Моя война - Оксана Владимирова

Лучше дать сестре остыть, потом они ещё раз вернуться к этой теме. Сев в кресло, она мысленно просчитывая, что еще можно сделать и сказать, чтобы Кавина оставила свои глупые идеи. Есть шанс, что её не примут, но он невелик. Она сама лично учила сестру приёмам самообороны, объясняла некоторые военные хитрости. Тут ее размышления прервал щелчок входной двери.

Выйдя в коридор, Лиа обнаружила, что осталась дома одна. Тишина, стоявшая в квартире, после ругани резала уши.

Активировав переговорник, Лиана набрала подругу:

— Алло, ваш личный психолог, вас, слушает, — тут же ответила, улыбающаяся Милика, на высветившемся табло.

— Милика, у меня проблема.

— Ну, конечно, у тебя проблема. По другому поводу ты, ведь мне уже давно не звонила. Хоть бы в гости зашла.

Слова подруги были справедливы, Лиана, и правда, давно не виделась с ней. Работа, дом, работа, дом. Возможности выкроить время для встречи всё не находилось.

— Милика, мы обязательно встретимся. Давай на этой неделе.

— Хорошо. Я записываю. Когда?

— Можно послезавтра? Давай, я к тебе заеду?

— Ну, уж нет. Дома дети и Кристиан не дадут нам поговорить. Давай встретимся в «Чемодане», как в старые добрые времена.

— Хорошо, но только вечером после семи.

— Идет, — игривым тоном согласилась Милика. — Давай, рассказывай что у тебя там случилось.

— Мы поругались с Кавиной. Она подала документы в ВАИ. Кстати, она ушла из дома. Возможно придет к тебе ночевать. Позвони ей, поинтересуйся, как там у неё дела.

— И сообщить тебе, все ли с ней в порядке?

— Да.

— Лиан, а ты помнишь себя в девятнадцать лет?

— Помню, — буркнула она.

В девятнадцать лет, Лиана Гудлинг пошла на свое первое боевое задание, как разведчик в другую страну.

— Кавина уже взрослая, хватит ее опекать как восьмилетнего ребенка.

— Я не опекаю. Я же не послала за ней слежку. Просто сообщи мне все ли с ней в порядке.

— О! Она как раз мне звонит. Так что отключаюсь.

— Хорошо, только перезвони и…

Милика отключилась.

2 глава

Выходные прошли не так, как того ожидала Лиана. Она конечно же делала то, что хотела, но переживания из-за Кавины, особенно боязнь за ее будущее не давали расслабиться.

Утром, придя на работу и пройдя пока еще по полупустому холлу Федерального Следственного Отдела, майор Гудлинг почувствовала дикое желание стать кондитером и отвечать только за качество пирожных, а не только исполнять чужие приказы и разыскивать преступников. Тем более сейчас особенно ценились кондитерские изделия ручной работы, в противовес изделиям, которые делали роботы на кондитерских фабриках. Лиана могла бы разбогатеть, занимаясь любимым хобби.

— Назовите ваше имя, — попросил электронный голос автоматического охранника, нарушая тишину коридора.

Никто кроме майора Гудлинг и ее начальника не мог пройти в кабинет, где она работает. У каждого следователя там хранились секретные записи и дела, которые нельзя разглашать. Поэтому у каждого сотрудника ФСО дверь была оборудована автоматическим охранником.

— Лиана Гудлинг.

Сканирующий луч прошелся сверху вниз по телу девушки. Силовое поле, не дававшее пройти мимо него исчезло и Лиана зашла к себе. Стеклянные двери за ней задвинулись.

Кабинеты у следователей были стандартные: большие и светлые, с электронными рабочими столами, и одной прозрачной стеной, которую можно было затемнять в определенных случаях. В итоге все работники ФСО были под постоянным колпаком, просматриваясь не только начальством, но и коллегами.

За все годы работы Лиана не привнесла в обстановку кабинета ничего личного. Некоторые сотрудники развешивали на стенах свои знаки отличия, устанавливали голограммы с родственниками. Все это, по мнению Гудлинг, отвлекало от основного занятия. У нее все было стандартно: в шкафу форма и запасная одежда, у окна зона для опроса свидетелей, с удобными стульями и небольшим столиком. Только несколько горшков с цветами, стоящие на подоконнике, оживляли интерьер. При входе в кабинет взгляд сразу цеплялся за них.

Активировав рабочий стол, и пролистав несколько новых постановлений, Лиа увидела приказ о назначении майора Лианы Гудлинг главным следователем по делу серийного убийцы — «Парикмахера». К приказу прилагались материалы дела. Лиа начала их просматривать.

Офис постепенно наполнялся людьми. Приходили коллеги. Они здоровались друг с другом, кивали Лиане, переговаривались между собой. Кто-то не торопился приниматься за работу, обсуждая прошедшие выходные. Кто-то, как и майор Гудлинг сразу спрятался в своем уголке.

Лиана затемнив стену, отгородилась от любопытных глаз сослуживцев. Активировав рабочий стол, она открыла дело, которое теперь придется вести. Перед лицом замелькали голограммы с изображением жертв: отчеты о ходе следствия и протоколы допросов. Случилось что-то из ряда вон выходящее, раз ФСО поручили заниматься этим делом. Они не специализировались на таких убийствах. Расследовали только преступления, связанные с военными.

Как только появилась голограмма с места преступления, всё встало на свои места. Убили несовершеннолетнюю дочь Кардагенского посла — Отиса Монтэ.

На момент убийства девочке было четырнадцать лет. Бриджит не вернулась с прогулки домой. Сначала родители думали, что она задержалась у подруги, но потом выяснилось, что подруга вообще не ходила на прогулку — она болела. Бриджит стали искать и нашли через три дня мертвую, со сбритыми волосами на голове, что говорило о почерке «Парикмахера».

Мать и отец безутешны. Назревал политический скандал, который опять может привести к противостоянию между странами. Следователи искали Парикмахера около полугода, но в результате появилась новая жертва.

На переговорник пришло сообщение от начальника следственного отдела.

«Зайдите ко мне»

Закрыв все голограммы и заблокировав стол, Лиана направилась к кабинету шефа. Наверняка он хочет ее порадовать новостями. Гудлинг подошла к двери, нажала на кнопку вызова.

— Гудлинг? — спросил полковник, увидев Лиану через охранную систему. — Заходи.

Дверь открылась и Лина прошла в кабинет начальника.

— Не надо отдавать мне честь и делать все по протоколу. Сядь сюда. Ты видела, я прислал тебе приказ о назначении?

— Назначение видела, даже успела просмотреть некоторые материалы, — ответила Лиана, присаживаясь в кресло напротив его стола.

— Нашла какие-нибудь зацепки? Что ты вообще думаешь по этому поводу?

— Я думаю, что мой отпуск накрылся медным тазом. — Ей не хотелось быть голословной, несоответствия, которые бросились в глаза, еще нужно было доказать.

— Извини, Гудлинг, это не простое преступление, можно сказать оно международного масштаба. Кому я мог поручить его кроме тебя?

— Понятно. Постараюсь в кратчайшие сроки найти убийцу.

— Что-то ты все таки уже усмотрела? Вижу по твоему непроницаемому лицу.

— Вы же знаете, что свои догадки я не озвучиваю, пока они не превратятся в факты.

— Скромна и скрытна, как всегда. Впрочем, это не мешает тебе быть хорошим следователем. Убийство нужно раскрыть как можно скорее.

— Удивили. Когда убийства нужно было раскрывать медленно, не торопясь? — усмехнулась Лиана.

Полковник улыбнулся в ответ, только глаза оставались такими же