опись всего побережья Северного Ледовитого океана: от Архангельска до рек Оби и Лены и Камчатке, от Охотского моря и амурского берега до Японии. Беринг и Чириков на двух судах должны были идти с Камчатки для поисков берегов Америки и окончательно решить вопрос о проливе. Шпанберг с тремя судами отправлялся в Японию для исследования Курильских и Японских островов и завязывания отношений с этой страной. Братья Лаптевы и другие офицеры на трех дубель-шлюпках производили опись северного побережья между устьями рек Оби и Лены. Кроме того, одно или два судна должны были производить опись берега от Архангельска до Оби.
К целям научным прибавлялась и цель государственная — распространить владычество России на вновь открытые земли и острова. Все инструкции по этому поводу предписывали составу экспедиции самое ласковое обращение с народами и племенами, поступающими в подданство России.
Указ об отправлении экспедиции был подписан Анной Иоанновной 17 апреля 1732 г. «И по поданным от него пунктам и предложениям, — говорится в этом указе, — о строении тамо судов и прочих дел, к государственной пользе и умножению нашего интереса, и к тому делу надлежащих служителей и материалов, откуда что подлежит отправить, рассмотря, определение учинить в Сенате».
Экспедиция должна была провести все исследования в течение 10 лет — с 1733 по 1743 г.
Чтобы облегчить, насколько возможно, работу экспедиции в диких незаселённых областях, местным сибирским властям приказано было оказывать начальникам отрядов всяческое содействие. Предписано было соорудить по всему северному берегу маяки и зажигать их во всё время плавания; в устьях рек выстроить склады из сплавного леса и снабдить их провиантом. На сибирские власти возлагалась также обязанность, — предупредив иностранцев о готовящейся экспедиции, требовать от них содействия натурой и рабочей силой. Для предварительной засъемки берегов проектировалась также посылка отряда геодезистов. Экспедиция, конечно, не в состоянии была забрать всего снаряжения и припасов непосредственно из Петербурга, очень многое она должна была приобрести на своем пути в Нижнем, Казани и Тобольске.
Отправление экспедиции в путь началось в феврале 1733 г. Продолжительность её была рассчитана на шесть лет. Весь начальствующий состав и многие нижние чины двинулись в дальний путь в сопровождении семей, жён и детей. Многие ехали навсегда. Всего отправилось 546 человек.
Длинен и разнообразен состав участников экспедиции, в неё входили: морские офицеры (начальники отдельных партий), штурманы и подштурманы, штурманские ученики, гардемарины, комиссары, шкиперы, подшкиперы, боцманы и боцманматы, квартирмейстеры, ботовые и шлюпочные мастера, трубачи, барабанщики, канониры, матросы, конопатчики, парусники, плотники, купоры, солдаты и капралы, сержанты, лекари и подлекари, профессора и академики, адъюнкт, студенты, инструментальный мастер, живописцы, рисовальщики, переводчики, геодезисты с учениками, пробирных дел мастер и, наконец, рудознатцы, как называли в то время специалистов горного дела. Из этого списка мы убеждаемся в основательности экспедиции и многочисленности возложенных на нее задач.
Уильям Брэдфорд. Сцена в Арктике. Около 1880 г.
Программа отбытия партий, отправляемых частями, была детально разработана.
Исследования Тихого океана выходят за рамки работы, и я ограничусь рассказом об арктических походах.
Первый отряд Великой Северной экспедиции — Обский — вернее было бы назвать Карским, так как район его действия составляло почти исключительно Карское море. Что же касается описи берегов от Архангельска и до входа в Карское море — Югорского Шара, то в этом почти не было необходимости, поскольку к тому времени этот путь в океан был уже достаточно исследован.
Для плавания из особо прочных материалов построили специальные суда — «Экспедицион» и «Обь», каждое длиной 54 фута (16,5 м) и шириной 21 фут (6,4 м).
Для нужд экспедиции в Пустозёрске было заготовлено стадо оленей, а в Обдорске устроен продовольственный склад.
10 июля 1734 г. суда под командой начальников экспедиции лейтенантов Муравьева и Павлова отбыли от Архангельска. Всего в этой экспедиции участвовало 51 человек, среди них: подштурманы Руднев и Андреев, рудознатцы Одинцов и Вейдель, иеромонах и два подлекаря.
Миновав пролив Югорский Шар, путешественники обнаружили, что Карское море совершенно свободно ото льда, «чему кормщики и бывалые люди весьма удивлялись, — замечает по этому поводу Муравьев, — ибо они от тех льдов всегда имеют нужду и пропадают много».
За время стоянки у острова Вайгач приступили к работе по описи берегов острова и поставили на материковом берегу несколько знаков. Плывя дальше, благополучно добрались до полуострова Ямала, где и остановились в Мутном заливе. Здесь набрали воды, плавника и, решив обогнуть полуостров, двинулись севернее. Но неожиданно ветры и полная неизвестность, как далеко отсюда Обь, а также позднее время года заставили моряков плыть обратно.
Подходящих мест для зимовки не было найдено вплоть до самой Печоры, куда моряки благополучно прибыли 4 сентября. Расположились на зимовку у деревни Тельвицы, причём команда была отправлена в Пустозерск. Неприятным сюрпризом для моряков было полное отсутствие по берегам Карского моря маяков и опознавательных знаков, предусмотренных сенатской инструкцией; «видимо было и некому и не из чего строить». Все это надо было соорудить самим в следующую же навигацию.
Зимовка проходила в приготовлениях к новой навигации. Для укомплектования судового состава экспедиции из Петербурга прибыли геодезисты Сомов и Селифантов.
Но и следующий год не принес морякам удачи. Карское море оказалось на этот раз сплошь заполненным льдами; пришлось немедленно вернуться в Югорский Шар, «и так были в том Шаре ото льдов утеснены, что принуждены стоять на мелях и день и ночь разными способами от оных отбиваться, и едва могли спастися…» В итоге в конце сентября суда, сделав съемку Вайгача, вернулись на зимовку туда же — в устье Печоры.
Поход закончился ссорой всех участников. Муравьёв поссорился не только с Павловым, но и со всеми своими подчинёнными. На поведение обоих лейтенантов, пьянствовавших и облагавших незаконными поборами, указывали также и местные жители в своих жалобах в Петербург. Указом Адмиралтейств-коллегий от 28 февраля 1736 г. оба злополучных начальника «за многие непорядочные, леностные и глупые поступки» были отозваны в Петербург, где преданы суду и разжалованы в матросы.
Так закончился первый этап Карско-Обской экспедиции.
Новым начальником экспедиции был назначен лейтенант Степан Григорьевич Малыгин. В помощь ему были даны ещё два судна, которые спешно заканчивались постройкой в Архангельске, — боты «Первый» и «Второй».
Желая наверстать время, бесплодно затраченное Муравьёвым и Павловым, Малыгина сильно торопили, предписывая ему отправиться в поход в то же лето 1736 г. Но всё же, учитывая возможные трудности, оговорили в инструкции:
