Старая любовь - Джек Кетчам
Она поднялась по лестнице.
Осторожно выстрелила в замок на двери комнаты Линды, распахнула дверь, и Линда была там.
Оператор службы 911 просил ее не класть трубку, оставаться на линии, хотя окно буквально манило ее. И дело было не в том, что она была такой хорошей девочкой, что всегда соглашалась на все, что ей говорили взрослые, видит Бог, и дело было не столько в ее страхе выпасть из окна, сколько в том, что она не хотела слышать человеческие голоса, даже голос совершенно незнакомого человека. Она подумала об отце Линды, живой ли он еще там, внизу, и о том, есть ли еще что-нибудь в комнате, кроме керамической прикроватной лампы, что можно использовать против нее, и именно тогда пистолет снова выстрелил, и замок, вращаясь, упал на пол, так что она решила, что кроме лампы ничего нет.
Дора ненавидела эту девчонку. Презирала. Словно между ними наконец-то рассеялся туман, и теперь она ясно видела то, что раньше лишь угадывала: все те надежды, что таились в ее юности и в ее будущем. Видела себя в том же возрасте, когда месячные, грудь и желание трахаться - нет, заниматься любовью, а не трахаться - были еще почти в новинку. Трахаться всегда хотели мальчишки, и, в конце концов, они тебя имели. И вот эта девочка несется на нее, занеся над головой бело-голубую настольную лампу, и было легко выстрелить в нее и навсегда избавить от всех этих чертовых проблем.
Джимми съежился.
Он, конечно же, съежился в шкафу. Скорчился там, в темноте, под вешалкой с одеждой, притаился среди своих ботинок, кроссовок, теннисной ракетки и удочки, среди коробок с игрушками и играми, для которых он был уже слишком взрослым. Он сжимал в руках бейсбольную биту, но она знала, что он ею не воспользуется.
- Джимми, - спросила она. - Ты знаешь, что я хотела стать тебе мамой?
Он не отвечал и даже не смотрел на нее, только сгорбился среди всех этих мальчишеских вещей, которые до сих пор определяли его личность.
- Твой папа мне не позволил. Линда не позволила. И я думаю... Я не думаю, что и ты бы мне позволил, правда? В конечном итоге нет. Так ведь?
Он зажмурился. Из них троих Джимми был самым мудрым.
Она поднесла пистолет почти вплотную к его глазу и выстрелила.
Глава 30
Старая любовь
- Как ты, Дора?
- Нормально. Что ты здесь делаешь, Мэттью? Господи.
- Хотел посмотреть, как ты это восприняла.
- Что "это"?
- Как ты восприняла новость о том, что Джим умер.
- Мне позвонил мой адвокат.
- Конечно, позвонил. Я знаю Боба Вебера. Он очень хороший адвокат. Могу предположить, если тебе интересно, что ты, скорее всего, избежишь обвинения в предумышленном убийстве. Настолько он хорош.
- Мне и так его не предъявят, тут вопросов нет. Я тогда вообще не соображала, что делаю. Черт возьми, я чуть не сбила двух подростков на велосипедах.
- Угу. Так как ты это воспринимаешь, Дора?
- Не знаю. Он ведь целую неделю продержался. Это кажется... ну, жестоким.
- Жестоким?
- Все должно было произойти быстрее. Все должно было закончиться.
- Закончиться для кого? Для Джима или для тебя?
- Мне это не нужно, Мэттью.
- Я просто спрашиваю. Мне любопытно. Для кого закончиться?
- Думаю, для нас обоих.
- Правда?
- Да, правда.
- Я пытаюсь тебя понять, Дора.
- Зачем? Зачем, черт возьми, ты хочешь меня понять?
- А почему, черт возьми, я не должен? У меня есть на то свои причины. Эти люди были моими друзьями.
- Я это знаю.
- Они впустили тебя в свою жизнь. Мне очень-очень хотелось бы знать, почему.
- Линда - нет. Линда никогда меня не впускала.
- Ладно, Линда - нет. Но Джим и Джимми - да. И Карен.
- Карен. Да, Карен.
- Джим любил тебя.
- Ты так думаешь?
- Да, думаю.
- Думаешь, это был не просто секс?
- Нет. Думаю, он любил тебя. Думаю, он должен был любить тебя, чтобы сделать то, что он сделал.
- Откуда мне знать, - сказала она и отвернулась. - Я никогда ни в кого не была влюблена. Разве что в своего кота. В Лоуренса. Может быть.
Послесловие
(Из книги "A Little Emerald Book of Ephemera")
Вот вопрос, который, я уверен, вам задают не каждый день.
Случалось ли, что женщина, с которой вы живете, спрашивала, готовы ли вы убить ее бывшего парня?
Конечно, при условии, что она сможет обеспечить вам безнаказанность.
И вы знали, что она говорит это наполовину серьезно?
Поверьте, это сбивает с толку, друзья. Заставляет задуматься о выборе партнеров.
Впервые я столкнулся с этим явлением, когда отвергнутая женщина так проявляет себя, и с этой конкретной женщиной я сталкивался с этим довольно часто. На закате эпохи хиппи ЛЮБОВЬ больше не сопровождалась МИРОМ и СЧАСТЬЕМ, и многие из нас пребывали в растерянности и метались. Между новыми и старыми увлечениями, между нашими постоянными партнерами и мимолетными связями. Женщина, о которой идет речь, время от времени встречалась со своим бывшим, но жила со мной в рамках тех самых открытых отношений, о которых вы, несомненно, слышали, и которые сегодня встречаются так редко, как и забег парами[12]. В основном мы были счастливы. Если только она не возвращалась после нескольких ночей, проведенных с этим парнем.
Она возвращалась, всегда чувствуя себя совершенно отвергнутой. Обиженной, униженной, глубоко подавленной.
И злой.
Парень был эгоистичным ублюдком, это точно. Нераскаявшимся эгоистом. Имел репутацию бабника. Он трахал ее некоторое время, а потом прощался. До следующего раза. Всегда была какая-то другая женщина на первом месте. Она же всегда оказывалась на втором.
Так какого черта она продолжала возвращаться за очередной порцией этого дерьма? Я ее спрашивал об этом.
Я этого не понимал.
- Я люблю его, - говорила она. - Я хочу, чтобы он любил меня.
Вот так просто.
Я указывал ей - часто сердито, потому что меня бесило, что она тратит столько времени и эмоций на такого неудачника, - что можно привести лошадь к воде, но это не значит, что она поплывет с тобой вниз по течению.
- Я
