Отчим. Мой SEX-наставник - ДОМИНАТРИКС

А еще, я тупо хочу, чтоб малышка сделала это сама.

Лиза без всяких слов задирает мою футболку и проводит языком по бороздке, которая разделяет пресс.

Блядь… Мне всегда ее будет мало.

Сдираю с себя футболку, чуть не разорвав ее на тряпки. Хватаю ее и прижимаю губами к полоске кожи над поясом спортивных штанов.

— Ниже, малышка, — почти приказываю.

Сам спускаю штаны вместе с трусами. Вставший член касается головкой ее лица. Красивого, нежного. Так и представляю, как оболью его спермой. Это будет охуенно.

Она такая неискушенная. Вот и сейчас пугается стояка. Берет неуверенно пальчиками, еле справляясь с моей дубинкой.

Лижет головку, словно это конфета. Ничего, пусть пока так, но однажды вставлю Лизе в горлышко по самые яйца. Меня прям забирает от горлового минета, особенно когда член в Лизе. Глубоко. А я сверху наблюдаю, как она пускает слюнки, как ее глазки становятся мокрыми.

Мм, все же надавливаю ладонью ей на затылок. Открывает ротик широко и принимает в себя мой член.

— Вот так, Звездочка. Еще глубже, — не могу обуздать своих демонов.

Давлю сильнее, заставляя ее брать глубже.

Издает хлюпающие звуки, которые я так люблю, и подергивается в руках в шоке от моего вторжения. Грубого, жесткого.

Пусть чувствует меня настоящего. Пусть…

— Блядь, — цежу сквозь зубы и двигаю бедрами, толкаясь еще глубже. — Еще немного, маленькая.

Понимаю, что это ее предел, и буквально заставляю себя вытащить.

— Боже мой, — кашляет, уцепившись за мой мокрый и скользкий от ее слюны член. — Какой у тебя большой.

— Тебе нравится? — спрашиваю, дернув ее за волосы и запрокинув голову. — Хочешь еще? Я трахаюсь жестко. Потянешь?

— Дай еще, — просит хриплым голосом.

Вся трясется, мокрая, залитая своей же слюной, и зрачки огромные.

Хватаю член под головкой и нажимаю ей на губы. Послушно открывает ротик и насаживается на ствол уже сама.

Меня плавит. Убираю от нее руки и уже не стесняюсь стонать в духоту салона.

Старается. Высовывает язычок, чтоб член лучше вошел.

И все-таки не хватает духу взять болт целиком. Помогаю — накрываю ее затылок ладонью и надавливаю.

Хочу глубоко. Хочу ее всю. И пошло все нахер. Лишь бы Лизу не коснулось все то говно, которое полетит в меня.

Сопротивляясь и громко сопя, все же берет мой член глубоко. Головка с трудом проникает в ее горло. Я прям чувствую, как она проталкивается, раздвигая спазмированные мышцы. Классное ощущение, когда плавно проникаешь в глотку.

Нажимаю второй рукой на ее подбородок, чтоб почувствовать напряжение, чтоб она не соскользнула.

— Еще немного, — стону я, вообще не парясь, что это несильно брутально. — Дыши носом, маленькая.

Поднимает на меня глазки, которые мокрые от слез.

Отличная ученица. Такая прекрасная в воде. Такая классная. Такая манкая.

Чувствую, что начинаю пульсировать в ее горле, да и Лиза на грани.

Выскальзываю. Член тяжелый, горит, и я уже на грани. Распирает.

Буквально минута активной дрочки, и я спускаю ей на лицо. На пухлые губы, длинные реснички. Сперма комочками застывает в ее волосах.

Хватаю за шею, дергаю наверх и впиваюсь в губы, перемазанные моей спермой, смачным поцелуем.

— Поехали, — бросаю.

Первый раз я полюбил. Мне настолько дико от этих чувств, так стремно показать их девчонке.

Прячу обмякший член в штаны и выезжаю на дорогу. Скорее бы уже доехать.

— Тебе не понравилось? — спрашивает плаксиво.

— Ты поверишь, если скажу, что лучший минет в моей жизни? — усмехаюсь, разряжая обстановку.

— Врешь, — смеется, устроившись на сиденье с ногами.

— Нет… Сегодня ты станешь моей, Лиз, — предупреждаю честно. — Все выходные из койки не выпущу.

— Ты с ней разведешься? Или будем теперь трахаться у тебя на работе, чтоб она не узнала?

