» » » » Сергей Глезеров - Исторические районы Петербурга от А до Я

Сергей Глезеров - Исторические районы Петербурга от А до Я

На нашем литературном портале можно бесплатно читать книгу Сергей Глезеров - Исторические районы Петербурга от А до Я, Сергей Глезеров . Жанр: Гиды, путеводители. Онлайн библиотека дает возможность прочитать весь текст и даже без регистрации и СМС подтверждения на нашем литературном портале bookplaneta.ru.
Сергей Глезеров - Исторические районы Петербурга от А до Я
Название: Исторические районы Петербурга от А до Я
ISBN: -
Год: -
Дата добавления: 8 август 2019
Количество просмотров: 319
Читать онлайн

Исторические районы Петербурга от А до Я читать книгу онлайн

Исторические районы Петербурга от А до Я - читать бесплатно онлайн , автор Сергей Глезеров
На страницах книги вы найдете популярные очерки об исторических районах старого Петербурга, о предместьях, вошедших в городскую черту, и районах, ставших новостройками совсем недавно, ведь автор твердо уверен: историческое наследие Петербурга – это не только центр.Вы познакомитесь с обликом и достопримечательностями тех районов города, где местные жители и гости столицы бывают очень редко, а может, и вовсе никогда туда не заглядывают. Сергей Глезеров расскажет о них через призму своего отношения к ним. Обо всех от А до Я, от Авиагородка до Яблоновки. Книга прекрасно иллюстрирована и будет интересна краеведам, историкам и всем любителям Санкт-Петербурга.
Перейти на страницу:

Особый мир представляли собой поселения немецких колонистов. Их было немало в окрестностях Петербурга. Как известно, немецкие колонисты появились в России в эпоху царствования Екатерины Великой, которая в начале 1760-х гг., для улучшения ведения сельского хозяйства, пригласила своими манифестами иностранцев различных сословий селиться в России. Откликнулись на призыв просвещенной государыни главным образом германские подданные. Прибывающие немцы стали образовывать свои поселения – колонии, а звать их стали колонистами. Постепенно им становилось тесно в рамках своих поселений, они арендовали новые земли и образовывали новые колонии.

Немецкие поселения были особым миром – замкнутым и обособленным. Внешний их облик хранил некоторые черты Германии и резко отличался от русского окружения: широкие улицы, обсаженные деревьями в два ряда, сады, иногда кусты роз в цветнике. Колонисты вели замкнутый образ жизни, свято хранили свои национальные и религиозные традиции, поэтому их поселения были своеобразными немецкими уголками на российской земле. Между собой колонисты говорили по-немецки, женились и выходили замуж только за немцев из других колоний. Но в отношениях колонистов с жителями близлежащих мест никогда не было межнациональных конфликтов.

Среди предместий Петербурга заметное место занимали дачные поселки горожан, ставшие возникать с конца XIX в. на землях, отдававшихся внаем. Сперва в них жили только летом, но когда вскоре жизнь в столице стала дорожать, горожане стали переселяться сюда и на зиму.

Несмотря на разнородность питерских предместий, они становились своеобразным мостом между столицей и Россией, ибо совсем рядом с «блистательным Санкт-Петербургом» люди жили старинными, патриархальными традициями. «Я проехал как-то вверх по Неве на пароходе и убедился, что… окраины – очень грандиозные и русские», – заметил как-то Александр Блок, подчеркивая национальные черты в столь нерусском, казалось бы, Петербурге.

Александра Блока можно назвать одним из тех петербургских поэтов, кто воспевал именно красоту и очарование непарадного, окраинного, а порой и вовсе захолустного Петербурга. Действительно, поэт был великим любителем прогулок по городу и ближним окрестностям. Точнее, не прогулок, а странствий и скитаний. Его дневники, записные книжки и письма к родным пестрели упоминаниями о частых и длительных прогулках. В них – особый облик Петербурга. Образ не фешенебельной изысканной столицы, а города бедных, пустынных, но очень милых сердцу окраин.

Вот лишь несколько характерных записей поэта, датированных началом 1910-х гг. «Гулял – Гаванское поле, вдали на фоне не то залива, не то тумана – петербургская pineta. Несказанное». «Я эти дни занимался главным образом изучением Шуваловского парка и его парголовских окрестностей. Удивительные места». «Вчера вечером тихо гуляли с Пястом. Необычайный, настоящий запах сена между Удельной и Коломягами».

Поэт В. Пяст, близко знавший Блока и часто сопутствовавший ему в странствиях по Петербургу и окрестностям, вспоминал: «Излюбленными его местами были: Петровский остров, Острова и вся Петербургская сторона; Удельный парк; впоследствии – Озерки, Шуваловский парк, Лесной; еще позднее – Сестрорецк, Белоостров; отчасти и Петергоф, и места за Нарвской заставой».

«Я приникал к окраинам нашего города, знаю, знаю, что там, долго еще там ветру визжать, чертям водиться, самозванцам в кулаки свистать! – восклицал Александр Блок в письме к своему близкому другу литератору Е.П. Иванову. – Петербург – гигантский публичный дом, я чувствую. В нем не отдохнуть, не узнать всего, отдых краток там только, где мачты скрипят, барки покачиваются, на окраине, на островах, совсем у ног залива, в сумерки».

