Бывший - все сложно - Ольга Тимофеева
Пять минут едем по лесной дороге. Скорость сорок километров в час, но из-за того, что ветер в лицо, солнце в глаза, вокруг ветки, кажется, что сотню едем.
Тормозим у берега озера.
– Мы тут к воде спускались, – спрыгиваю на землю и всматриваясь в берег. Ищу темный ремешок с небольшими спортивными часами.
– Тут не видно.
– Мы ближе к воде спускались. Идем?
Спуск тут конечно такой себе.
Становлюсь боком и делаю шаг вниз.
– Осторожно, берег скользкий, – говорит Никита и спускается рядом.
– Я не на каблуках, справлюсь, – бурчу, делаю еще шаг и "фьють". Глина уходит из-под ног.
На автомате хватаюсь за Самсонова, но он тоже скользит и мы вместе – "чпок!". На попу, и скользим вниз.
Тут не высоко, но все равно держусь в надежде, что он сможет это остановить.
С брызгами грязи въезжаем в прохладную воду.
И только тут тормозим.
– Ты это подстроил, да? – отпускаю его и поднимаюсь первой.
– Конечно. Я с земным притяжением в сговоре, – улыбается и протягивает мне руку, чтобы я помогла ему встать.
Я, добрая душа, протягиваю руку, а он вместо того, чтобы встать, тянет на себя и я, не удержавшись, опять падаю. Только теперь на него.
Ладонями успеваю упереться в грудь, притормозить, Но не успеваю среагировать, когда он поднимается и врезается мне в губы. Мягко, тепло, точно в цель.
От него пахнет дымом и лесом.
– Я не разрешала, – отстраняюсь и сжимаю губы.
Они уже и рады, раскрылись. Давно не целовались. Вообще из всех органов еще мозг только здраво рассуждает, остальные – на инстинктах будто.
– Я просто не успел спросить, – ухмыляется Самсонов и поднимается.
– Ты не хотел спрашивать.
– Будем считать, что это твой личный подарок мне на день рождения.
– Где вы тут останавливались и где он мог часы потерять?
– Мы спускались чуть-чуть дальше.
– Ааа… зачем ты тогда меня сюда повел?
– Ты сама сюда пошла.
– И вот после этого ты хочешь, чтобы я тебе доверяла?
– Я хочу, чтобы ты расслабилась и улыбалась. Весело же.
– Куда, показывай!
– Есть командир!
Пробираюсь за ним сквозь траву, за его протянутую руку не держусь. Когда переходим на пляж, то конечно на берегу возле камней замечаю часы.
– Вон они.
– Когда успел…
– Он мог… – поднимаю часы и убираю в карман, – успеть все. Поехали.
– Кир, спасибо, что приехала с Борей. И за шанс быть рядом… хоть так.
– Надеюсь, вы это не специально сделали.
– Мы? Специально? Придумали бы уж что-то посложнее и подлительнее.
– Нам надо ехать, нас ждут.
Едем назад, вроде дорога та же, но Самсонов ведет как-то не так. Не быстро, но меня болтает из стороны в сторону так, что в какой-то момент, чтобы не упасть, хватаюсь за его куртку, так и держаться лучше и свалиться не страшно.
Под нами урчит мотор, как и у меня в груди урчит еще что-то непрошеное.
Глава 44. Пожар
Возвращаемся ко всем, я замечаю еще одну машину.
Глазами уже вожу по всем, ищу кто к нам присоседился.
Не Яна же эта приехала…
Замечаю мальчика чуть старше Борьки. Ищу чей это ребенок-то? Если у него еще один ребенок есть, то… но замечаю Рената.
Ищу глазами маму, но ее нет.
Никита слазит первым. Подает мне руку.
– А это чей ребенок?
– Где?
– Вон, с Борей.
– Ааа, это Матвей, сын Рената.
У него есть сын?! Первый раз слышу. Хотя я вообще о нем мало знаю.
– Ну что, нашли? – подбегает Борька.
– Нашли.
Достаю часы из кармана и присаживаюсь напротив сына.
– Ты же не специально там их оставил? – смотрю в глаза.
Тот на Никиту и назад на меня.
– Нет, мамочка.
– Узнаю, что обманываешь, очень расстроюсь.
Боря открывает рот, как будто хочет что-то сказать.
– Ух ты, – проносится мимо Матвей, – я тоже хочу на таком покататься.
– Привет, Ник, поздравляю, – следом подходит Ренат, поздравляет.
– Спасибо, ну может перекусим, потом еще прокатимся. У нас до вечера арендовано.
– Привет, – здороваюсь, – не знала, что у тебя сын.
– У всех есть и мне надо, – смеется.
– А у Никиты нет, – вздыхает Боря и смотрит на меня.
– Я переоденусь, сейчас вернусь.
Надо бы что-то объяснить, но я сбегаю. Надо Боре рассказать, конечно, а то сама учу, что врать плохо, и вру.
Ухожу в подсобку, которую переоборудовали под гардеробную. Тут сразу стиралка, чтобы отмывать комбезы, влажные салфетки. Душа только не хватает.
Закрываю дверь, раздеваюсь до белья. Несмотря на то, что упали в воду, до белья вода не добралась. Протираю салфетками грязь на лице.
Снимаю с вешалки свое платье.
За спиной скрип двери.
– Ой, – быстро разворачиваюсь и прикрываюсь. – Самсонов, тебя стучать не учили?
– Так тут общая… раздевалка, – тянет замок комбинезона от шеи до талии. Стягивает рукава.
Как показывается резинка его боксеров, отворачиваюсь.
Ну уж нет. Снимаю с вешалки платье и быстро натягиваю.
Он вот не смущается, рассматривает меня сзади. Я еще вырядилась. Надо было панталоны натянуть, а не стринги белые, чтобы не просвечивало белье.
Быстро обтягиваю платье.
Он в сторону откидывает комбез.
Завожу руку за спину, чтобы нащупать молнию и тяну вверх. Она, сучка, подло заедает.
– Давай, помогу, – касается моих пальцев.
Тут же убираю их, выпрямляюсь и замираю.
Самсонов убирает бережно мои волосы, перекидывает через плечо. Заправляет там что-то на ткани. Шершавыми пальцами ведет вверх по позвонкам, захлопывая молнию.
– Тебе очень идет белый цвет, – шепчет, улыбаясь, мне на ухо.
Я на автомате оборачиваюсь. Он без футболки за мной стоит. Ниже и не смотрю.
– Я на улицу, – хватаю кеды и почти выбегаю оттуда.
Мою ноги из шланга, обуваюсь и вливаюсь в движуху.
Девчонки на меня только взгляды вопросительные бросают, но при мужчинах не спрашивают.
Наконец садимся за стол.
Никита поднимается, стандартно благодарит всех за то, что собрались.
Я максимально хочу его игнорировать, лучше чтобы вообще меня тут не было заметно.
Ухожу, чтобы принести еще хлеб и сок.
– В общем, я хочу сегодня не за себя, а