— Я развожусь, Лиз, — решение уже принято. — И работу тоже меняю. После романа с ученицей меня на пушечный выстрел к детям не подпустят.

— Так переедем в другой город. Учи взрослых. Я совершеннолетняя, Булат, — касается моих пальцев, которые на руле. — Ты талантливый тренер.

— Решим. Но будет много грязи.

За такими разговорами мы доезжаем до места. Пару раз останавливался тут вместе с детьми. Такая турбаза на троечку. Оплачиваю номер до понедельника и закрываю дверь на ключ, когда мы оказываемся внутри.

Сдвигаю две односпальные кровати. Тут либо семейный отдых, либо спортивные сборы. Сексодром нет, но я готов с ней хоть на полу.

Подхожу к ней, хватаю и заваливаю на кровать. Сдергиваю шортики, под которыми нет трусиков, широко развожу ей ножки и прижимаю бедра к матрасу.

Плюю ей на складочки и растираю слюну пальцем. Стонет и дергается.

____________

Как вам прода, девочки?) От кого продолжаем?

9

— Хочу тебя, — стонет она, когда я лижу ей, рыкая от возбуждения.

Трахну ее полноценно, и дороги назад уже не будет. Дебил ты, Булат, уже сейчас нет никакого “отмотать назад”. Не денешь уже никуда ее любовь. Да и свои чувства тоже.

Чувства. Лиза первая, к кому они у меня есть. Раньше интересовал только трах. Женился и то, чтоб оттащить себя от ученицы.

— Я сделаю тебе больно, малышка, — предупреждаю.

— Сделай… — она почти в истерике.

От нее пахнет желанием. Взрослые бабы и те так не хотят, как эта девчонка.

Сажусь на колени и еще шире раздвигаю ей ножки. Приподнимает голову и смотрит на меня своими влажными глазами.

— Постарайся не выталкивать его, малышка, — тихо проговариваю и головкой размазываю ее смазку.

Надавливаю пальцами, и очень туго головка входит в нее. Туго и горячо. Дергается, вскрикнув, и все же пытается вытолкнуть член из себя.

— Булат, — в ее голосе страх.

Все целки боятся этого. Первый раз он вообще не про удовольствие. Я тоже никогда не был в восторге от ломания целок. Но с ней все несколько иначе. Мне даже хочется сделать это. И пусть отбивается. Пусть кричит. Пусть материт меня за то, что я такой козел.

— Все хорошо, Лиз, — хватаю ее за бедра и грубо толкаюсь глубже.

Лучше быстро и брутально, чем ковырять ее падающим членом и причинять еще больше боли.

— А-а-а-! — кричит.

Ложусь на нее и зажимаю рот ладонью. Стены тут из картона. В случае чего скажу, что растягиваю ученицу.

Блядь, надо все сделать официально, чтоб вот так не любить ее по углам, чтоб никто не застукал. Но пока мы тренер и ученица, отчим и падчерица.

— Вот так, моя хорошая.

Завожусь еще сильнее, в член долбит кровь. С хлюпаньем вынимаю почти полностью и вонзаюсь тут же. Садизм, но он ощущается чем-то правильным, когда я рву ее.

Горячо, мокро, но я уже могу двигаться в ней. Прям почти слышал, как треснула. Классные ощущения.

Дрожит, дергается и опять пытается вытолкнуть член из себя.

С рыком вколачиваюсь еще глубже. Как это охуенно быть в ней полноценно.

Так смотрит на меня, что член еще тверже.

Убираю руку и накрываю рот поцелуем. Толкаюсь туда языком, вылизываю, пью стоны и крики. Еле держусь — тянет долбить ее, но надо дать Лизоньке время.

— Больно, — морщится, и слезки текут по вискам. — Удивительно, что он вообще влез.

— Ты растянешься со временем, и будет кайфово. Еще порадуешься, что у меня не десять сантиметров. Подними ноги и обними меня ими.

— Живот болит, — жалуется, но делает как сказано.

Спортивная девочка, сдавливает шикарными ножками с красивыми мышцами.

Блядь, презика-то нет. Первый раз трахаюсь без “резинки”. Реально первый. Не хотелось мне своих детей — занимался чужими. А от нее пусть будет. Женюсь в любом случае раньше, чем живот станет заметен.

— Я кончу в тебя, — ставлю перед фактом. — Ты моя. Не хочу “резинок”.

— Кончи, — дергается подо мной. — Хочу тебя.

— От этого родятся дети, — напоминаю. — Заделаю тебе, Лиз. Но обещаю, что никогда не брошу ни тебя, ни его.