Как выработать уверенность в себе и влиять на людей, выступая публично. Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей. Как перестать беспокоиться и начать жить - Дейл Карнеги
Меня тщательно подготовили, я прошел необходимое обучение: умел презентовать продукцию и знал, как работать с возражениями клиентов, чтобы склонить их к покупке; перед посещением потенциального покупателя я узнавал его профессиональный рейтинг, область практики, политические взгляды и чем он любит заниматься в свободное время; во время беседы искусно применял всю эту информацию. Но дело упорно не шло. Никак не получалось превратить потенциальных покупателей в реальных!
Я начал опускать руки. Дни и недели шли, я удваивал и даже утраивал усилия, но никак не мог заключить достаточно сделок, чтобы покрыть собственные расходы. Во мне появился страх. Я стал бояться встречи с людьми. Перед тем как постучаться в дверь потенциального клиента, я испытывал такой ужас, что я ходил взад и вперед по коридору или вообще выходил из здания и бродил вокруг квартала. Потом, потеряв достаточно ценного времени, собрав волю в кулак, представляя, как вышибу дверь ногой, я трясущейся рукой поворачивал дверную ручку конторы, тайно надеясь, что клиента не окажется на месте.
Начальник отдела продаж грозился не продвигать меня по службе, если я не начну приносить больше заказов. Жена, оставшаяся дома, молила выслать ей денег, чтобы купить продукты для себя и наших троих детей. Беспокойство овладело мной. С каждым днем отчаяние становилось все сильнее. Что же делать? Я уже говорил, что закрыл свою практику и остался без клиентов. А теперь денег не хватило даже на оплату гостиницы, в которой я остановился. На дорогу домой тоже не хватало – да и вернуться побежденным мужества не хватало, даже если бы у меня и был билет. После очередного ужасного дня я плелся в свой номер, как мне казалось, в последний раз. Я потерпел полный крах. Я был разочарован, подавлен и разбит. Не знал, что делать, куда бежать, было все равно, жить или умереть – да я жалел, что вообще на свет появился. На ужин у меня был лишь стакан горячего молока, но и на него я с трудом наскреб мелочи. Той ночью я понял, почему, отчаявшись, некоторые люди выпрыгивают из окна гостиницы. Наберись я смелости, последовал бы их примеру. Задумался о смысле жизни, но, как ни старался, не мог его нащупать.
Поговорить об этом было не с кем, поэтому я обратился к Богу. Начал молиться. Просил Всевышнего осветить мой путь, благословить знанием и помочь выбраться из дремучего леса отчаяния, в глуши которого я бродил. Умолял Бога помочь мне заключить заказы на книги, чтобы заработать деньги и накормить мою жену и детей. Помолившись, я поднял глаза и на тумбочке увидел томик Гедеоновской Библии[142]. Открыл его и прочитал божественные, бессмертные обещания Иисуса, которые, должно быть, вдохновляли бесчисленное множество одиноких, несчастных, растоптанных и поверженных людей во все времена: в тех строках Иисус учил своих последователей, как жить без беспокойства:
Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи и тело – одежды? Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их? Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам.
Я молился и читал эти слова, и случилось чудо: напряжение пропало, а тревоги, страхи и беспокойства превратились в согревающее сердце мужество, надежду и веру.
Я был счастлив, даже несмотря на то, что не мог оплатить счет за гостиницу. Лег в кровать и спал так сладко и спокойно, как не спал уже много лет.
Утром я с нетерпением ждал, когда откроются конторы потенциальных покупателей. Тем замечательным, холодным и дождливым утром я бодро подошел к двери первого клиента. Уверенной рукой взялся за дверную ручку. Бодрой походкой, с гордо поднятой головой, вежливой улыбкой прямиком направился к нужному человеку – мой вид говорил о бодрости духа и уверенности в себе. Я вежливо сказал: „Доброе утро, мистер Смит! Я Джон Р. Энтони, представитель All American“.
„О, да-да, – ответил он, вставая и протягивая мне руку. На его лице тоже заиграла улыбка, – рад встрече. Садитесь!“
Тем днем я заработал больше, чем за несколько недель. Вечером я вернулся в гостиницу как герой-победитель! Я будто заново родился. Да я и был новым человеком, потому что у меня появился новый взгляд на жизнь: я понял, что мне по плечу любые трудности. И никакого горячего молока на ужин. Ну уж нет! Я насладился стейком с гарниром. После того судьбоносного дня мои продажи взлетели.
Я переродился той ночью в маленьком отеле в Амарилло, штат Техас. На следующий день внешние обстоятельства не изменились: окружающий мир был тем же самым, что и в предыдущие дни, но огромный сдвиг произошел внутри меня. Внезапно я осознал свои отношения с Богом. Одинокий человек легко сломается под достаточным давлением невзгод, но человек, освещенный и вдохновленный силой Господа, непобедим. Я знаю, ведь испытал это сам.
Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам».
Когда миссис Л. Дж. Биирд из города Хайленд, что в штате Иллинойс, столкнулась с трагедией, она вдруг обнаружила, что можно обрести успокоение, встав на колени и сказав: «Господи, да будет воля твоя».
«Однажды зазвонил телефон, – пишет она в письме, которое прямо сейчас лежит передо мной, – только после четырнадцатого звонка я набралась мужества и сняла трубку. Я знала, что, скорее всего, звонят из больницы, и боялась, что наш малыш умирает. Он болел менингитом. Ему дали пенициллин, но после этого его температура начала то повышаться, то понижаться, и доктор боялся, что болезнь добралась до мозга и впоследствии у него разовьется опухоль, от которой малыш умрет. Поэтому я с таким ужасом ждала телефонного звонка. Звонили действительно из больницы: доктор просил, чтобы мы немедленно приехали.
Можете представить, через какие мучения прошли мы с мужем, пока сидели в приемном покое вместе с другими родителями: они ожидали приема вместе со своими детьми, мы же сидели одни и только гадали, подержим ли когда-нибудь вновь нашего мальчика на руках. Когда нас наконец вызвали в кабинет, на лице доктора было такое выражение, что наши сердца наполнились ужасом. От его слов стало
