Судьба исправлению подлежит. Шаг второй - Сусанна Ткаченко
— А чего его почаще навещать? — буркнул дед Дор. — Ему и так лучшая роль досталась.
— А вдруг капсула сломается? — высказал я опасение.
Но здесь обиделся брат.
— Моя капсула? Ты с ума сошёл? Она рассчитана на века работы без подзарядки!
Короче говоря, с Пилюлини мы обо всём договорились, оставили старших Вольных во дворце и отправились к Бузинским.
Теперь же возвращались к самому неприятному.
Нигматуна привели из подвала в допросную бойцы моей личной гвардии (я знал их с детства и безоговорочно им доверял), усадили на стул и приковали амчарными цепями.
— У тебя, предатель, есть один шанс сохранить жизнь, — без предисловий заявил я. — Расскажи, как стал подручным паучихи, каков её план и как вам удалось убить мою мать.
— Ты не понимаешь, глупый щенок, с кем связался! — с ненавистью выкрикнул Нигматун и, осклабившись леденящей душу ухмылкой, протараторил какую-то тарабарщину вроде «грядетпришествиерас».
Его будто пронзило молнией. Глаза закатились, волосы встали дыбом, изо рта пошла красная пена — и через пару секунд Нигматун был мёртв, а мы с братом с досадой переглянулись. Единственное, чего мы не учли, — что Хиллар подстраховалась и настроила своего шпиона на самоуничтожение.
— Сможешь поднять и допросить? — с надеждой спросил я Тристана.
Боевой целитель, конечно, не некромант — те встречались исключительно среди ушедших вампиров, а в наши дни перекочевали в разряд детских страшилок, — но Трис говорил, будто мозг ещё какое-то время живёт после смерти, и из него можно извлечь информацию.
— Нет, заклятье всё уничтожило. Поверить не могу, что такие штуки можно устанавливать не только на артефакты, но и на людей.
— Значит, Хиллар опаснее, чем мы думали.
— Погружу его в стазис до нашего возвращения, потом попробую исследовать. Нам такие магтехнологии могут пригодиться, — тут же переключился брат на свою любимую науку.
Я встал и направился к выходу из допросной. Был уверен, что Трис не удержится и вместо сборов в дорогу примется изучать тело прямо здесь и сейчас. Но читать ему нотации — дело бесполезное. Тем более мне и самому было куда спешить — я хотел, чтобы наша с Алтеей первая ночь стала особенной, а значит быть ей не в доме Бузинских. Зрела у меня одна необычная идея, но она требовала подготовки.
Я спустился в сокровищницу, открыл сейф с реликвиями правящего рода и вытащил небольшую серебряную квадратную коробочку, покрытую древними рунами. Пространственный шатёр. Если его развернуть и войти внутрь, то окажешься в кармане межмирья. Там тебя никто не найдёт и не услышит. Оставалось только проверить, что есть в шатре, прихватить напитки с закусками, перестелить перину… лепестками роз, может, всё посыпать? Честно говоря, никогда раньше не приходилось ломать голову над романтикой.
Спрятав шатёр в карман, я поднялся в свои покои. Активировал артефакт и, когда передо мной вырос прозрачный шатёр, смело шагнул в него, словно в туманную дымку.
Я знал о свойствах фамильных реликвий, но никогда ни одной из них не пользовался. Поэтому с удивлением огляделся: всё вокруг было материальным, роскошным и... старинным. Повсюду дивные ковры, сотканные из шерсти исчезнувших магических животных — каждый шаг по ним, любое движение воздуха зажигало крошечные разноцветные искры. В центре — шикарное круглое ложе с множеством подушек, застеленное красным шёлковым покрывалом, рядом низкий столик и два пуфика, а у стены — массивный резной комод. В нём я нашёл одеяло, посуду и миниатюрный музыкальный инструмент, на котором играть, разумеется, не умел. Что ж, прекрасное, на мой взгляд, гнёздышко.
Я принёс в шатёр отборный нектар из императорских погребов, фрукты и сладости. Перину взбил, лепестков, увы, не нашёл, но поставил в изголовье высокую вазу с длинными хрустальными цветами, излучавшими вечный мягкий свет.
Вечер приближался к полуночи — пора! Сердце забилось чаще не от ожидания опасности, а от предвкушения. Я погасил свет в шатре, оставив только мерцание хрустальных цветов, свернул его обратно в коробочку, спрятал в карман и отправился за Алтеей.
Тень под её окном была густой и живой, будто специально для меня. По ней я и взобрался до самой приоткрытой створки. Лёгким движением её отодвинул, бесшумно перешагнул через подоконник и спрыгнул на пол. В темноте я видел так же хорошо, как и днём, поэтому неприятно удивился сразу: ни в кровати, ни в комнате не было ни души. Не ждёт? Я почувствовал лёгкий укол разочарования. А следом за ним — осязаемый. Чем-то острым в правый бок, точно под ребра, со спины.
Глава 6
Стыдно признаться, но за вещами в дорогу я отправилась к одному широко известному в узких кругах барыге. Айзек Хлыщев клялся, что он баронет, а его дядя служит в посольстве Гартугалии секретарём, но мы-то знали: за ним стоит целая команда шустрых парней. Они не только выманивают у редких приезжих иностранцев вещи в обмен на имперские предметы народного творчества, но и мотаются тайными тропами в соседнюю Лапфидию за дефицитом. Лапфидская сизая икра ценится на мировом рынке, поэтому в их магазинах можно без проблем купить товары из Стейтона — технари с ними торгуют. Ну а сами лапфидцы уважают имперские горячительные напитки, так что контрабандистов там всегда ждут с распростёртыми объятиями.
— А что поделаешь, если у нас такое пока не производят? — оправдалась я перед Мари и вынула из личного хранилища побольше денег.
— Надеюсь, ты это исправишь, когда станешь императрицей, — сказала она, многозначительно взглянув на моё кольцо и заставив меня покраснеть.
Но кольцо и правда потрясающее! Оно невольно притягивало взгляды, и скрыть его было невозможно. А главное — искусный придворный ювелир не только встроил в него портал, наводящийся на Карсиана, но и создал защитное поле, чтобы выпирающие камушки ни за что не цеплялись. И я, понимая, сколько в империи уникальных разработок и своих талантов, одновременно злилась на то, что им не уделяют должного внимания, и всё больше верила, что Стейтон мы в технологиях запросто обгоним — было бы желание!
Однако пока нам пришлось оставить у Айзека целое состояние за два практичных брючных костюма с множеством скрытых карманов — в каждый можно уместить много необходимых для путешествия артефактов от набора посуды в плоской коробочке размером с монету, одноразовых