Как отмечает охтинский краевед Наталья Столбова, петербургская литературная традиция никогда не чуралась окраинного Петербурга – будь то пушкинский «Домик в Коломне» или блоковская «Незнакомка». А применительно к Охте пронзительно звучат строки Иосифа Бродского «От окраины к центру», написанные в 1962 году…

Стремительно развиваясь, город постепенно поглощал свои предместья. Этот процесс начался не в 1960-х гг., не в 1930-х гг. и даже не в эпоху строительного бума начала ХХ в. Как известно, когда-то, до середины XVIII в., границей города служила Фонтанка, и именно за ней возникали усадьбы столичной знати, некоторые из них чудом уцелели до сих пор. О том, что эта местность была «загородом», и сегодня напоминает название Загородного проспекта. В XIX в., когда бывшие предместья за Фонтанкой застраивались городскими кварталами, едва ли кто сожалел об их исчезновении.

Общественное движение в защиту старого Петербурга зародилось только в начале ХХ в., когда процесс утраты прежнего облика города стал особенно явным, и остро встал вопрос о необходимости защиты исторического наследия. Одним из борцов за старый Петербург был историк искусства, краевед В.Я. Курбатов. Достаточно лишь привести несколько цитат его книги «Петербург: Художественно-исторический очерк и обзор художественного богатства столицы», изданной в 1913 г., чтобы понять, какой болью и тревогой отзывалось в нем исчезновение мельчайших деталей прежнего облика Петербурга.

«Совсем еще недавно вдоль Александровского проспекта тянулись тихие каналы, окаймленные аллеями, – сообщал Курбатов о нынешнем проспекте Добролюбова. – Каналы уже исчезли, а теперь засыпаются протоки между питомниками и Пеньковым буяном. Скоро распродадут их на участки, и исчезнет одно из поэтичнейших мест Петербурга».

«Местность между Малой Невкой и Большим проспектом застраивается так быстро, что уже теперь осталось очень мало деревянных домиков, заполнявших два-три года тому назад все улицы, – сетовал Курбатов, говоря о Петербургской стороне. – Курьезны мелкие улицы вблизи Спаса Колтовского, но они быстро теряют свой захолустный характер».

Одним словом, тема «эволюции петербургских окраин» (такой термин появился на страницах столичной печати еще в начале прошлого века) появилась не сегодня и не вчера. К примеру, в 1912 году в журнале «Огонек» отмечалось, что за последние десять лет «мертвые прежде проспекты Васильевского острова и Петербургской стороны, точно по мановению волшебного жезла, превратились в точные подобия Невского проспекта – с его шумным оживлением, блеском электричества, лампионами театров и кинематографов». «И эволюция окраин еще не завершилась, – говорилось далее. – Не за горами превращение Петербурга в „мировой город“, состоящий из сети развившихся в обширные города пригородов и предместий».

Тем не менее процесс поглощения городом своих предместий во второй половине ХХ в. имел для них катастрофический характер. За редким исключением, под ножом бульдозера исчезало практически все. Других методов освоения бывших пригородных пространств тогда попросту не существовало. Так наш город оказался почти окольцованным безликими районами, одинаковыми районами новостроек, похожими друг на друга, как близнецы.

Пожалуй, главная беда современных питерских новостроек в том, что в них потеряна нить преемственности, они лишились своих исторических корней.

Контрасты между новостройками и «осколками» прежней жизни особенно явно бросаются в глаза в Удельной. Фото автора, 2008 – 2009 гг.


Для многих исторических предместий их поглощение городом стало настоящим стихийным бедствием. Можно сколь угодно много говорить о неизбежном поступательном ходе истории, о техническом прогрессе, но в данном случае речь идет об утрате культурного наследия. Осознание этого наступило уже гораздо позже.

Под нож бульдозера уходили не только бывшие предместья с многовековой историей, где было бы вполне возможным сохранение отдельных уникальных реликвий. Во время застройки новых районов неузнаваемым образом менялся ландшафт местности: срезались мешавшие строителям холмики, бугорки и пригорки, засыпались пруды, ручьи и реки. А многие из тех, что остались, меняли свои русла или «заковывались» в трубу коллектора.

Недаром специальный репортаж, появившийся в «Ленинградской правде» в декабре 1980 г., так и назывался: «Пропала речка Ивановка, или Как реки меняют свои русла».

«Человек стоял и растерянно оглядывался вокруг, – такими словами начиналась эта статья. – Он много лет не был в городе и никак не мог узнать этот район. И не потому вовсе, что от прежней болотины, расстилавшейся здесь, не осталось и следа. Он знал: город давно перешагнул прежние границы, приподняв и покрыв асфальтом топкие окраинные низины, застроив их домами. Изумляло другое. Точно помнил: именно тут, пробиваясь к Невской губе зарослями, сплетенными из тростника, кустарника, петляла река Дудергофка… Но ее не было на прежнем месте».

И не только Дудергофка принудительно изменила свой маршрут. При застройке района юго-западнее Ленинского проспекта речку Дачную спрятали в коллектор и направили ее воды в речку Красненькую. Аналогично поступили с речкой Волковкой, плутавшей в свое время по территории, где разместились купчинские новостройки. Ее прежнее русло засыпали, выгадав солидную площадь под дома, а новое вытянули вдоль железной дороги.

Перейти на страницу:
Комментариев (0)