Рыбки в синем аквариуме - Райна Фотева

как он намерен поступить с ней, безответственной матерью, которая подвергла опасности всех их детей одновременно по нескольким причинам сразу. Вика некоторые сообщения даже не дочитывала, настолько они были длинными и бессмысленными. Ещё на этапе бракоразводного процесса стало понятно, что этот человек своими умозаключениями может довести до нервного срыва, тем более её, женщину, с которой прожил больше десяти лет, и знал все её особенности и страхи. Вика старалась не поддаваться эмоциям и не реагировать на его угрозы и нравоучения.

В кухне царил привычный для этого времени суток бардак. Девочки поели и оставили посуду вокруг раковины, потому что внутри уже не осталось места, на столе тоже стояли тарелки и чашки. Где-то не допито, где-то надкусано, но ещё не съедено, крошки. На плите завал из кастрюль и сковородок. Да, Виктория тоже всё это терпеть не могла, но у девчонок есть очередность в уборке кухни, а сама она хотела просто вытянуть ноги после долгого дня работы.

«Сейчас начнётся», — подумала Вика, собирая со стола посуду, которую могла унести за один раз.

— Бардак, как всегда, — спокойно заметил Павел, стоя в дверях кухни. — Кажется, пора обратиться в опеку? Ты не в состоянии заботиться о детях.

Вика поджала губы и резко повернулась, чтобы увидеть человека, которого когда-то сильно любила. Очень сильно.

— Если неубранная посуда после ужина — повод для этого, то да, я действительно не в состоянии.

— А ты не дерзи, Вика, я неоднократно тебя предупреждал.

— Жаль, никто в самом начале не предупредил, какой ты человек.

Ириска, не обращая внимания на разговор родителей, вошла на кухню и села отцу на колени. Он не сразу её пустил, но в итоге убрал мешающую руку и выставил угловатую ногу.

— Папа, смотри, сколько песка с моря я привезла, — в параллель говорила девочка, показывая литровую бутылку из-под лимонада, — тут и ракушки есть, смотри!

— Меня тоже никто не предупредил, расслабься. Знал бы, с кем связываюсь, держался бы подальше. — И опустив на секунду глаза на дочь, ответил ей почти ласково: — Красиво, да.

— Ты забыл, где в этой квартире двери?

— Привет, пап, — негромко произнесла Роза, появившись в дверях кухни.

— Привет, — ответил отец и снова перевел взгляд на Вику, стоящую, облокотившись о плиту, со сложенными на груди руками. — Это моя квартира, если ты забыла. Я помню, где здесь что и каким образом приобретено.

— Она моя ровно на столько же, — сказала Виктория, отворачиваясь, чтобы выбросить в мусор фантики от конфет, оставленные на столешнице. — Хотел повидать детей, пожалуйста, вот они — твои дети, общайтесь.

На этих словах она развернулась и пошла к себе, по пути постучав в комнату Акации и сообщив, что пришёл отец. Вика почти закрыла за собой дверь спальни, когда Паша ворвался следом. Дипломатия закончилась, поняла она, начинается психодрама.

— Я прошу тебя оставаться на кухне. Входить в мою спальню вовсе необязательно.

Вика не боролась с ним, это не имело смысла. Она отошла к окну, чтобы не видеть, понимая, что он сейчас никуда не уйдет. Этот человек действовал как клещ. Можно было бы пока пойти прогуляться. Но почему она сразу не ушла?

— Я предупреждал тебя, что пойду в опеку.

— Да, — спокойно ответила Вика.

— Я буду лишать тебя прав. Мне надоели эти выходки.

Вика скрестила руки на груди, стараясь не потерять самообладание. Хотелось развернуться, наброситься, закричать.

— Надоели, да, знаю.

— Ты неадекватная на всю голову.

— Прямо на целую что ли? Думала, никто не заметит.

— Мало того, что поперлась на своем старом драндулете через всю страну, и он сломался там посреди трассы…

— На парковке он сломался, — вставила Вика, повернувшись к бывшему и уперев руки в боки.

— Это ты потом в суде будешь объяснять. Так ты после этого еще и усадила несовершеннолетних дочерей в машину к незнакомцу вместо того, чтобы ехать на поезде или попросить о помощи родственников.

— Знаешь, что? Да, я усадила их в чужую машину. Но я бы сделала это снова, если бы попала в подобную ситуацию еще раз.

— Вот и я говорю, что лишать тебя надо, потому что в следующий раз ты сделаешь это уже за деньги…

Виктория была в ярости. Она поняла, что единственный способ остановить происходящее — это покинуть комнату. Вылетев из спальни, она увидела в прихожей мужскую фигуру. Понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, кто это. Несмотря на все мечты и надежды, этим человеком был тот, кого она меньше всего ожидала увидеть в этот момент.

Георгий, в потертых шортах-карго и старой толстовке, снял кроссовки и непривычно широко улыбнулся.

— Привет, моя девочка, — нежно говорит он, подходя к Вике и обнимая ее за талию. — Извини, что без предупреждения. Очень надеялся, что ты уже дома.

Пока Вика пыталась понять, как это всё произошло в один день и что вообще происходит, Геша заглянул ей в глаза, мягко коснулся губ и прошептал: «Подыграй». Её руки сами легли ему на плечи, обнимая.

— Привет, хорошо, что зашёл, — почти мурлычет она в ответ, поглаживая его щетинистую щёку.

На несколько мгновений ей вдруг стало так хорошо! Прижиматься к нему именно в этот момент было правильно — она наконец почувствовала, что больше не одна. Даже если через несколько минут он выйдет и исчезнет навсегда из её жизни, она больше никогда не будет одинока.

За спиной послышалось движение, и Вика поняла, что, пока говорила с бывшим мужем у себя в спальне, она словно была в турбине самолета. Гул оглушал, и только его голос попадал прямо в уши, вызывая невыносимую боль. А войдя в объятия Геши, она вернулась в реальность, где было почти тихо, лишь едва слышная музыка доносилась из-за дверей комнаты Акации.

— Ты кто такой? — раздался голос Геши. Вика никогда не слышала в его голосе таких властных интонаций. Это был голос воина, готового к бою.

— Это Паша, — тут же сказала она, пытаясь предупредить ненужный конфликт и не ухудшить ситуацию ещё больше.

— Муж, — одновременно с ней произносит Павел с ухмылкой.

— Бывший вообще-то, — добавляет Вика.

— А-а, бывший, — как будто с пониманием говорит Геша, не спуская с другого мужчины глаз. — К дочерям пришёл?

— А ты сам-то кто?

— А я тоже муж. Будущий. — И Вика на мгновение ловит его взгляд, по ощущениям похожий на попытку одного человека вытянуть другого из ямы.

— Муж номер два? — едко комментирует Павел.

— Хоть двадцать два. Главное, что сейчас она со мной.

В ответ слышится многозначительное «мм».

— Дядя Геша! — радостно кричит Ириска, выйдя из детской и кидаясь