Большая охота - Виктор Гвор
Поток оставшихся без работы дружинников России и Сибири и европейских наёмников, не желающих воевать бесплатно, ширился с каждым днём. Платить и тем, и другим приходилось немало. Но деньги еще были.
Наконец, неповоротливый китайский слон собрался сделать первый шаг.
* * *
Мы, конечно, понимаем,
Трудно воевать с Китаем
Без потерь, без потерь…
Продолжая напевать, Тимофей похлопал ладонью по набитой бумагами толстой папке, полюбовался на выведенную каллиграфическим почерком надпись на обложке: «Слон в посудной лавке», поднял глаза на собравшихся и усмехнулся:
— Вот так, да? За декаду до часа «икс» у нас на столе полные планы наступления противника вплоть до номеров участвующих частей и количества завезённых патронов?
— Прошу меня простить, — пожал плечами Ван Ю. — Раньше было никак! Они только вчера подписали!
— Доставка телепортом, что ли? Или у нас прямая линия с Цзыцзиньчэном[5]?
— Почти, — улыбнулся китаец. — Сюань Туну надо было либо убрать всю креатуру отца, либо не трогать никого. Но он всегда кормит двух обезьян.
— Все ознакомились? Что меняется в наших планах?
— Ничего, — Вяземский к своей папке даже не прикасался. Как положил перед собой в самом начале, так и лежала. — Несколько дополнительных целей для Серёжиных ребят. Ну и артиллеристам навестись проще будет. Действительно ценны временные ориентиры. Они начинают артподготовку в четыре утра, значит, мы начнём в три. И бомберы вылетят соответственно. Чтобы к четырём ни одна узкоглазая сука не стреляла и не летала! Меня больше беспокоит море. Уж больно много они сюда кораблей стащили. Даже два линкора!
— Это старьё и называть-то линкорами неудобно! — буркнул Кузнецов.
— Они ж, вроде, новые… — не понял Вяземский.
— Ага, по проекту столетней давности, — усмехнулся адмирал.
— Это было моё первое задание, — мечтательно вздохнул Ван Ю. — Мне поручили добыть чертежи линейного корабля. Никто не говорил, что российского и новейшего. А этот проект финикийцы отдали даром. Только за штампы и печати пришлось заплатить. На выделенные на покупку этого проекта деньги и создана моя сеть агентов…
— Надул, значит, китайскую родину, — хмыкнул Мишка Патлаков.
— Я честно выполнил свой долг, — улыбнулся Ван Ю. — Поднебесная получила линкоры. Правда, только сейчас воплотила их в железе. А новейший российский строился бы ещё сто лет.
— Так что с линкорами? — спросил Тимофей. — Опасны?
Кузнецов покачал головой:
— Нет. Залп по весу больше нашего крейсера, но защита хуже, да и системы наведения — говно. Один на один, если сойдутся лоб в лоб, примерно равны. Для спецкорвета — добыча. Да и если крейсеры будут работать как положено, с дистанций, не идя на таран, то размотают.
— У нас всего два корвета, — нахмурился Харза. — А у них и кроме линкоров запасено…
— Не забывай про десяток новых «Соболей». Защита непробиваемая: новейший крейсерский артефакт на скорлупке… Маги слабей вас с Лёшкой, но эсминцы перетопят, как кутят. Да и остальным мало не покажется.
— Я могу пойти на одном «Соболе», — подняла голову Надя.
— И я, — пискнула Наташа.
— Тебе нет смысла, — покачала головой княгиня. — Кто-то из семьи должен остаться. Хотя бы на случай, если прорвутся.
— Ага, а я — слабое звено, — улыбнулась Наташа. — Ладно, как скажете.
— Надь, а… — начал Харза.
— Третий полноценный спецкорвет, — отрезала Надя.
Тимофей глянул на Кузнецова. Адмирал кивнул.
— Принято, — подвёл итог князь. — Тогда корректируете каждый в зоне своей ответственности.
* * *
Артиллеристы заняли позиции в полтретьего утра. Сунь Вынь, поёживаясь от утренней прохлады, про себя материл и командира батареи, и высокое начальство, и контролёров из Пекина. На хрена, спрашивается, вставать в такую рань, если вся подготовка к выполнению задачи занимает десять минут? Но командир прав, припрётся разукрашенная столичная штучка, обнаружит спящий расчет, нагорит всем. Так что снаряды подтащить, расставить, согласно Устава, взрыватели вкрутить, ящики вскрыть, первый снаряд зарядить. И можно присесть на лафет и закурить дешёвую сигаретку.
Сглазил. Появился, как из-под земли, павлин разукрашенный!
— Ты почему сидишь, ханьская морда?
Проклятый маньчжур! А что, стоять что ли? Чтобы, как потребуется стрелять, ноги дрожали от усталости? Вслух, конечно, ничего не сказал.
— Ты ещё и куришь? Тупое быдло, ты демаскируешь позицию батареи! Старший, расстрелять немедленно!
— Конечно, господин шансяо[6]! — подскочил чжунши[7]. — Обязательно, господин шансяо! Вы сами примете заявку на нового наводчика, господин шансяо?
— Какого ещё наводчика? — не понял павлин.
— Сунь Вынь — наводчик первого орудия, господин шансяо. После его казни орудие будет стрелять, куда попало. Нужен другой наводчик! Вы пришлёте, или мне подать заявку в штаб, господин шансяо?
— Стоп! Казните идиота после боя! Нет! Если его вдруг убьют русские, преступник избегнет наказания! Надо что-то придумать! — маньчжур озадачился. — Так-так-так…
Найти решение проверяющий не успел. Сначала раздался непонятный бум, потом со стороны русских окопов что-то бухнуло, и на позициях батареи разразился ад.
* * *
— Были мы друзья когда-то…
Песня, как привязалась на том совещании, так и не отцеплялась всю неделю. Вот и сейчас Тимофей сидел, смотрел в море и напевал:
— Лица жёлтые над городом кружатся…
Китайцев ждали возле Чеджудо. На всякий случай, вдруг противник решит повернуть на Ханян. Мало ли, что в планах значится прорваться через Японское море к Кунаширу. Странный план! Идти далеко, большая вероятность нарваться не только на курильцев, но и на сибирскую эскадру. Путь вокруг Японии куда безопаснее. Да и в случае успеха: дальше-то что? А Корея рядом. И Кюсю — тоже. Выбранная Кузнецовым позиция позволяла перекрыть все направления, особенно, при преимуществе в скорости.
Дивизия крейсеров противника жалась к двум линкорам, идущим прямо на центр построения курильчан. Зато всяческая мелочь клубилась, словно куча мошкары. Ничего, на дне на всех места хватит! Ох и порадуются осьминоги — столько новых домиков, считай, целый город подарят щедрые люди!
— Огонь! — скомандовал Кузнецов.
Главные калибры выплюнули первые снаряды. Пристрелочный залп вышел на славу, сплошные попадания. Хотя, не в корабли же, в щиты. А там так тесно, что защита накладывается. Не промахнёшься
