Сталкер - Кира Сорока
Я: Мы расстались.
Ева: Ничего себе! А вы встречались?
Я: Вроде того. А теперь всё.
Ева: По чьей инициативе расстались?
Я: По обоюдной.
Ева: Не надейся, что всё так просто закончится. Такие, как Макс, не сдаются. Мы с Дамиром расставались раз сто.
А следом прилетают смеющиеся смайлики.
Выключаю экран, с трудом погасив в себе желание собраться и поехать в клуб. Убираю телефон под подушку. Меня даже ненадолго выключает...
Просыпаюсь от дикой жажды. Потому что снился Макс и его «взрослые» поцелуи... Выбравшись из постели, покидаю комнату. В коридоре темно. Дверь родительской спальни плотно закрыта.
На лестнице слышатся звуки шагов. Спускаюсь вниз и вижу, как мама заходит в кабинет отчима. Похоже, пошла мириться. На цыпочках прохожу мимо кабинета. На кухне выпиваю стакан воды и отправляюсь обратно к себе. Но по пути невольно останавливаюсь и прислушиваюсь к голосам, раздающимся из кабинета.
— Ты обещала мне, Жанна, — устало говорит Владимир Андреевич. — Обещала, что будешь к нему терпимее. Он же мой сын! — произносит с болезненным надрывом.
Мама какое-то время молчит. Слышу, как щёлкает зажигалка. По ногам проходит порыв холодного воздуха. Видимо, отчим открыл окно, чтобы покурить.
— Я разговаривала с Элей, — наконец произносит мама таким же усталым голосом. — Она аккуратно намекнула мне о неоднозначных отношениях наших детей.
Щёки вспыхивают. Спасибо Вам, Эльвира Эдуардовна! Блин...
— Допустим, они друг другу понравились. И что? — подаёт голос отчим.
— А то! — возмущённо восклицает мама. И тут же с отчаянием шепчет: — Прости, Вова, прости... Не хочу на тебе срываться. Просто Поля так похожа на меня в этом возрасте!..
— Но она не ты, — отрезает отчим. — А мой сын — не... Как там его?
— Неважно, как его звали. Важно, что он вскружил мне голову в семнадцать, а потом бросил. Ты же знаешь, что мне пришлось пережить.
— Ты не воспитывала ребёнка одна и не побиралась. Ты в полном порядке, Жанна. Ты со всем справилась и стала прекрасной женщиной с закалённым характером. Немного вредной, правда, — добавляет игривым тоном Владимир Андреевич.
— Ах, вредной?! — мама тоже флиртует с ним.
А потом слышатся звуки поцелуев и приглушённые стоны...
Надо бы уйти. Но я не могу сдвинуться с места, огорошенная услышанным.
У мамы был какой-то другой мужчина до отца? Или я что-то не поняла?
Из ступора меня выводит рваный вздох за спиной. Резко разворачиваюсь. В тёмной гостиной у стены кто-то стоит. Видимо, поняв, что я его заметила, этот кто-то выходит из тени, и на него падает свет уличного фонаря.
Макс.
Давно он здесь? Тоже всё слышал?
Мои губы невольно дрожат.
— Пойдём.
Максим берёт меня за руку и тянет за собой наверх. Не останавливаясь возле моей комнаты, заводит в свою. Берёт на руки, укладывает на свой матрас, ложится рядом. Всё делает так быстро, что я не успеваю даже возразить, находясь в какой-то прострации.
Прижимает меня к себе и гладит по волосам.
Почему он... утешает меня?
Да, именно так это выглядит — как утешение.
Не понимаю...
Позволяю себе немного поплавать в этом дурмане. Его бережные руки, крепкие объятья, нежный поцелуй в висок...
У нас всё нормально. Не было никакой ссоры, и мы не расстались. И моя мама не сказала только что о том, что мой покойный отец на самом деле не был мне родным отцом.
Так... Дурман рассеивается. Я резко сажусь. Максим тоже садится и внимательно смотрит на меня.
Губы вновь начинают дрожать. Пытаюсь выдавить из себя что-то членораздельное и не слишком жалкое.
— Я... Наверное, я что-то не так поняла.
Да? ДА?! Скажи «да», пожалуйста!
Но Максим качает головой, и слова его безжалостны.
— Всё логично, принцесса. Некто, похожий на меня, разбил ей сердце и бросил. И она родила тебя одна. Или ей пришлось обмануть твоего отца... Немудрено, что она меня ненавидит.
Режет без ножа...
Я вскакиваю.
— Всё! — выставляю руки перед собой. — Ничего не хочу слышать!
Максим тоже поднимается на ноги.
— Но я не тот, кем она меня считает. Да какая, к чёрту, разница, кто ей там сердце разбил?! — психует он, пиная матрас. — Есть ты и есть я! Все остальные пусть идут нахер со своим багажом и личным опытом!
Часто моргая, пытаюсь избавиться от слёз в глазах.
— Ты просто эгоист! — тычу в него пальцем. — Дело сейчас не в нас! А в том, что мне лгали всю жизнь!
— Тут ты права, — сразу сдаётся Максим и притягивает меня к себе. — Прости... Не хотел повышать голос.
Вновь укладывает на матрас и шепчет:
— Я знаю, что ты чувствуешь себя очень паршиво, принцесса. Вообще-то, я не наделён эмпатией, но твою боль чувствую. И хочу избавить тебя от неё. Что мне сделать?
Слёзы вновь жгут глаза. Если он будет меня жалеть, я разрыдаюсь в голос. Не знаю, почему... Вроде бы уже взрослая и вполне могу пережить эту информацию. Отец мой давно умер. Да и какая разница, биологический он был или нет? Главное, что он любил меня, а я его.
Но мне всё равно паршиво. В частности оттого, что моя мать оказалась лгуньей. Пытается уберечь меня от ошибок, которые совершила когда-то сама! Я уверена, что так это не работает.
Максим поглаживает меня по щеке. Я лежу на спине, а он на боку. Его внимательный взгляд обжигает мою скулу.
— Просто обними меня, и всё, — шепчу я, сдерживая предательские слёзы.
Обнимает. Вжимается лицом в мои волосы и глубоко вдыхает.
— Поспи, принцесса.
Закутывает нас одеялом.
Послушно закрываю глаза. Вряд ли я усну. Но и разговаривать не хочется. В объятьях Макса мне просто спокойно.
Глава 32
Макс
Мне кажется, я держу её в своих руках всю ночь. Даже моё подсознание понимает, что Поля может убежать, и даёт команду рукам быть начеку.
Поля не убегает.
Просыпаемся мы почти одновременно. Я на несколько минут раньше, что позволяет мне просто полюбоваться на неё немного. Такую хрупкую и красивую во сне, что в груди болезненно жжётся.
Что со мной будет, если я её потеряю?
Влюбиться в восемнадцать раз и навсегда... Это показалось бы мне бредом ещё пару месяцев назад. А теперь я в этом бреду функционирую. Я по уши влюблён в эту девушку и не представляю своей жизни без неё.
Осторожно утыкаюсь носом в густые волосы и дышу, дышу, дышу... От её аромата быстро хмелею и не могу сдержать пьяную улыбку.
Полина открывает глаза. Проснулась... Напряжённо смотрит на меня, медленно
