Попал – не пропал. Книга 5 - Ринат Камильевич Назипов

в технологических, это целые цивилизации, очень далеко обогнавшие в своём развитии даже Содружество. Даже среди цивилизаций, пошедших по псионическому пути развития отдельные разумные достигают такого уровня личного развития, что вполне могут считаться, на Земле, Богами. И, если честно, то ни в одном из магических Миров я не заметил какой-то особой религиозности. Храмы, вроде как есть, но толп прихожан я не видел, молитвы никто не возносит, лбом пол не долбит, а в Храм идут, в основном, чтобы получить психологическую разгрузку, ведь жрецы, служащие в них, в основном являются слабыми магами-менталистами. А если и есть какое-то поклонение, то только Стихиям, точнее Первостихиям, некоторые даже считают, что Первостихии разумны. Кстати, хотите расскажу одну байку, якобы случившуюся с первым космонавтом Земли — Гагариным?

— Спрашиваешь! Рассказывай! — засмеялся Судоплатов.

— Так вот, после возвращения с орбиты, у Гагарина была встреча с Хрущёвым и когда официальная часть закончилась, хрущ всех выгнал и оставшись с Гагариным один на один, шёпотом у того спросил — «Юра, а ты Там, Его видел?» А Гагарин ему и отвечает — «Видел, Никита Сергеевич». На что Хрущёв, хлопнув себя по бедру, воскликнул — Я так и знал! А через некоторое время, посещая Рим, Гагарин встретился с Папой Римским. На встрече всё повторилось точь-в-точь. Папа тоже всех выгнал и задал тот же самый вопрос, а Гагарин возьми и ответь — «Нет, никого я там не видел». Папа подскочил, хлопнул себя по бедру и заявил — «Я так и знал!» — два здоровых генерала МГБ хохотали как малые дети, постоянно повторяя — «Я так и знал!», и вновь заливались смехом.

В общем, хотя кое-какое напряжение и было, но время мы проводили довольно весело. Нет, коньячком не злоупотребляли, а в основном разговаривали, генералы делились своим военным прошлым, а рассказывал байки и интересные истории из своей жизни. Спали по очереди, по очереди же и готовили, за стенкой оказалась небольшая кухонька и запасы продуктов. А в конце вторых суток в бункер пришёл Берия. Уставший, но довольный. На наши вопросительные лица, вымученно улыбнувшись, сообщил.

— Почти всех взяли, а кого не успели, так на днях возьмут. Без крови, конечно, не обошлось, даже армейские части пришлось задействовать, особенно в Средней Азии, Западной Украине и Прибалтике. В Литве так вообще, чёрт знает что творится! Всего пять лет прошло после войны, а там уже бывшие «лесные братья» и в Партии, и на должностях, парочка даже в Секретари горкомов пробилась. Почти три тысячи бывших пособников нацистов вычислили, под сотню схронов с оружием и взрывчаткой вскрыли, на след, как минимум, трёх разведывательных сетей вышли, в общем… там ещё работать и работать, троцкист на троцкисте сидит и троцкистом погоняет. Правильно, вы, товарищ Надеждин, говорили, что хм… после смерти товарища Сталина партия переродилась в троцкистскую.

— Значит… новые чистки, как в тридцать седьмом? — тяжело спросил я.

— Да, чистки, но не как в тридцать седьмом, а как положено, с сбором доказательств, судом и прочим. Как положено — по Закону. В этот раз мы Советский Союз не просрём, никакие Хрущёвы и Горбачёвы во власть уже не пролезут. Последнюю неделю Иосиф Виссарионович очень много работал, даже больше чем в войну. Всего я не знаю, но перемены нас ждут грандиозные именно этого они и испугались, почувствовали, что власть у них из рук уплывает, вот и попытались выступить, но мы из опередили, буквально на неделю-две опередили.

— В прошлый раз эти «грандиозные перемены», стоило о них только заикнуться, стоили товарищу Сталину Жизни. — заметил я.

— Теперь всё будет иначе и в этом мы очень рассчитываем на вашу помощь, товарищ Надеждин. — глядя мне прямо в глаза, сказал Берия.

— Помогу чем смогу. — вздохнув, заверил я.

Следующие одиннадцать часов мы просидели, не скажу что в полной тишине — Берия оккупировал стол и телефон, постоянно кому-то названивая и принимая звонки, молчали мы, я и генералы, только изредка обмениваясь ничего не значащими фразами. А потом мне на нейросеть пришло сообщение от ИскИна медкомплекса, что восстановление и реабилитация пациента окончена.

— Товарищи, попрошу всех выйти в соседнее помещение. — твёрдо сказал я.

— Зачем? Почему? — наехали на меня три МГБшника.

— Я думаю, что товарищу Сталину будет не очень приятно если на него голого, начнут пялица три мужика. — усмехнулся я.

— А ты? — растерянно спросил Берия.

— А я прохожу как врач. — продолжая улыбаться ответил я.

— Значит уже всё? — продолжал допытываться заместителя председателя Совета министров СССР.

— Да, Иосиф Виссарионович полностью здоров и должен проснуться с минуты на минуту. — Берия, Судоплатов и Воронов дружно направились к выходу, а я активировал пробуждение пациента.

Крышка капсулы медкомплекса поднялась, но никто из капсулы не появился. Я даже слегка занервничал, а потом раздался голос с явным кавказским акцентом.

— Шани траки… не болит… ничего не болит! Нигде!

— Иосиф Виссарионович, выбирайтесь из медкапсулы, вас тут товарищи уже заждались. — весело прокомментировал я эмоциональный всплеск Вождя.

Кряхтя, но это уже по привычке, Сталин выбрался из медкапсулы и явно стесняясь, начал одеваться. Вот тут-то и вылез неожиданный сюрприз — одежда оказалась слегка маловата, что его, конечно же, удивило.

— Иосиф Виссарионович, капсула, конечно же, убрала с вашего тела все следы своей деятельности, но, поверьте мне как опытному человеку, всё же душ не помешает, а я пока подберу вам что-нибудь по размеру из своих запасов. — сказал я, пряча улыбку и наблюдая как Сталин борется с малыми ему брюками.

— Спасибо, товарищ Надеждин, воспользуюсь вашим советом. — с этими словами Сталин скрылся за дверью, ведущей в санузел, а я достал из хранилища обыкновенный планетарный комбинезон гражданского образца, производства Содружества. На первое время, думаю, сойдёт, а там уж Вождя переоденут.

Через десять минут Сталин вышел из душа. М-да, комбинезон висел на нём как балахон, я-то совсем позабыл, что он не умеет и не знает как с ним обращаться, да и нейросети у него нет. Пришлось мне самому активировать комбез, а Сталину посоветовать немного подвигаться, а то смотрел он на меня как-то недобро, наверное, подумал, что я над ним так издеваюсь. Через пару минут комбез где надо ужался, где надо расширился и сел вполне по фигуре, на что Сталин только удивлённо хмыкнул, но ничего по этому поводу не сказал. Зато поинтересовался