200
Там же, с. 269–270.
Там же, с. 270–271.
Meiser. Die Нollе von Tscherkassy, с. 272–273.
Там же, с. 273–274.
Там же, с. 274–275.
Документы согласуются не до конца. В записи в журнале боевых действий немецкой 8-й армии за 11 февраля утверждается, что группа Штеммермана насчитывала 56 000 человек всех званий. Однако в другой записи, за 14 февраля, указывается цифра 54 000 человек. На первый взгляд эта разница может быть обусловлена ранеными, вывезенными из «мешка» по воздуху. Однако это практически невероятно, поскольку в период 11–14 февраля эвакуация по воздуху уже прекратилась. Также кажется невероятным, что потери убитыми и пропавшими без вести за этот период могли превысить несколько сот человек. Или цифра «56 000» относится ко времени гораздо раньше 11 февраля, или же цифра «54 000» является результатом более тщательного учета личного состава. Последняя цифра подтверждается еще одним донесением, в котором также указывается, что с 29 января из «мешка» были эвакуированы 3904 раненых и больных. Таким образом, общее число окруженных немцев на момент, когда кольцо замкнулось, должно было составлять 58 000. Однако к этому числу следует прибавить убитых и взятых в плен с момента образования «мешка». Это число можно приблизительно оценить в 1000 человек. Следовательно, мы получаем общую численность окруженных 59 000 человек.
ЦАМО РФ, фонд 4-й гвардейской армии (320), оп. 4522, д. 120, л. 52.
Корсунь-Шевченковская операция, с. 41, 52.
Конев. Записки командующего фронтом, с. 105.
Jahnke & Lerch. Der Kessel von Tscherkassy 1944, c. 71.
Конев. Записки командующего фронтом, с. 125.
Корсунь-Шевченковская операция, с. 31–32, 71, 141–143.
Karl-Heinz Schneider-Janessen. Azt im Krieg. — Lichentwys, Frankfurt am Main 1993, c. 222.
Корсунь-Шевченковская операция, с. 41, 52; Кривошеев. Гриф секретности снят, с. 227.
ЦАМО РФ, фонд 240, опись 2795, дело 173.
Крайнюков. Оружие особого рода, с. 126.
Подробнее на эту тему: N. ZetterlingandA. Frankson, Kursk 1943, с. 136–137.
Следует отметить, что немецкие донесения вызывают некоторые сомнения относительно нехватки ремонтных средств как причины высоких потерь. Но в них только указывается, что число имеющихся в распоряжении ремонтных машин (в 1-й, 16-й и 17-й танковых дивизиях, а также во 2-м батальоне 23-го танкового полка, 503-м и 506-м батальонах) составляло 66, что лишь незначительно ниже штатной численности в 71 машину. Однако только 37 машин были на ходу, и некоторые из них принадлежали 503-му тяжелому танковому батальону, чьи ремонтные машины остались далеко позади в XXXXVI танковом корпусе. На самом деле 24 февраля в распоряжении имелось 67 ремонтных машин, но в донесениях не указывается, сколько из них было на ходу. Учитывая тяжелые погодные условия, представляется вполне вероятным, что ремонтные возможности были очень ограниченны.
В течение весны 31-й танковый полк получил 79 «Пантер», таким образом, доведя свою численность до штатной, и летом 1944 года был отправлен на Восточный фронт. Согласно документам 11-я танковая дивизия не получала новых танков из Германии за описываемый в книге период.
Подробности об этих частях даются в Приложении 2.
Корсунь-Шевченковская операция, с. 41, 52.
Кривошеев. Гриф секретности снят, с. 371, со ссылкой на ЦАМО РФ, ф. 236, оп. 2673, д. 311, л. 12, 39, 64, 85.
См., например, E.F. Ziemke. Stalingrad to Berlin. — New York: Military Heritage Press, 1985, c. 218–247; J. Erickson. The Road to Berlin. — London: Grafton 1985, c. 234–240; Жуков. Воспоминания и размышления. Том 3. М. 2002, с. 199–209.
Например, 18-й и 20-й танковые корпуса были переброшены в район Журжинцы — Лысянка 14 февраля. Корсунь-Шевченковская операция, с. 140.
ЦАМО РФ, ф. 240, оп. 2795, д. 173; Корсунь-Шевченковская операция, с. 140.
Кривошеев. Гриф секретности снят, с. 146.
