Идеальный проект - Дана Хейс
– Понятно, – говорит Марк медленно, явно пытаясь уложить все сказанное в голове. – Так. Не принимай сейчас никаких решений. Ни сгоряча, ни в панике. И никаких заявлений. Ты меня слышишь? Просто сиди дома. Я что-нибудь придумаю…
Его фразу обрывает звук, от которого у меня останавливается сердце.
Три резких, уверенных стука в дверь.
Я застываю, вцепившись в телефон.
– Стелла? Что это? – встревоженно спрашивает Марк.
Не могу ответить. Не могу дышать. На ватных ногах, стараясь не издать ни звука, крадусь к двери, как вор в собственном доме. Зажмурившись, прижимаюсь к холодному металлу глазка.
По ту сторону стоит Итан в джинсах и серой толстовке. Он выглядит до смешного обыденно. В одной руке держит два бумажных стакана, в другой – букет красных пионов. Переступает с ноги на ногу и смотрит на дверь напротив.
Я отшатываюсь назад, спотыкаюсь о коврик и едва не падаю. Из горла вырывается сдавленный всхлип.
– Стелла, кто там?
Я прижимаю ладонь ко рту, пятясь вглубь квартиры, подальше от двери.
– Итан.
Стук повторяется. Настойчивее, громче.
– Марк, что мне делать? – Голос срывается и дрожит. Я вжимаюсь спиной в холодную стену коридора, и она, кажется, единственное, что держит меня в вертикальном положении.
– Так, слушай меня! Во-первых, дыши. Глубокий вдох, Стелла. Давай. Я жду.
Я судорожно втягиваю воздух.
– Хорошо. Во-вторых, слушай. Я могу сесть в машину прямо сейчас. Буду у тебя через… – Он замолкает, явно прикидывая время.
– Нет! – вырывается у меня слишком громко. Я тут же зажимаю рот рукой. – Нет, не надо, Марк, правда. Я… я не думаю, что Итан причинит мне вред.
В трубке повисает короткая пауза. Я почти физически ощущаю, как он на том конце провода взвешивает мои слова, пытаясь понять, говорю я из страха или потому что действительно так считаю.
– Хорошо. – Его тон смягчается. – Тогда тебе нужно открыть дверь, сестренка.
– Что? – Я ошарашенно смотрю на телефон и снова прикладываю его к уху. – Нет! Я не знаю, что ему сказать!
– Ты не можешь вечно прятаться. Но это твоя территория, и рано или поздно вам придется поговорить. Лучше сейчас в своей квартире, а не в понедельник в его кабинете. Так у тебя будет больше контроля над ситуацией.
Его логика железная, однако каждая мышца моего тела кричит: «Нет!»
– Просто поговори с ним, – мягко продолжает Марк. – Не надо ничего решать. Выслушай. И помни, ты ничем ему не обязана.
Я молчу, судорожно обдумывая его слова.
– Стелла, вот что мы сделаем: ты сейчас кладешь трубку, но если что-то пойдет не так, и он скажет хоть одно неверное слово или почувствуешь себя неуютно – ты бросишь мне дозвон. И клянусь, я окажусь у твоей двери через десять минут, и мне будет плевать, босс он или президент. Поняла?
– Поняла.
– Вот и умница. Давай, сестренка. Ты справишься. Позвони, как все закончится.
– Хорошо. Спасибо, Марк.
Я завершаю вызов. Несколько секунд стою в тишине, прижимая телефон к груди. Слова брата придают мне решимости. Хрупкой, но да ладно.
Он прав. Лучше покончить с этим сейчас.
Делаю еще один глубокий вдох, вытираю мокрые щеки и медленно иду к двери. Мельком смотрю на свое отражение на темном экране телефона: опухшие красные глаза, растрепанные волосы, дурацкая домашняя футболка с растянутым воротом.
Что ж, пусть увидит меня такой.
Моя рука дрожит, когда тянусь к замку. Я медленно поворачиваю ключ и, на секунду зажмурившись, открываю дверь.
Мы молча смотрим друг на друга, и за пять секунд перед глазами успевает пронестись целая жизнь.
Итан первым нарушает тишину.
– Привет… – Он делает небольшой, почти дерганый шаг вперед, протягивая мне то, что держал в руках. – Прости, что без предупреждения. Я… Мы можем поговорить? Это тебе.
Его вес смещается с одной ноги на другую, потом обратно. Стаканчики с кофе едва заметно дрожат, и несколько капель падает на его кроссовки. Но он, кажется, даже не замечает этого.
Я стою, не решаясь протянуть руки. Принять цветы и кофе – значит впустить его. Не просто в квартиру, а дальше. Согласиться. Сократить дистанцию. Я должна захлопнуть дверь прямо у него перед носом. Сказать, чтобы убирался. Так было бы правильно. Безопасно.
Но вместо этого пальцы смыкаются на теплом картоне и шуршащей цветочной обертке. Я молча отступаю вглубь коридора, освобождая проход.
В голове эхом отдается голос Марка: «На твоей территории».
Избегая взгляда Итана, я разворачиваюсь и иду на кухню. Пока ставлю стаканы и неуклюже устраиваю цветы в вазе, до меня доносятся звуки из коридора. Шарканье подошв по ламинату. Короткая пауза. Снова шарканье.
Когда, наконец, собираюсь с духом и оборачиваюсь, он стоит посреди гостиной спиной ко мне и смотрит в окно. Малейший скрип половицы под ногами заставляет его резко развернуться.
Теперь я вижу его лицо при дневном свете. Под глазами залегли темные тени, которых вчера, кажется, не было. Он выглядит измученным. Его рука скользит в карман джинсов, и я слышу приглушенное звяканье ключей.
– Я не мог ждать до понедельника, – выпаливает Итан, прежде чем успеваю что-либо сказать. – Я бы извел себя. Вчера… все было неправильно.
Он проводит свободной рукой по волосам, взъерошив их еще сильнее. Двигается ко мне, но тут же останавливается.
– Послушай, Стелла… Прежде чем сделаешь какие-либо выводы, решишь, что ненавидишь меня, или захочешь уволиться… – Он замолкает, как будто подбирает слова. Звяканье ключей становится настойчивее. – Я должен тебе кое-что рассказать. О себе. Кое-что очень важное.
Глава 11
Итан
С того момента, как за Стеллой захлопнулась дверца такси, мой мозг превратился в адскую центрифугу, где с оглушительным грохотом мешались стыд и злость на себя. Все вышло совершенно не так, как мне хотелось. Я даже не подозревал, что могу быть таким ревнивым собственником.
Я облажался по всем фронтам.
Всю жизнь учился управлять хаосом в своей голове. СДВГ – не просто неусидчивость, как думают многие, а непрерывный поток идей, импульсов и мыслей, которые несутся наперегонки. Архитектура – мое спасение, единственный способ загнать внутренний ураган в рамки четких линий и выверенных расчетов. Кирпичик за кирпичиком, линия за линией – я создаю собственный мир, где все под контролем. По крайней мере, так было раньше.
А потом появилась Стелла – землетрясение в девять баллов по шкале Рихтера в безупречно спроектированном здании. Она снесла несущие стены, разрушила фундамент, превратив мой идеальный проект под названием «Жизнь
