Непокорный наследник - Мишель Хёрд

руку.

— Как ты, Као?

— Гораздо лучше, сэр. Спасибо, что спросили.

Взгляд мистера Чарджилла фиксируется на мне: — Твой отец говорит, зрение восстанавливается?

— Да, сэр.

— Хорошие новости. — Чарджилл поворачивается к Рейесу. — Так зачем мы здесь?

Мистер Рейес указывает на меня: — Као хочет нас о чем-то спросить.

— О? — мистер Катлер улыбается мне. — Что тебе нужно?

Господи, помилуй мою душу, если они решат меня прикончить.

Послав быструю молитву небесам, я встаю. Не зная, на кого смотреть, я фокусируюсь на мистере Рейесе.

— Я хотел бы получить ваше благословение. — Я делаю глубокий вдох. — Я собираюсь просить Фэллон выйти за меня замуж.

— О-о-о... — Глаза мистера Катлера расширяются, и он переглядывается с Рейесом.

Мистер Чарджилл реагирует первым: — Тебе не кажется, что вы оба слишком молоды?

Я быстро качаю головой: — Я люблю ее. Женимся мы сейчас или через десять лет — мои чувства не изменятся. Я выпускаюсь через пару месяцев, и мы уже говорили о покупке дома.

— Вот как? — бормочет мистер Рейес слишком спокойно на мой вкус.

— Да, сэр. — Я сглатываю ком нервозности.

Мистер Чарджилл садится на диван. — У меня есть один вопрос. — Он наклоняет голову и пронзает меня ледяным взглядом. — Где ты был на прошлых рождественских каникулах? Моя крестница прошла через ад, и я что-то не припомню, чтобы ты был рядом и утешал ее.

Я вдыхаю поглубже и, собравшись с мыслями, отвечаю:

— Согласен, я поступил неправильно. Совсем неправильно. Когда я очнулся и ничего не видел, я запаниковал. — Вспоминая тот страх и гнев, я сцепляю руки. — Когда я узнал, что Фэллон пострадала, я сошел с ума. Я винил себя и не мог смириться с тем, что из-за меня на теле женщины, которую я люблю больше жизни, остались шрамы.

— Я ездил на место аварии, — перебивает меня мистер Рейес. — И видел запись с видеорегистратора.

Отец упоминал о ней, но тогда я ничего не видел и совсем забыл про запись. Мистер Рейес встает: — У меня есть видео, если хочешь посмотреть.

Я не понимаю, к чему он клонит, поэтому просто киваю.

Мистер Рейес включает телевизор и подключает к нему телефон. Экран загорается, показывая дорогу, по которой мы ехали. Мои мышцы мгновенно напрягаются.

«Никогда», — слышу я свой голос на записи. — «Ты всегда будешь для меня красавицей».

Затем звучит голос Фэллон: «Даже когда я буду старой и морщинистой?»

Я вижу грузовик, летящий по дороге на огромной скорости. Внутри все холодеет, когда он направляется прямо на нас. Боже.

«Черт!» — слышу я панику в своем голосе. Нос моей машины резко виляет вправо, и в следующую секунду звук удара грузовика в мой бок вибрирует по всему телу. Машину переворачивает и выбрасывает на поле.

«Вызов 9-1-1...»

Мистер Рейес останавливает видео и смотрит на меня:

— Четыре секунды. Столько времени у тебя было на реакцию. И ты успел вывернуть руль так, чтобы избежать лобового столкновения, которое убило бы вас обоих. — Его глаза впиваются в мои. — Ты принял весь удар на себя. Это могло тебя убить, но ты не колебался ни секунды.

— У тебя есть мое благословение, — шепчет мистер Катлер. — Я знаю, что Фэллон будет с тобой в безопасности.

— Значит, — говорит мистер Рейес, — ты оттолкнул Фэллон, потому что чувствовал вину и был слеп?

— Да, сэр.

— Ты хоть извинился перед ней как следует? — спрашивает Чарджилл с ухмылкой.

Я усмехаюсь.

— О да, и продолжаю это делать.

— Као, — мистер Рейес обращается ко мне, — ты можешь обещать, что обеспечишь моей дочери тот уровень жизни, который давал ей я?

— Я всегда буду делать все возможное, чтобы соответствовать тем стандартам, которые вы установили в ее жизни, — отвечаю я, искренне веря в каждое слово.

— Ну что ж... — Мистер Рейес встает, и я тут же вскакиваю с дивана. Он протягивает мне руку: — У тебя есть мое благословение.

— Погодите, и это все? — прерывает нас Чарджилл. — Я что, единственный, кого волнует, что они слишком молоды?

— Заткнись, Мейс, — обрывает его Катлер. — Ты сделал предложение Кингсли, когда ей было девятнадцать.

— Черт, — ворчит Чарджилл. — Просто... Фэллон — наша маленькая девочка.

Лица всех троих светлеют от нахлынувших чувств. Желая их успокоить, я говорю:

— Фэллон — это вся моя жизнь. Я никогда не перестану пахать, чтобы быть достойным ее.

— Уж постарайся, — ворчит Чарджилл.

— Ну так что? — спрашивает его Рейес. — Као получил твое благословение?

— Ох... Ну, видимо, да. Вы двое меня все равно переголосовали.

— Боже, я сочувствую парню, которому придется просить у тебя руки Арии, — бормочет мистер Катлер.

— В тот день лучше заранее вызвать реанимацию, — говорит Чарджилл.

— Для тебя — из-за сердечного приступа, или для бедолаги, которого ты изобьешь до комы? — уточняет Рейес.

— Скорее всего, и то, и другое.

Я с трудом сдерживаю смех, радуясь, что на месте того бедолаги окажусь не я.

ГЛАВА 28

ФЭЛЛОН

Я вцепляюсь в руку Као, когда мы входим в кабинет доктора Менара. Мое сердце колотится где-то в горле от страха. На ресепшене женщина улыбается нам:

— Фэллон Рейес?

— Да.

— Проходите. Доктор Менар уже ждет вас.

— Спасибо.

Кажется, я готова раздавить руку несчастного Као, пока мы идем по короткому коридору. Когда мы заходим, доктор Менар встает из-за стола и указывает на соседнюю смотровую: — Прошу сюда.

Я сажусь в кресло. Доктор Менар встает справа от меня и подбадривающе улыбается:

— Готова?

Нет. Ни капли.

Я киваю.

— Да.

Као скрещивает руки на груди, не сводя с меня глаз, пока доктор снимает пластыри. Я слышу, как Менар делает вдох, внимательно изучая швы.

— О-о-о, да, заживает великолепно. — Он отстраняется, чтобы встретиться со мной взглядом. — Сейчас я сниму нити. Возможно, будет небольшой дискомфорт. Хорошо?

— Хорошо. — Я глубоко вдыхаю и, не в силах сдержаться, тянусь рукой к Као. Он тут же оказывается слева и крепко сжимает мои пальцы.

Я зажмуриваюсь, пока доктор возится с моим лицом и шеей. В животе все неприятно