Персональное задание для капитана Огоньковой - Анна Миральд

все свободное время, но будь моя воля, я бы вообще с ним не разлучался. Люблю до безумия. Счастлив настолько, насколько человек может быть счастлив. Наконец-то в моей жизни закрыты все пробелы. Моя жизнь наполнена смыслом…

По дороге покупаю два букета цветов. Орхидеи для нашей мамы, и ромашки для Александры. Цветы она у нас любит. Оборвала все клумбы, что так заботливо высаживала моя генеральша. Пусть сегодня гадает на ромашках…

Заезжаю во двор. Взгляд тут же приклеивается к Огоньку. Она в шортах и топе сидит возле надувного бассейна. Наблюдает за мелкими, чтобы те не наглотались воды. Лучшей мамы для своих детей я бы не нашел. Да кроме нее и не хотелось ни с кем семью. С первой встречи я запал, как мальчишка. Хотел ее до безумия. После третей наверняка знал, что будет моей. Что поведу в ЗАГС…

- Гранов, ты сегодня рано, - продолжая наблюдать за детьми, поднимается с ротангового кресла, подается ко мне, чтобы поцеловать.

- Па-а-а-па, - кричит Алекса. Ей вторит Ян. Тянут ко мне руки.

- Они тебя намочат, - улыбаясь, предупреждает Олеся. Она теперь часто улыбается, а я готов весь мир положить к ее ногам, лишь бы эта улыбка никогда не сходила с лица.

- Ну и пусть, - подхватив обоих на руки, позволяю им себя обнимать и целовать.

Тая, как мороженое под солнцем. Это такое чувство, которое не передать словами. Маленькие ладошки скользят по моему лицу. Они дружно что-то лепечут. Алекса говорит намного четче, чем Ян. Сыну нужен переводчик, благо он у нас есть – моя генеральша.

Остаток дня мы проводим вместе. Все ромашки оборваны, игрушки раскиданы. Сегодня я готовлю ужин, после которого вместе купаем и укладываем детей. Вместе идем в душ, целуемся, ласкаем друг друга, но секс оттягиваем, пока не окажемся в кровати…

Когда ее дыхание выравнивается после бурного оргазма, а мое сердце возвращается в привычный ритм, я заглядываю ей в глаза и негромко спрашиваю:

- Рассказывай, что тебя тревожит? - несмотря на то, что в нашей спальне нет светильника, я вижу ее глаза. Вижу, как загорается в них удивление. Для этого мне не нужен свет. Моя женщина никак не привыкнет, что я чувствую ее настроение душой, как бы она не пыталась скрыть его от меня.

- У меня задержка, Алекс, - взволнованно произносит Огонек. А я прикрываю глаза, потому что счастье бывает бьет через край, а ты всего лишь смертный…

Я помню ее реакцию на первую беременность, она была более бурной. Она плакала, радовалась, обвиняла меня в том, что я всё-таки задел ей ребёнка, потом опять плакала, но при этом прижималась ко мне так, будто боялась, что я сбегу.…

- Спасибо, любимая, - мягко целую ее губы.

– А если опять двойня? – смеётся она, но с легким испугом в голосе. Я помню, как ей было тяжело в первые месяцы, но брать няню Олеся отказалась. Моей помощи явно было недостаточно.

- Мы справимся, Огонек...

*** ***

Дорогие мои, вот и завершилась ещё одна история! Многие из вас, кто был со мной на протяжении всей книги, знают, что писалась она в очень сложный период моей жизни. Спасибо вам огромное за терпение, за то, что вы поддерживали, не оставляли, позволяли набраться сил и давали время собрать себя по частям! Я безумно благодарна каждому из вас, мои самые лучшие читатели! Люблю вас и крепко обнимаю…

А кому хочется чего-то легкого, заглядывайте в мою новинку

Конец