обо всём, смотрят на огоньки, и ей казалось, что именно в такие минуты дом и становится по-настоящему живым.
Когда последнюю свечу зажгли, Иван отступил на шаг и оглядел ёлку.
— Ну вот, — сказал он. — Теперь можно открывать подарки.
Настя уже опустилась на колени, смяв платье, и нетерпеливо вытащила первый попавшийся свёрток и, не удержавшись, разорвала бумагу.
— Ой! — вырвалось у неё, и она тут же засмеялась, вытащив куклу. — Мамочка, смотри!
Она прижала её к груди, потом тут же усадила на ковёр и старательно поправила платьице, словно проверяя, всё ли на месте.
— Какая красивая, — улыбнулась Вера.
— И одежда у неё есть! — дочь уже шарила в коробке, вытаскивая крошечный чепчик.
Илья тем временем развернул свой свёрток и замер. Перед ним лежал большой атлас в плотном переплёте. Он открыл его сразу, перелистнул несколько страниц, провёл пальцем по цветным линиям.
— Здесь столько всего… — сказал и поднял восторженный взгляд.
Отец протянул ему совсем небольшой футляр.
Илья открыл его и увидел карманные часы. Цепочка мягко звякнула, когда он неловко поддел её пальцами.
— Они настоящие? — спросил шёпотом.
Иван наклонился и завёл часы. Крышка щёлкнула, и сын замер, прислушиваясь.
— Слышишь?
— Слышу, — ответил мальчик и улыбнулся, широко и по-детски.
Крепко сжал футляр и, спохватившись, встал.
— Спасибо, папа.
Настя вдруг вскочила и убежала из гостиной. Вернулась она быстро, держа в руках неровно сложенный лист.
— Мамочка, это тебе, — сказала она и протянула рисунок.
На нём была ёлка, свечи, несколько кривых букв и вся их семья. Вера рассмеялась и поцеловала дочь в щёку. Затем оглядела детей, посмотрела на мужа, улыбнулась и сказала.
— Ну что же… С Рождеством вас, мои хорошие.
— С Рождеством! — отозвался князь.
Теперь точно КОНЕЦ
