Удержать 13-го - Хлоя Уолш

не может сюда вернуться, женщина, родившая меня, заставляла в этом сомневаться.

Все менялось, моя жизнь закручивалась водоворотом, и единственный, кто казался надежным и успокаивающим среди всего этого кошмара, был парень, в чью футболку я была сейчас одета. Потом блямкнул мой телефон, как раз вовремя, и я практически выпала из кровати, чтобы успеть снять его с зарядки. Каждый раз, когда я слышала звук моего телефона или видела, как вспыхивает экран, я мгновенно ощущала трепет в животе. Мое сердце подскакивало, ладони становились скользкими от пота. Я была полностью захвачена этим парнем. Ничего в этом не было хорошего, ни разумного, ни безопасного, но я чувствовала именно это – и я жаждала опасности. Я ждала сообщений и тайных встреч. Я жаждала его.

Дж.: Выхожу из спортзала, детка. Буду через 30 минут. x

В венах гудело возбуждение; я с трудом набирала ответный текст.

Ш.: Как все прошло? Ничего не болит? Ты был осторожен? x

Прижав мобильник к груди, я нетерпеливо ждала. Меньше чем через минуту телефон звякнул.

Дж.: Все хорошо. Не волнуйся. x

Но я не могла ничего поделать. Я волновалась. Я всегда волновалась за него. Мой телефон снова тренькнул.

Дж.: Не волнуйся. x

Улыбаясь, как дурочка, я набрала новый текст.

Ш.: Не могу ничего поделать. x

Дж.: Можешь полностью меня обследовать, когда приеду. Просто чтобы успокоиться.;)

Ш.: Ух, какой ты заботливый.:Р

Дж.: Уже еду. Скоро увидимся. х

Ш.: Отлично. х

Дж.: Покажи титьки.

Я громко рассмеялась, увидев это сообщение.

Ш.: Хорошая попытка, Гибси.

Дж.: Черт! Привет, крошка Шаннон.

Отложив телефон, я поспешила из спальни в ванну, пока никто из братьев ее не занял. Закрутив волосы в узел, чтобы не намокли, я намылилась, позволяя мыслям свободно блуждать. И как обычно, они тут же устремились к Джонни.

Всегда Джонни…

Сегодня было девятое мая, вторая неделя лета[28], и по мере того, как дни становились длиннее, мои чувства к нему неудержимо росли. Тот субботний вечер для меня изменил все. То, что я была с ним вместе, делало чувства намного глубже. Они грозили полностью затопить здравый смысл…

– Шаннон! – Я услышала мамин голос; она стучала в дверь ванной комнаты. – Мне казалось, мы четко договорились, что в школу и назад тебя возит Даррен.

Я испугалась.

Он здесь.

Выключив душ, я завернулась в полотенце и поспешила в свою комнату, чтобы одеться, и старательно не замечала свою мать по дороге. Захлопнув дверь у нее перед носом, я оделась в рекордное время, распустила волосы и провела по ним расческой. Сунув телефон в карман рубашки, я надела туфли, схватила рюкзак и снова открыла дверь.

– Когда я задаю вопрос, я ожидаю услышать ответ, – сказала мама, стоя в дверях. – Что он здесь делает?

– Он меня возит в школу по утрам, – напомнила ей я. – Ты знаешь.

Или, по крайней мере, должна была бы знать, если бы не была постоянно либо на работе, либо в постели.

– А ты знаешь, что должна ездить с Дарреном, – хмуро огрызнулась мама.

Я удержалась и не закатила глаза, обошла мать и направилась к лестнице. Пусть мама и перестала грозить полицией, Джонни не был желанным гостем, его тут не выносили. Мама не признавала ни его, ни наших с ним отношений. Она делала вид, что его не существует, что мне вполне подходило, потому что я точно так же относилась к ней.

– Шаннон Линч!

– Пока! – крикнула я, стремительно спускаясь вниз; с каждым шагом моя улыбка становилась шире, ведь я приближалась ко входной двери. К нему.

– Ты знаешь, что должна ездить со мной, – начал Даррен, появляясь из кухни с чашкой хлопьев в руках.

Почти искренняя попытка с его стороны. Ему, вообще-то, было все равно, с кем я езжу. Он просто повторял обычное бла-бла-бла.

– Ему нет смысла тратить полчаса, не по пути же…

– Пока! – крикнула я, резко открывая дверь и выскакивая наружу, на раннее утреннее солнце.

Я сбилась с шага, когда увидела Джонни, сидевшего на нашем заборчике с ключами от машины в руке. Он не надел школьный джемпер – но в этом не было ничего нового, – но он также не заправил рубашку, и галстук его болтался, придавая Джонни очаровательно растрепанный вид. Он хмурился, глядя на мой дом, но при виде меня по лицу расползлась ленивая улыбка.

– Шаннон «как река», – мягко произнес он, спрыгивая с ограды и подмигивая мне. – К осмотру готов.

Усмехаясь, я подошла к нему, стараясь именно идти, а не бежать, хотя мне отчаянно этого хотелось.

– Привет, Джонни.

– Привет, Шан, – ответил он, целуя меня в губы и обнимая за плечи. – Все в порядке?

Я кивнула и обняла его за талию, довольно вздыхая, когда мы пошли к машине, впервые после прошлого вечера чувствуя себя хорошо.

– Шаннон! – Мама вышла наружу, запахивая халат. – Можно тебя на пару слов?

Сразу напрягшись, я обернулась, взглядом умоляя ее ничего не говорить.

– О чем?

Мама одарила Джонни уничтожающим взглядом, а потом сосредоточилась на мне.

– Наедине. – Она кивком показала на дверь. – Сейчас же.

– Мне пора идти, – нервно ответила я, отлично понимая, что если вернусь в дом, то в школу сегодня не попаду. – Можем и потом поговорить. – Вот только вряд ли это случится: я не имела ни малейшего намерения разговаривать с ней. – Пока!

– Шаннон! – повторила она предостерегающе. – Вернись немедленно!

Я застыла на месте.

– Я еду в школу. Осталось три недели до летних каникул, и я не собираюсь пропускать ни дня, мам. Скоро экзамены.

– Только не с ним, – отрезала мама. – С ним ты никуда не поедешь.

– У него есть имя, – огрызнулась я, в ужасе оттого, что Джонни видит и слышит все это. Выпрямившись, я прищурилась. – Его зовут Джонни, и он мой парень.

– У тебя никакого уважения! – прошипела мама, обращая гнев на Джонни. – Ты ужасный человек!

Джонни устало вздохнул.

– Я не на вашей земле, миссис Линч. – И гораздо вежливее, чем она заслуживала, добавил: – Знаю, я вам не нравлюсь, но я не нарушаю закон.

– Я тебе говорила, чтобы ты держался подальше от моей дочери! – Мама уже дрожала. – Но ты не слушаешь!

– Мам…

– При всем уважении, у меня есть своя мама, чтобы говорить мне, что делать, – ровным голосом ответил Джонни. – Я здесь ради